Башня из слоновой кости - Мэри Стюарт

Никто не стал задавать вопросов. Он сделал глоток коньяка.

— Это остров, тюлений, как вы сказали. Романтическое местечко, если можно так выразиться. История, природа, отличный берег, хорошая пристань, все остальное. Но только одни носороги в состоянии там загорать. Могли бы меня предупредить. И что это такое?

— Мошка, — объяснил Нейл. — Особая разновидность. — Он поставил рюмку. Его лицо стало обретать свой естественный цвет. Виноватым голосом он произнес: — Мистер Бэгшоу… Харт… я обязан извиниться перед вами. Мы все должны. Мне очень стыдно за сегодняшнее, и благодарить меня не за что. Мы… мы договорились добиться того, чтобы вы возненавидели эти края. И было глупо думать, что вы этого не понимаете. И оставить вас специально… да, специально… на острове именно тогда, когда мошка особенно злая, — самое отвратительное. Детская выходка, грязная выходка. Единственное оправдание… мне казалось, что вы так стремитесь купить дом, и я думал, что мне придется продать. А вы так хорошо все восприняли. Мне очень стыдно, и простите меня. Надеюсь, что простите.

— И меня, — добавила я. — Вы — чудесный человек, мистер Бэгшоу, простите меня.

— За что? За великолепный ужин? Забудьте. А вы… — обратился он к Нейлу, — просто счастливчик.

Лицо у Нейла стало непроницаемым. Я почувствовала, что краснею. Криспин улыбнулся своей рюмке с коньяком.

Мистер Бэгшоу отодвинул свой стул назад.

— А теперь мне пора. С Нейлом мы поговорим в лодке. И не расстраивайтесь. Насколько мне известно, в море еще можно выловить рыбку, и я найду место, где мне не придется сгонять с насеста цыплят Матушки, как бишь ее, и где можно починить два нуля в тот же день. Спокойной ночи, мисс Роза, еще раз спасибо, и никаких обид. Криспин…

Криспин встал.

— Я провожу вас до лодки. Роза, оставь посуду, я помою.

Они с мистером Бэгшоу вышли, и последний помог брату спуститься с крыльца. Нейл улыбнулся мне. Усталость его как рукой сняло.

— Мне тоже следовало произнести речь. Спасибо за сегодняшний день, правда-правда. Трудный был день, и я не знаю, как бы я без тебя справился. Мы еще увидимся?

— Я буду здесь. Башня из слоновой кости принадлежит мне еще шесть дней.

— Сколько угодно и бесплатно, — ответил мой хозяин. — У Криспина пропала неделя отпуска, так почему бы вам ни остаться еще на неделю? Я сам договорюсь обо всем. Но я должен уехать. Надеюсь, что ни нотариусы, ни полиция не потащат меня немедленно в Глазго. Приеду так скоро, как только смогу. Итак… до встречи. Да, и в любом случае…

— Что?

— Встретимся в следующем семестре, — ответил он и вышел.

Звук мотора лодки затих. Криспин помог мне вымыть посуду и пошел спать. Я все убрала, но прежде, чем запереть дверь на ночь, вышла наружу и спустилась к берегу. У Криспина в комнате свет уже не горел. Моя усталость отошла на задний план, но я была рада тишине и одиночеству. Она окутывала меня, благословенная тишина, сотканная из мирных ночных звуков. Шепот прибоя о гальку, ветер в орляке, шорох какого-то зверька в траве, плеск прилива с водорослями. Мрак во мраке.

— Спокойной ночи, — прошептала я и пошла в дом.

Я уже засыпала, когда откуда-то в заливе донесся до меня звук мурлыкающего мотора.

— Встретимся в следующем семестре, — пробормотала я и улыбнулась в подушку.

Наверное, я так и заснула с улыбкой на губах.