Не все женщины делают это - Григорий Башкиров

Невеселые размышления вызвали у Разина легкую нервную дрожь. «Нельзя распускаться!» – решил он и внутренне собрался. Скоро он должен быть на месте. Разин увидел свой дом. Прошел вдоль стены, повернул к подъезду – и отпрянул в сторону. Около двери стоял милиционер с автоматом наперевес. «Все, конец!» Случилось самое страшное, что он мог предположить и не хотел об этом даже думать: его лежку накрыли менты!

– Деньги! – прошептал он, и тут же его встряхнуло.

«Какие деньги! – лишь по случайному стечению обстоятельств он сейчас на свободе, а не на полу в камере лицом вниз со сцепленными за спиной руками. – Бежать!» Он повернулся и, пошатываясь, пошел прочь.

* * *

Зайдя в кабинет, Мухин сорвал с себя куртку и бросил на диван. Сел за стол и обхватил голову руками.

– Достал он меня, падла! – вдруг закричал Андрей и грохнул кулаком по столу. – Ведь из-под носа ушел! И все из-за болвана этого в форме! Наберут идиотов, а потом мучайся с ними!

– Остынь, – остановил я его. – Может, в адресе еще появится.

– Не появится! – выговаривая каждую букву, произнес Игорь. – Засада в адресе бесполезна! На всякий случай оставлю двух человек до утра, а затем осмотр будем делать.

Он позвонил Казакову и приказал прибыть в отдел, оставив в квартире оперативников.

– Только предупреди их, что этот тип очень опасен и при оказании малейшего сопротивления применять оружие на поражение, а в идеале – завалить его на месте! Хватит жертв!

Дверь распахнулась, и появился Яровенко. Зайдя внутрь, встал напротив Мухина и, не скрывая крайнего раздражения, проговорил:

– Этот бардак когда-то закончится?

Игорь посмотрел на него исподлобья.

– Какой бардак?

Полковник с шумом отодвинул стул и сел напротив Мухина, опершись локтями на спинку.

– Ты что, сам не понимаешь? – Полковник вынул носовой платок и утер пот.

– Только-только успели доложить о раскрытии убийств, как вот тебе – еще подарочек! Узнаю про Егорова позже всех!

– Вопрос не ко мне. Я только что с места происшествия прибыл, – устало проговорил Мухин.

– Доложи, что удалось выяснить!

Игорь молча придвинул к нему фотографию Разина.

– Кто это?

– А это, Илья Семенович, особо опасный рецидивист Разин. Егоров – его рук дело.

– И что, есть доказательная база? – с недоверием в голосе спросил Яровенко.

– Потерпевший и свидетели.

Яровенко был обескуражен. Сейчас вновь предстояло звонить в главк и докладывать. Очередное посягательство на жизнь сотрудника милиции наверняка вызовет большой резонанс и вспышку гнева у куратора, совсем недавно успокоенного бодрым докладом и заверениями.

– И где этот Разин?

– Ищем.

– Помощь нужна? – спросил скорее для порядка.

– Справлюсь.

Понимая, что дальнейшие расспросы бесполезны, Яровенко положил фотографию в карман и, посмотрев на меня пронзительно, вышел.

– Невзлюбил он тебя с первого взгляда, – усмехнулся Игорь.

Я пожал плечами.

– Мне с ним детей не крестить.

– И то верно, – Мухин встал, – пойду в дежурку, узнаю про Егорова.

Когда Игорь вышел, я обратил внимание на папки, принесенные Сергеевой. Я пододвинул стопку поближе и взял верхнюю: «Кузнецова Ирина Васильевна», – прочитал я фиолетовую чернильную надпись.

– Кузнецова, Кузнецова, – повторил фамилию вслух и перевернул верхний лист. Сразу за описью документов была анкета. Ничего примечательного: родилась, семейное положение, образование – среднее, проживает по адресу… Стоп! Я не поверил такому совпадению и, схватив со стола распечатку от Птицына, положил ее рядом. Адреса Кузнецовой и Соловьевой совпадали.

«Что за чертовщина?» – подумал я и раскрыл конверт, приклеенный к обложке. Достал фотографию и откинулся на спинку стула. Соловьева Ирина Васильевна – давняя подружка Разина – смотрела на меня с карточки собственной персоной! Конечно, она изменилась, но совсем немного. Время почти не тронуло ее красивое лицо, за исключением появившихся морщинок у глаз. Значит, к ней просила съездить Сергеева! Не теряя времени, я позвонил Игорю.