Натюрморт с серебряной вазой - Наталья Солнцева

* * *

Тамань

Белая яхта с романтическим названием «Ассоль» покачивалась на волнах.

На палубе, развалившись в матерчатом кресле, отдыхала стройная блондинка. Изнуренная диетами и фитнесом, но не утратившая задора. Она лениво потянулась за стаканом… и выругалась. Лед растаял, а разбавленная вермутом вода успела нагреться.

– Черт!.. Стас! – сердито позвала она парня, который возился с аквалангами. – Принеси льду!

– Сейчас сбегаю…

«Ассоль» стояла на якоре вблизи буйков, которыми «подводные археологи» обозначили место для погружений. По их сведениям, в этом месте когда-то затонуло торговое судно с грузом товаров.

– Боспор Киммерийский! – воскликнул второй дайвер, который, опершись о перила, любовался морем.

– Чего-о? – протянула блондинка.

Дайвер обернулся, показал рукой вдаль и пояснил:

– Так раньше называли Керченский пролив. Таманский полуостров когда-то был группой островов. На одном из них греки построили город Фанагорию. Не исключено, что искомое судно следовало именно туда, – подытожил он.

Блондинка старательно наносила на кожу крем для загара. Тема разговора трогала ее постольку, поскольку это относилось к сфере интересов хозяина яхты господина Ордынцева. Он надеялся насобирать на дне пролива античных черепков, а если повезет, то и монет, чтобы потом хвалиться своим «уловом» перед такими же повернутыми на подводных кладах приятелями.

– По-моему, это перебор, – заметил Стас, который принес ведерко со льдом. – Ты не перестараешься с загаром?

– Он быстро сходит… Спасибо! – милостиво кивнула она. – Хотите выпить?

Оба дайвера отказались. Их занимало предстоящее погружение, а не выпивка. С этим на яхте строго. Пьяным под воду нельзя, во избежание несчастного случая.

– Ты бы тоже завязывала, Руслана, – посоветовал блондинке Стас.

– Это вода!

Он укоризненно взглянул на опустошенную бутылку вермута и покачал головой.

– Ну и что? – взвилась Руслана. – Я не намерена сегодня нырять! У меня уши болят!

– Надо продуваться[1].

– Я не умею, – раздраженно парировала она. – Меня некому научить. Все такие занятые, просто тошнит от вас!

– Ты до сих пор не научил ее продуваться? – упрекнул Стас товарища.

– Ему некогда, – поджала губы блондинка. – Он созерцает морской пейзаж. Или ты в воду заглядываешь, Антоша? Надеешься первым увидеть блеск золота?

Антон проигнорировал ее выпад и показал в сторону лиловой полосы на горизонте:

– Между прочим, отсюда чудесный вид на берег Крыма…

– Ах-ах!

Руслана была не в духе, разговор не клеился, и дайверы решили вернуться к своим делам. Стас взялся за снаряжение, Антон принялся ему помогать.

Блондинка дремала на солнышке. С моря дул ветер, овевая ее прохладой. Вдалеке, вздымая белый гребень воды, мчался катер. Приблизившись к яхте, он сбавил ход, потом резко развернулся и скрылся из глаз.

Дайверы негромко переговаривались.

– Чего ему надо?

– Да просто катается чувак, – обронил Стас. – На яхту пялится. Красивая яхта! Хозяин за нее небось кругленькую сумму отвалил.

– Зато своя. Теперь есть откуда нырять.

– По-моему, нас ждет облом, – заявил Антон, проверяя трубки. – С чего вдруг решили здесь искать?

– Ордынцев где-то карту раздобыл… типа с отметками мест гибели кораблей. Сейчас многие в кладоискательство ударились. А разные аферисты на них зарабатывают. Втюхивают фальшивку вместо настоящей карты и руки потирают.

– Ордынцев мужик умный…

– И не таких обманывали.

– Земля золото отдавать не хочет, а вода и подавно, – вздохнул Антон. – Здесь не Красное море, где каждый камешек, каждая ракушка на дне видны. Если и затонул торговый корабль, то за столько лет давно в ил ушел. И груз на одном месте лежать не будет. Его по-любому может либо течением отнести, либо…

Он замолчал, что-то обдумывая.

– Ну да, может, – подтвердил разомлевший от жары Стас.

– Когда судно терпит крушение, оно же не сразу тонет… его шторм кидает из стороны в сторону. Содержимое трюма и ящиков оказывается разбросанным порой на приличное расстояние.

Стас покосился на дремлющую блондинку и понизил голос:

– Нам-то какое дело? Хозяин башляет, мы трудимся. Сочетаем приятное с полезным. Погружаемся, да еще и денежки получаем за это. Плохо ли?

– Хорошо… – лениво отозвался Антон.

– Ты как будто недоволен?

– Если бы нам поручили баржу немецкую найти или самолет, было бы проще. Их тут видимо-невидимо. В войну в проливе тонули и транспорты с оружием, и десантные катера. Только это все ближе к берегам Крыма.

– Там погранцы бдят.

– С ними можно договориться. Мой приятель погружался с группой украинских дайверов, видел на дне «Мессершмитт»: немецкий истребитель с отломанным носом. Даже пару крупнокалиберных патронов подобрал возле него.

– От авиационного пулемета? – оживился Стас.

– Угу. А про золото я ничего не слышал.

– Да хрен с ним, с золотом. Я бы на «Мессер» поглядел! Кабина уцелела?

– Говорят, да. Но без летчика. Видимо, ему удалось спастись.

– Или рыбы съели, – усмехнулся Стас.

– Далось им это золото! – с сердцем произнес Антон.

– Кому это «им»?

– Ордынцеву и его девахе…

– Тихо ты! – поднес палец к губам Стас и перешел на шепот: – Руслана – барышня злопамятная. Если кого невзлюбит – прости прощай.

– Плевать!

– Драная кошка, – шепнул Стас. – Что Ордынцев в ней нашел? У него, между прочим, жена есть.

– И где она?

– Дома… в Москве. Он ей наверняка наплел с три короба… про деловую командировку. А сам милуется тут с Русланой.

Блондинка в кресле не пошевелилась. Она не могла слышать, о чем шепчутся дайверы, – плеск моря и крики слетевшихся чаек заглушили бы и более громкий разговор. Однако Стас предпочел не рисковать. Зачем ему портить отношения с Ордынцевым?

– Зато Смолякова – знаменитость, – возразил Антон.

– Да ладно… Ведет на ТВ дурацкое шоу, а Ордынцев от нее без ума.

Антон считал зазорным обсуждать женщин и деликатно повернул разговор в деловое русло, показав на акваланги, ласты и гидрокостюмы: