Девять граммов на весы Фемиды - Валерий Карышев

– Кем?

– Секретарем в приемной руководства.

– Понял… Значит, ты из блатных?

– Нет, я давно хотел в милицию пойти работать!

Костров внимательно посмотрел на него.

– Что значит – ты хотел работать?

– Ну, нравится мне эта работа.

– Чем же? Фильмов насмотрелся, детективов? Погони, стрельба…

– Отчасти да. А потом – риск, и главное – ты преступников ловишь, бандитов. А ваша организация – вообще крутая контора!

– Это так. Мы действительно крутая контора, – усмехнулся Костров. – А чем бы ты хотел у нас заниматься?

– Хотел бы на задержания ездить, бандитов арестовывать…

– Но это конечный результат нашей работы. У нас еще есть и подготовительная часть.

– Да, я в курсе. Полковник, – парень, смутившись, вновь назвал фамилию начальника Кострова, – мне сказал, что вы для меня подготовите вариант прикрытия.

– А чего это мы должны тебя, неподготовленного юнца, в бандитское логово направлять?

– Меня не надо направлять. Я пацанов знаю из свибловской группировки.

Костров остановил его:

– Ну-ка, ну-ка, с этого места поподробнее! Почему ты их знаешь?

– Так мы вместе росли. Никита Пузырев по кличке Пузырь, Толик Краснов, кличка Красный, – они в бригаду свибловскую входят.

– В свибловскую бригаду? – повторил Костров. – Это хорошо. И как давно ты их знаешь?

– Очень давно. Вместе в одном дворе росли.

– А они-то знают, что ты в школу милиции поступаешь?

– Нет, я для них в институт транспорта во второй раз готовлюсь. Ну, скажу, что не поступил, что денег хочу заработать… Они меня уже много раз звали.

– И что, ты не ходил? Или, может быть, уже пробовал?

Максим отрицательно помотал головой.

– Нет. Ну, мелкое что-то делали – пьяного пару раз…

– Ограбили, – закончил за него Костров.

– Ну да, прошмонали чуть-чуть. В магазинчик один раз залезли.

– А в драках участвовал?

– В драках много раз.

– И с кем же воевали?

– Да двор на двор воевали. С ребятами с ВДНХ, из Останкина… С местной шпаной, короче.

– Ну, это хорошо. То есть, – поправился Костров, – конечно, это плохо, но для нашей работы – хорошо. Ладно, парень, смотрю, ты отважный и за себя постоять можешь. Да и видный. Давай попробуем тебя использовать. Я сейчас с начальником еще раз поговорю, а ты посиди в кабинете.

Костров вышел из кабинета и направился к начальнику. Тот говорил с кем-то по телефону, но, увидев, что в кабинете появился Костров, тут же закончил разговор и положил трубку.

– Ну что? – спросил он. – Что за кадр? Подходит?

Костров неопределенно пожал плечами:

– В принципе, подходит. Парень боевой, со шпанистским прошлым… А вы в курсе дела, что он пьяниц обирал, в магазин залезал? Он мне сознался…

– И что ты хочешь сказать? Что у наших сотрудников нет такого прошлого? Мало ли кто чем занимался! Раз не судим, не привлекался, а это я точно знаю, проверял, соответственно, нам подходит. А мелкие шалости – это ерунда.

– Вообще-то, за мелкие шалости судят…

– Но ты же не знаешь, в каком возрасте он это делал! Может быть, он еще не подлежал уголовной ответственности.

Костров кивнул.

– Дело не в этом. С одной стороны, у него есть определенные основания. Он пацанов из бригады братьев Пыльневых знает неплохо, рос с ними вместе. Он для них свой. Они даже предлагали ему пойти к ним в бригаду.

– Так в чем дело? Принимай готового кадра! Обучи его кое-каким нашим делам в течение двух-трех недель – и запускай!

– А если что-то не получится, или они его в самое пекло воткнут?

– В конце концов, он сам рвется на это дело. Это первое. Во-вторых, в любой момент отозвать можем, это же в наших силах. Давай, бери Малькова, и начинайте его готовить. Двух недель вам хватит?

– Думаю, хватит.

– А я за это время оформлю его внештатным сотрудником, чтобы стаж шел. Со школой милиции тоже договорюсь, чтобы его на заочный перевели и минимально его там светили. Все, работайте, ребята! Напиши план краткосрочной стажировки Осипова и мне на подпись.

– Слушаюсь! – ответил Костров. – Разрешите идти?

– Иди, Олег Петрович, работай! – улыбнулся начальник.

В этот же день Костров написал подробный план стажировки будущего секретного сотрудника Максима Осипова, присвоив ему псевдоним Стрелочник. Костров не случайно взял такой псевдоним, так как раньше Осипов хотел поступать в институт железнодорожного транспорта.