Санаторно-курортный маньяк - Ольга Хмельницкая

– Ничего, у него есть второй ключ! А дубликат я потом сделаю и верну ему, – сказала Светлана Георгиевна и принялась ковырять раствор вокруг камня.

– О моя бедная подруга! – рыдала Алина. – О несчастный Энгельс!

Пиявка, раздувшаяся до невозможности, все еще болталась у нее на ноге.

– Не плачь, – строго сказал Маркс, показывая рукой на старый грузовик, стоявший на полянке. – Эти нехорошие люди забрали мою любимую машину, но мы их догоним! «Хаммер» мой заберем назад, твоих друзей освободим, а Игореше с его товарищем набьем, извините, морды!

Он побежал к транспортному средству. Пузько потрусила за ним.

– Володя, в нем же труп перевозили, – напомнила Алина, с содроганием глядя на грузовик.

– Ну и что? Может, это был приятный и воспитанный мужчина, – удивился Маркс. – А то, что он стал трупом, – это, очевидно, не его вина.

Маркс распахнул дверцу и полез в кабину, край которой освещало пробивавшееся сквозь лес утреннее солнце.

– Фу, какой беспорядок, – сказал Володя, – сразу видно, что тут ехали хулиганы.

Ключа в замке зажигания не было. Маркс вылез из машины, распахнул капот, что-то там покрутил, потом раздался щелчок, проскочила искра, и грузовик чихнул, вздрогнул и завелся.

– Поехали, – махнул он рукой Пузько. – Сейчас мы выясним, на что годен этот металлолом!

Алина быстро залезла в кабину и села на пассажирское сиденье. Все вокруг было засыпано какими-то грязными тряпками, разводными ключами, пивными банками, мятыми сигаретными пачками и рваными полиэтиленовыми пакетами.

– Я не представляю, как в таком бардаке можно находиться, – вздохнула Алина.

– У них и в голове то же самое. Полный бардак, отсутствие порядка и моральных устоев, – назидательно сказал Маркс, выжимая сцепление.

Грузовик вздрогнул, двинулся вперед и заглох.

– А ты умеешь водить такие машины? – спросила Алина.

– Я ездил на такой в армии, – ответил Володя, вышел из машины и снова открыл капот. – Просто внутри такой же бардак, как и в кабине. Все ржавое, грязное, на соплях, проволочках и честном слове.

Грузовик снова завелся.

– Кстати, – спросила Алина, когда они с трудом вырулили с полянки. – Что у них там сзади, в фургоне? Может, еще трупы? Или хуже того – кто-то умирающий!

В этот момент пиявка, висевшая на ноге у Алины, отвалилась и с глухим стуком упала на пол кабины.

– Мы обязательно посмотрим, что там, – кивнул Маркс, – но потом. Прежде всего надо освободить твоих коллег и вернуть аппарат и мою машину. Но я не уверен, что нам это удастся, – мы слишком медленно едем. Куда там до моего «Хаммера»!

Грузовик чихал, буксовал, скрипел и с трудом пробирался по лесу.

– Спасите! – взвизгнула Ксения, отпрыгивая в сторону.

Огромный черный внедорожник несся прямо на «десятку», поднимая тучи песка.

– Это Маркс с заложниками! Забросайте его гранатами! – верещала блондиночка, прячась за толстую сосну.

– Надо стрелять по колесам! – закричала Ева, хватая с плеча полковника один из «калашниковых» и открывая огонь.

– Сначала вверх! Предупредительный! – приказал полковник. – Мы не имеем права рисковать заложниками!

В воздухе прогремела оглушительная автоматная очередь. «Хаммер» развернулся и ринулся на Еву с Рязанцевым.

– Он будет нас давить! Беги! – крикнул Владимир Евгеньевич Ершовой, отпрыгивая в одну сторону и отталкивая Еву в другую.

Ершова упала в какую-то ямку в песке и закрыла голову руками. «Хаммер» пролетел над ее головой, засыпав глаза и раздавив каблук одной из Ксениных босоножек.

– Тьфу! Тьфу! Апчхи! – отплевывалась Ева, пытаясь восстановить зрительные способности.

«Хаммер» развернулся и снова ринулся на девушку.

– Мочите их гранатами! Всех насмерть, а главное – Маркса! – продолжала верещать из-за дерева блондиночка.

– Ева, осторожно! – изо всех сил закричал полковник, открывая огонь прямо в лобовое стекло внедорожника.

Ершова, которая ничего не видела, услышала звук надвигающегося автомобиля и снова рухнула в ямку. По стеклу «Хаммера» побежала трещина – но и только. Тяжелый армейский внедорожник был полностью бронированным.

Автомобиль проехал над ней, засыпав девушку песком и сломав автомат, упавший у ее ног.

– Ева! – закричал Рязанцев. – Уходи оттуда!

Блондиночка поняла, что момент настал. Она выскочила из-за толстого ствола и что было духу побежала к Рязанцеву, на плече которого болталась сумка с гранатами.

– Только бы не забыть все, чему нас учили в школе на уроках начальной военной подготовки, только бы не забыть! Сначала выдернуть чеку, потом бросить «лимонку»! – бормотала фифочка. – И Маркса как не бывало! И свидетелей тоже!

Она бежала к полковнику, поливавшему «Хаммер» из автомата. Разбушевавшийся внедорожник сдал назад и снова проехал по сжавшейся в ямке Ершовой, окончательно доломав автомат и чуть было не раздавив Еве ногу. Решив, что дело сделано и девушка убита, Игореша направил машину на Рязанцева. Полковник, быстро перезарядив автомат, спрятался за «десятку» и принялся стрелять оттуда. Из глаз его катились слезы, а сердце разрывалось от ужаса – он не знал, осталась ли его невеста живой и если да, то какие она получила ранения. «Хаммер» взревел и всей своей массой обрушился на синюю «десятку» полковника. Заскрежетал металл. В этот момент Ксения выхватила из сумки, висевшей на плече Владимира Евгеньевича, две гранаты и отбежала в сторону.

– Где тут чека? – прошептала фифочка, задыхаясь.

«Хаммер», весь покрытый вмятинами от пуль, продолжал крушить продукт российского автопрома. Он уже практически нависал над Рязанцевым. В этот момент Ксения наконец-то обнаружила чеку, выдернула ее и изо всех сил бросила гранату вперед. Первая граната еще летела, когда блондиночка выдернула вторую чеку и швырнула еще одну «лимонку», а потом рухнула за старый трухлявый пень и закрыла глаза.

Ба-бах!!! Ба-бах!!!

Одна за другой сверкнули две молнии. Колеса внедорожника взлетели в воздух. Брызнули стекла фар. Капот описал большую дугу и улетел куда-то за холм. Радиаторная решетка повисла на ветках. Выхлопная труба прочертила в воздухе параболу и по приземлении зарылась в песок на полметра. Наступила оглушительная тишина.

– Товарищ капитан! Где-то в лесу стреляют из «калашникова»! – закричал один из бойцов спецназа, врываясь в холл. Он курил у входа в санаторий прямо под памятником девушке с лыжами и хорошо слышал все, что происходило в лесу, в отличие от тех, кто находился в шумном холле здания.

Все выбежали на улицу. Из-за леса раздавались автоматные очереди и кругами летали потревоженные птицы.

– Я думаю, это Рязанцев! – добавил боец, первым услышавший выстрелы.