Влюбленная в тебя - Рейчел Гибсон

– О… боже… – пробормотала Мэдди, когда смогла восстановить дыхание.

– Да. – Приподнявшись на локте, Майк заглянул ей в лицо.

– Я не помню, чтобы у меня когда-нибудь был такой чудесный секс, – добавила Мэдди.

– А так редко бывает. – Он откинул прядку волос с ее лба. – По правде говоря, я не думал, что вообще бывает так хорошо. – Майк рассмеялся, и на его щеках заиграли ямочки.

Мэдди улыбнулась и убрала ноги с его спины.

– Спасибо, Майк.

Он высвободился из ее объятий и соскочил с кровати.

– Всегда пожалуйста, – бросил он через плечо, направляясь то ли в туалет, то ли в ванную.

Перекатившись на бок, Мэдди закрыла глаза. Вздохнула и устроилась внутри уютного кокона чудесного послевкусия. В ее теле не осталось ни единой напряженной мышцы. Удавалось ли ей когда-нибудь раньше настолько расслабиться? Она обняла руками подушку. Наверное, ей следовало чаще заниматься сексом – ради борьбы со стрессом.

– Кто такой Карлос? – раздался вдруг голос Майка.

Мэдди открыла глаза. Сияющий кокон лопнул.

– Что?..

Присев на кровать, Майк взглянул на нее через плечо.

– Ты назвала меня Карлосом.

Мэдди такого не помнила.

– Когда?

– В момент оргазма.

– И что я сказала?

Уголки его губ приподнялись в усмешке.

– «Да-да, Карлос», – вот что ты сказала.

Ее шея и щеки порозовели.

– Я действительно так сказала?

– Да. Меня еще ни разу не называли именем другого парня. – Подумав немного, Майк добавил: – Не думаю, что мне это нравится.

Мэдди приподнялась и села.

– Прости.

– Кто такой Карлос? – допытывался Майк.

Он явно не собирался менять тему, и Мэдди была вынуждена сознаться.

– Карлос – это не мужчина.

Заморгав, Майк несколько минут смотрел на нее в изумлении.

– Карлос – женщина? – спросил он наконец.

Рассмеявшись, Мэдди показала на комод у кровати.

– Открой верхний ящик.

Нагнувшись, Майк выдвинул ящик. Его брови сошлись на переносице, затем поползли на лоб.

– Так это…

– Да, это и есть Карлос.

– Ты дала этой штуке имя?

Мэдди пожала плечами:

– Я подумала, что раз уж мы с ним так близко знакомы, то следует дать ему имя.

– Он фиолетовый…

Мэдди снова рассмеялась:

– И светится в темноте.

Фыркнув, Майк закрыл ящик. И изрек:

– А он большой…

– Не такой большой, как ты.

– Да, но я не могу… – Майк почесал в затылке. – Что он умеет делать?

– Он может пульсировать, вибрировать, колыхаться и нагреваться.

– Столько всего? Да еще и светится в темноте?

– Ты лучше, чем Карлос. – Мэдди привстала на колени позади любовника и обняла его. – Я гораздо охотней проводила бы время с тобой.

Майк ухмыльнулся и пробормотал:

– Но я не умею светиться в темноте.

– Зато твои глаза так сексуально горят… И ты потрясающе целуешься и ласкаешь меня. – Мэдди прижалась грудью к его спине. – Ты заставляешь меня вибрировать и нагреваться.

Обернувшись, он опрокинул ее на постель.

– А ты заставила меня вспомнить тот последний раз, когда я был в этой комнате. Тогда я никак не мог насытиться. Сейчас мне снова пятнадцать, и меня хватит на всю ночь.

Прядь темных волос упала Майку на лоб, и Мэдди протянула руку, чтобы откинуть волосы.

– Разве эта комната не изменилась с тех пор, как ты был здесь в последний раз с этой… как ее звали?

– Брэнди Грин. – Он обвел взглядом спальню. Посмотрел на лампы, на ночной столик и комод красного дерева. – Знаешь, если честно, я не помню, как она тогда выглядела.

– Слишком давно это было?

Майк снова взглянул на Мэдди.

– Я был тогда слишком занят, чтобы замечать обстановку. – От смеха в уголках его глаз собрались морщинки. – Брэнди была уже старшекурсница, а я был второкурсник. И я пытался произвести на нее впечатление.

– Удалось?

– Произвести впечатление? – Подумав немного, Майк ответил: – Не знаю.

– Что ж, зато ты произвел впечатление на меня.

– Знаю. – Он лег на спину, положив голову Мэдди себе на грудь.

– Откуда ты знаешь?

– Ты стонала.

Мэдди перебросила волосы через плечо.

– Неужели стонала?

– Да. И мне это нравится. – Он гладил ее руку. – Так я могу понять, что тебе нравится то, что я с тобой делаю.

Она пожала плечами:

– Вообще-то я люблю секс. Люблю с самого первого раза: я тогда была на втором курсе и лишилась невинности с помощью своего первого бойфренда Фрэнки Питерсона.

Рука Майка замерла.

– Ты ждала до тех пор, пока тебе не стукнуло… двадцать?

– Но я же была Мэдди-Цинциннати, помнишь? Правда, потом, когда уехала в колледж, я потеряла шестьдесят фунтов. Потеряла по той простой причине, что была настолько бедна, что у меня не было денег на еду. Да еще и тренировалась в спортзале. Но теперь я не желаю потеть из-за чего бы то ни было.

– Тебе не нужно потеть в спортзале. Ты, Мэдди, само совершенство.

– Но я слишком слабая.

– Ты женщина. Тебе положено быть слабой.

– И все же…

Тут Майк вдруг перевернул ее на спину и посмотрел на нее сверху вниз.

– Знаешь, Мэдди, я все никак не могу понять, почему мне так хотелось быть с тобой. Я пытался тебя избегать, держать руки подальше от тебя, но не мог. – Он заглянул ее в глаза. – Может, после этой ночи смогу?

У Мэдди перехватило дыхание. Нет, ей нужна не одна ночь. Она надеялась, что будет несколько ночей. Но ведь он – Майк Хеннесси, а она – Мэдди Джонс. И придется сказать ему об этом. Очень скоро придется.

– Тогда давай проведем время с пользой. – Она запустила пальцы в его волосы. – А завтра снова можешь на меня злиться. А я снова дам обет воздержания. Все вернется на круги своя, все будет так же, как было до этой ночи.

Он усмехнулся уголком рта:

– Ты думаешь?..

Мэдди кивнула:

– Да, конечно. Ведь мы с тобой не ищем любви и не имеем никаких обязательств за пределами этой спальни. Нам обоим нужно одно и то же, верно, Майк? – Она притянула его к себе и прошептала, едва касаясь губами его губ: – Никаких последующих встреч. Просто стоянка длиной в ночь.