Время жестких мер - Алексей Пронин

– Вы не местная? – он украдкой реквизировал денежный знак, спрятал в задний карман.

– Нет.

– Что нет? – не понял он.

– Ничего.

– Подождите здесь, – он исчез за шторкой.

Через несколько минут молодой человек вернулся. Лицо его как-то странно вытянулось и немного побледнело. Глаза бегали. «Сейчас он скажет, что не хочет неприятностей», – подумала она.

– Вы знаете, – парнишка почесал затылок, – нашему заведению как-то не очень нужны неприятности, и услуги, которые мы предоставляем, вполне легальны и…

– А короче?

– Машина, которая вас интересует, числится за фирмой «Таурус». Услуги, связанные с доставкой грузов и пассажиров. Контора располагается на улице Гурьевской, 36, там же рядом – гараж… – парень споткнулся. – Водитель – Савельев Анатолий Олегович, шестидесятого года рождения, проживает на улице Болотникова, 64 – это, видимо, частный дом…

– Вот видите, как все несложно. Это все, что я хотела узнать. Огромное вам спасибо, молодой человек. Я никому не скажу.

– Да уж сделайте милость, – проворчал он. – Имеется еще и сводка ГИБДД двухдневной давности. Не удержался, знаете ли… Машина, которая вас интересует, была найдена позавчера утром на восьмом километре Северного объезда. Стояла у обочины. В кузове обнаружены трупы гражданина Савельева и работника той же фирмы некоего Лохача – последний числился в конторе грузчиком и разнорабочим. Оба убиты из огнестрельного оружия. Денег при убитых не нашли, поэтому полицией в первую очередь рассматривается версия ограбления. Возможно, бомжи или местная гопота…

– Какой ужас.

Он внимательно в нее всмотрелся.

– Не надо так смотреть, молодой человек, – нахмурилась она. – Уж я-то точно их не убивала. Стала бы я тогда наводить справки об их машине?

– А в чем тогда дело? – пробормотал он.

– А вам нужны неприятности?

Он опомнился.

– Да боже упаси… До свидания, женщина.

– Прощайте.

– Справок не даем, – отрезала диспетчер в железной будке и захлопнула окно. Несколько минут назад она просочилась на территорию гаража, воспользовавшись слепотой пожилого сторожа. Повертелась, отметив зорким глазом отсутствие сидящих в засаде работников полиции. Людей практически не было – время обеда. Несколько автобусов у забора, один наполовину разобран, а еще в открытых воротах гаража красовался китайский пикап, с которого до обеда сняли заднюю рессору. В глубине двора обозначилась «Газель» с искомым номером. Ничем не примечательный фургон с коробчатым кузовом. Его загнали в дальний угол и, видимо, давно к нему не подходили.

– Женщина, дорогая, очень нужно. – Она сделала жалобное лицо. – Он мой родственник, понимаете? А на полицию никакой надежды. Мне очень нужно знать, откуда был заказ в ночь, когда погиб Савельев. Куда он ездил? Кто сделал заказ? Ведь у вас остаются номера телефонов…

– Вы точно не из полиции? – посуровела за стеклом работница.

Она замотала головой. Неужели женщина с такой внешностью способна работать в полиции?

– Справок не даем, – процедила упрямая тетка. – Обращайтесь в полицию. Следователь был позавчера, мы ему все рассказали. Да, Савельев был нашим работником. Причем добросовестным работником. И Лохач был нашим работником… – тетка задумалась, что за чушь она тут собралась нести, глянула со злостью, задернула шторку.

– Извините, – вздохнула она. – Всего вам доброго.

На выходе из будки взору предстала свежая картина. В ворота въезжала «Газель», аналогичная той, чей номер отпечатался в голове на всю оставшуюся жизнь. Отличалась она лишь кузовом, окрашенным в зеленый цвет, и вмятиной на переднем бампере. Зевающий сторож оторвался от газеты, кивнул шоферу. Тот въехал на территорию, дал кружок и поставил свою кормилицу рядом с первой «Газелью». Водителю было основательно за пятьдесят. Он выбрался из кабины, угрюмо покосился на постороннюю, встал у вмятины на бампере и принялся ее гипнотизировать. Не рассосалось. День у мужика явно не складывался.

Она подошла, поздоровалась, изложила просьбу. Про «родственные» узы поминать не стала – слишком рискованно. Представилась частным детективом, которого наняла вдова убиенного Савельева.

– Не смеши меня, девчонка, – процедил шофер. – Чтобы Галка Савельева наняла частного сыщика… Да они собачились с Толяном каждый день. У нее и денег-то нет, чтобы кого-то нанимать. Кого ты одурачить хочешь?

– Общалась Савельева, конечно, с руководством, – пожала она плечами. – Руководство поручило мне.

– А ну, покажь ксиву.

Она забралась в карман, где заранее подготовила нужные «документы», предъявила для начала один, незначительный – с изображением Большого театра. Работник фирмы грузоперевозок задумчиво почесал затылок.

– Хороший документ, согласитесь, – подтолкнула она. – Не самый убедительный, не спорю, но вы ведь пока ничего и не сказали?

– Ладно, – махнул рукой человек с усами, прибрал банкноту и нетерпеливо глянул на часы.

– Два дня назад работники вашей фирмы Савельев и Лохач похитили человека. Дело было ночью. Ближе к утру тот, кто заплатил им за преступление, решил от них избавиться. Он стрелял из пистолета с глушителем. Потом пригнал машину с их телами на шоссе и бросил на обочине. Вопрос, дядечка, – она засветила второй, аналогичный, «документ».

– Кого похитили-то? – проворчал мужик, угрюмо пряча глаза.

– Меня. А вот вам третий документ, чтобы не задавали лишних вопросов. Савельеву очень нужны были деньги?

– Нужны были, – проворчал собеседник, пристально разглядывая огрызок бетона, «усиленный» арматурой. – Кредит они взяли – на мебель, на плазму…

– Проклятье нашего века, – вздохнула она. – Неумение жить по средствам. Нахватаем кредитов на сто тысяч при зарплате в шесть, а потом пускаемся во все тяжкие. Вспомните, пожалуйста, вечер трудного дня, когда вы в последний раз видели Савельева и Лохача. Вы же вместе работали?

Работали эти джентльмены действительно вместе. Вернее, не совсем, их смены пересекались. В конторе часто трудятся по ночам – всякие бывают заказы. Итак, практически по Битлз – Hard day’s night выдалась напряженной. Водитель весь вечер провел на Троллейном жилмассиве, обслуживая коммерсанта, у которого скончалась родственница, и срочно понадобилось вывозить на свалку ветхую мебель. Савельева с Лохачем он не видел, но рация в машине работала, и он был в курсе перемещений коллег. Савельев закончил смену в 20–30, ругался в эфире, что пришлось полчаса просидеть в грязи – какому-то фраеру приспичило увезти на дачу в Козловку старый диван, на обратном пути они с Лохачем плутали по дачным лабиринтам и в итоге сели в траншею. По рации Савельев известил диспетчера, что мучения закончены, он едет домой. И, видимо, поехал. С Лохачем ли, или один, он не в курсе. Проживает (вернее, проживал) Савельев в частном секторе, с женой, старший сын живет отдельно. Куда он поехал после того, как объявил об окончании работы, добрый дядечка не знает.