Мое чужое имя - Ирина Уланова

От неожиданной удачи я начал заикаться и судорожно показывал Таньке на трубку. Она, поняв, что мы его, наконец, нашли, сделала мне знак прекращать разговор. Это было несложно, потому что о чем говорить я и так не знал.

— Какую галиматью я ему нёс… — ужаснулся я, когда положил трубку.

— Да уж… Врешь ты плохо.

— Зато ты — хорошо. Ладно, госпожа врунья, у кого он квартиру снял мы, допустим, нашли, а вот как мы узнаем адрес непосредственно Севухина? Или хотя бы его телефон? В объявлении — то указан только телефон хозяина! Опять, что ли, звонить и спрашивать: извините, я забыл свой адрес?

Таня задумалась. Потом решительно взяла трубку и набрала всё тот же номер.

— Извините еще раз. Я вам только что звонила. Да…я понимаю, но мне очень нужна именно эта квартира — уж больно район подходящий… да, но я заплачу любые деньги…

Я приник ухом к трубке рядом с Таниной головой и, затаив дыхание, слушал:

— Поймите, — возражали в трубке, — ну не могу же я выгнать своего квартиросъемщика. Мне всё равно кто там живёт, но…

Таня вдруг назвала, как отрезала совсем уж запредельную сумму для однокомнатной квартиры в провинциальном городе. В трубке надолго замолчали, потом, словно взмолились плачущим голосом:

— Ну…Я не знаю… Ну, хорошо, я поговорю с этим жильцом — уговорю его съехать. Оставьте ваш телефон…

— Вы лучше мне дайте его номер, а я сама с ним поговорю…

Записав, она аккуратно положила трубку на аппарат. А потом, так неожиданно, что я даже вздрогнул, Таня швырнула газету к потолку и бросилась мне на шею, а в ее изумрудных глазах впервые за все время нашего знакомства появились веселые, даже сумасшедшие искорки:

— Получилось! Ты представляешь, все-таки получилось!

— Действительно, получилось… — я до сих пор не мог поверить. — Теперь нужно скорее пробивать телефон по базе данных и вычислять адрес!

— А, может, завтра? — Таня настырно обвила мою шею руками, а в изумрудных глазах резвились бесенята.

— Завтра, так завтра, — не стал спорить я.

* * *

В понедельник утром Максим Таню Шорохову не вызывал — она пришла сама, но странным это никому не показалось. С ней уже и в дежурной части здоровались, как со старой знакомой. При ее появлении Федин даже не прекратил пересказывать соседу Соколку один из диалогов со следователем, а, учитывая, что в таких диалогах вполне могла содержаться следственная тайна — это было высшей степенью доверия. А вот оперативник Ваня Соколок отреагировал на ее приход куда более деятельно — подпрыгнул, уступая Тане менее скрипучий стул и повесил ее пальто на вешалку, за что был одарен очаровательной улыбкой.

— Ребята, а я вам пиццу принесла — вы ведь, наверное, еще и не завтракали.

— Ха, не завтракали! — Максим тоже поднялся и пошел ставить чайник. — Я, например, и не ужинал — только что с дежурства.

Когда заварили чай, разлили его по кружкам и начали поедать пиццу, Максим, с деланным равнодушием спросил, спросил:

— А как мы в Спасский съездили тебе не интересно узнать?

— Еще как интересно, — оживилась Таня. Похоже, она всеми силами старалась не выдать, что ради этого, собственно, и пришла.

— Пакетик-то с наркотой после вашего с Никитиным визита свидетельница в ведро с помоями выбросила — вот уж мы с Соколком там покопались вдоволь…

— Могла бы и в сортир выбросить, — флегматично добавил Соколок, — так что нам, считай, повезло.

— Но ничего, нашли мы пакетик, почистили — и на экспертизу. Эксперт говорит героин хорошего качества, без примесей — не понятно, каким образом наша девушка Аллаху душу не отдала… И правда, Нуйков этот какой-то киллер-неудачник!

— Зато второй киллер очень удачливый: третий труп за две недели вам чуть не устроил. Он ведь в той избушке тоже был — Даминова говорит, что к сестре Нуйков должен был с приятелем приехать. И не развлекаться, а по делу. Так что, возможно, передоз Даминовой устроил именно этот второй гость. Кстати, как у второй Даминовой дела?

— У той, которая в больнице? Ее с передозировкой доставили, но сейчас уже оклемалась — мне ее даже допросить разрешили…

— Опознала Нуйкова? — перебила его Таня.

— Опознала.

— А второго описала?

— Говорит, что лицо не запомнила — боится, похоже. К ней Ваганов поехал, допрашивать на предмет соучастия в убийстве Нуйкова и Каравчука.

— Да ерунда это, Максим! — горячо заговорила Таня. — Если бы она была соучастницей, то ее бы убирали наверняка!

Федин пожал плечами и веско заявил:

— Ваганову видней.

Соколок, молчавший до этого, посмотрел на часы и вздохнул:

— Ваганов — то, он уже вернулся, наверное… Сейчас явится сюда, опять нас к черту на кулички погонит.

Таня тоже посмотрела на часы и торопливо поднялась:

— Ладно, ребята, не буду вам мешать — мне и на работу уже пора.

Таня убежала. Иван поднялся со стула, разминая спину, походил по кабинету. Разгуляться здесь места было маловато: по обе стороны от окна два стола стояли в такой близости, что между ними едва помещался стул; в Максимовом углу — сейф, видавший виды. Наверное, еще НКВДэшники хранили в нем секретные документы; у двери вешалка-треног с чьей-то обшарпанной курткой — вот и вся обстановка, которая здесь умещалась. Поэтому гулял Ваня недолго, потом оперся локтями о подоконник — посмотрел вниз на удаляющуюся в сторону Университета Таню.

— Симпатичная дэвушка… — вздохнул он. — Федин, ты при ней треплешься не слишком много?

— Да брось ты, Ванька, она же сама в Спасском была, и Даминову она-то нам и сдала…

Он не успел договорить, потому что в кабинет вошел замначальника следствия Ваганов, хмурый и чем-то обеспокоенный:

— Федин, ты Шорохову на сегодня вызывал?

— Так она только что от меня вышла, Ваганыч. Ты с ней в дежурке разве не столкнулся?

Глаза у Ваганова округлились, стали почти бешеными, и вместо ответа он метнулся в коридор, очевидно, пытаясь там застать Таню. Иван с Фединым переглянулись, а через мгновение Ваганов возник снова:

— Сколько минут назад ушла? Куда? В какую сторону? — переводя сумасшедший взгляд с одного опера на другого, спрашивал он. — На проходную звоните сейчас же, чтобы задержали!

— Да зачем она тебе понадобилась? Вон… — Максим указал на окно, — она в свою библиотеку пошла. Сейчас доставим в лучшем виде.

Теперь Ваганов бросился к окну, из которого Татьяна уже была не видна, потом развернулся и жутким шепотом спросил:

— Вы ориентировки сегодняшние читали?

Федин с Соколком снова переглянулись: с выезда они вернулись за пять минут до прихода Тани, так что в дежурную часть заглянуть не успели.