Убийство с первого взгляда - Фергюс Макнил

Удовлетворенный, Нэйсмит опустил оба пакета с вещами в мусорный мешок из плотного черного полиэтилена и вынес на улицу. Открыв багажник машины, разместил мешок рядом с плоским свертком с фальшивыми номерами и белым конвертом из Северн-Бич. Номера и конверт он извлек из тайника накануне, когда возвращался домой. Теперь все было готово.

Вернувшись в дом, Нэйсмит поднялся на второй этаж в ванную комнату и побрился. Существует определенное искусство обмана: чем больше ты ведешь себя так, будто что-то происходит на самом деле, тем более реальным оно кажется окружающим. Он не собирался в Лондон ни на какую встречу с клиентом, но вести себя будет так, словно на самом деле собирается. Ополоснув лицо, Нэйсмит посмотрел на свое отражение в зеркале и провел рукой по гладко выбритому подбородку. В соседней комнате на кровати лежала выходная одежда, в том числе и брюки, которые Ким посоветовала ему надеть. И он действительно их наденет… когда все будет кончено, перед возвращением домой. Он еще немного поизучал улыбающееся отражение, а потом отошел от зеркала.

В первые секунды душ показался обжигающе горячим, но вскоре температура стала более комфортной, так что Нэйсмит расслабился, закрыл глаза и глубоко задышал. Вода потоками низвергалась на него, омывая каждую клеточку тела, каждый сантиметр кожи. Мылся он неторопливо и тщательно. Все это составляло неотъемлемую часть ритуала подготовки к «делу».

Вернувшись в спальню, он насухо вытерся полотенцем, после чего аккуратно сложил в пакет приготовленную на кровати одежду, а также пару подходящих туфель. Пакет он пока поставил у двери спальни, а сам подошел к гардеробу, выбрал ничем не примечательную повседневную одежду и оделся. Назавтра она будет сложена и убрана назад в надлежащий ящик, так что Ким никогда и не заметит, что ее надевали. Даже странно было подумать о том, насколько он свыкся с этой рутиной и методично следовал ей на протяжении последних лет. Все было направлено на то, чтобы не вызвать у Ким лишних подозрений. Он вытащил из нижнего ящика гардероба пару туфель, потом забрал пакет с одеждой и отнес на первый этаж. Затем, удовлетворенный проведенной подготовкой, Нэйсмит прошел в кухню и стал делать себе сэндвич.

Около четырех часов дня он ехал на машине вдоль северной границы центральной части Солсбери. Серый шпиль кафедрального собора угрюмо возносился в вышину и отчетливо выделялся на фоне мрачного неба — эдакий гигантский палец, поднятый в знак предостережения, предупреждающий о грядущей буре. Нэйсмит озабоченно посмотрел на небо — дождь еще не начался, но уже скоро погода должна была испортиться.

Когда трасса А36 выбралась из города и запетляла на восток по сельской местности графства Уилтшир, Нэйсмит на ближайшем перекрестке свернул на узкую второстепенную дорогу, проехал по ней около мили и, найдя спокойное местечко, остановился. Выбравшись из машины, он замер и прислушался.

Стояла тишина. Место было подобрано с таким расчетом, чтобы можно было издалека уловить шум приближающегося автомобиля. Удовлетворенный увиденным и услышанным, Нэйсмит извлек из багажника плоский сверток и присел возле капота, чтобы поменять номерные знаки.

Первые капли дождя упали на ветровое стекло, когда он выехал на автостраду, а когда достиг Уинчестера, с неба на землю изливались уже целые водопады. Нэйсмит нажал на тормоз и несколько минут ехал с маленькой скоростью, слушая, как тяжелые капли грохочут по крыше. Оставалось надеяться, что к концу дня дождь все же поутихнет. Нэйсмит вовсе не боялся промокнуть, но будет очень досадно, если из-за непогоды его жертва останется дома. Нэйсмит покачал головой. Какой смысл сейчас беспокоиться об этом? Чему быть — того не миновать. Он достал из кармана мобильник и отправил Ким сообщение, чтобы она не ждала его и ложилась спать. Потом отключил телефон и положил в бардачок. Все было готово. Нэйсмит ощутил, как его охватывает знакомое возбуждение: оно проникло в каждую клеточку, обещая в скором времени наступление настоящего экстаза.

Незнакомые машины в маленькой деревушке всегда привлекают к себе повышенное внимание, поэтому Нэйсмиту пришлось изрядно поломать голову, где же припарковаться. Если он оставит автомобиль возле чьего-нибудь дома, это сразу вызовет подозрения и в течение ближайших дней будет служить неиссякаемым источником досужих сплетен и главной темой для разговоров у местного населения. Он быстро прикинул, не поставить ли машину на стоянке перед пабом в соседней деревне, чтобы она находилась у всех на виду, но эта идея представлялась слишком рискованной. В конце концов Нэйсмит остановился на месте, находящемся достаточно далеко, но и не привлекающем особого внимания: заросшем густой травой и огражденном высоким плетнем поле недалеко от Вест-Меон. С пролегавшей рядом узкой проселочной дороги на поле вели старинные железные ворота — судя по всему, не закрывавшиеся уже много лет. Нэйсмит посмотрел в зеркало заднего вида и, убедившись, что на дороге поблизости нет других машин, сбросил скорость почти до нуля и свернул на обочину. Земля была хотя и скользкая, но плотная. Нэйсмит выехал в поле и таким образом пристроил машину позади ограды, чтобы ее не было видно с дороги.

К этому времени дождь лил уже вовсю, ледяной ветер швырял в лицо крупные капли. Худшей ночи, чем эта, представить было трудно. Нэйсмит выбрался из машины, обежал ее кругом и открыл багажник. Достав пакеты со снаряжением, он запер двери и, шлепая по лужам, побежал вдоль фермерской дороги, которая шла через поле перпендикулярно шоссе. Спустя несколько минут путь ему преградили еще одни массивные железные ворота. Нэйсмит перелез через них и, перейдя на быстрый шаг, двинулся по краю вспаханного поля. Шагал он исключительно по траве, чтобы не оставлять следов на пашне. Всего Нэйсмиту предстояло одолеть чуть больше мили в направлении темной полоски леса, лежащего прямо по курсу.

Наконец он достиг опушки и остановился, чтобы перевести дыхание и хоть немного отряхнуть мокрую одежду. Обернувшись, он пару минут глядел, как с небес низвергаются потоки воды. Хотелось надеяться, что в скором времени дождь поутихнет. Нэйсмит провел рукой по мокрым волосам и двинулся вглубь леса. Он шагал, пока не наткнулся на громадное старое дерево, естественный ориентир, который легко будет заметить позднее, когда наступит ночь. Благодаря густой кроне капли дождя почти не долетали до земли под деревом, и Нэйсмит с облегчением опустил свою ношу.

Он сделал глубокий вдох и принялся неспешно стаскивать насквозь вымокшую одежду. Невзирая на пронизывающий холод, он не торопился и аккуратно складывал вещи в кучку возле искривленного ствола. Джинсы, нижнее белье и, наконец, свитер — все лежало здесь. Все должно быть собрано, нельзя оставлять ни единой улики. Стоя полностью обнаженным, Нэйсмит достал полотенце, тщательно вытерся и сунул полотенце в черный полиэтиленовый пакет с мокрой одеждой. Черт, как же холодно! Содрогаясь всем телом, он открыл другой пакет и вытащил оттуда безликую «рабочую» одежду из супермаркетов. Одеваться было нелегко: он с трудом натянул новенькую футболку на мокрое, холодное тело, долго возился с носками. Наконец он надел перчатки, выпрямился и стал растирать мышцы, чтобы немного согреться.

Через некоторое время тело вновь стало обретать чувствительность. Он наклонился и извлек из пакета наручные часы. Застегивая непослушными пальцами ремешок, кинул взгляд на циферблат. Было десять минут седьмого — он немного опережал собственный график.