Завтра утром - Лайза Джексон

— Значит, ты думаешь, у нас серийный убийца? — спросила Кэтрин Окано, изучая через бифокальные очки записку, которую получил Рид. Серый шерстяной костюм вполне отражал ее настроение. Она была сдержанна, губы сжались в жесткую линию.

— Похоже на то. — Рид сидел в кресле, а Морисетт стояла у окна.

— Только этого не хватало. — Окано села в кресло. — Ладно, что там у вас?

Они быстро рассказали окружному прокурору о событиях на кладбище Хэритидж и в доме Роберты Питере. Опросили соседей, кто-то вспомнил, как Роберта около десяти звала кота, а еще кто-то сообщил, что женщину, которая жила с Робертой, зовут Анжелина, она ночевала в доме, но раз в неделю у нее был выходной.

— Вы говорили с горничной?

— Нет, пока не нашли.

Окано нахмурилась еще сильнее.

— А пресса уже что-то разнюхала?

— Да, несколько запросов уже было, — признался Рид, вспомнив о двух телефонных звонках и электронном сообщении, которые он получил от Никки Жилетт. Она была, естественно, не одинока, но наиболее решительна. И задалась целью достать Рида. Пока Морисетт, Клиффу Зиберту, Реду Демарко звонили другие журналисты, Никки сосредоточила удар на Риде. — Пресса уже собирает факты.

Окано помрачнела и откинулась на спинку кресла. Пожевала губами; зеленоватые глаза за очками в тонкой оправе потемнели. Явно недовольна.

— Нам придется сделать заявление, но нужно больше фактов.

— Мы ждем отчетов экспертной группы и медиков, — сказал Рид и, когда Окано недобро взглянула на него, добавил: — Да, мы с тобой знаем, что официально я этим делом не занимаюсь, но убийца продолжает посылать мне письма, и я не могу отстраниться.

— Зато я занимаюсь, — настойчиво заявила Морисетт. — Я уже начала опрашивать соседей и родственников Роберты Питере. Список длинный. Она не только активно помогала в библиотеке, но и каждую неделю играла в бридж с постоянными партнершами, была в совете клуба садоводов и состояла еще в нескольких сельских клубах. Дама с разносторонними интересами.

— Значит, пресса немедленно вопьется в нас. — Глаза Окано сузились. — И ты ее знала?

— Я знала о ней. Даже десяти слов ей не сказала, и то все больше «здравствуйте, как поживаете». Я знаю только то, что она была чтецом в библиотеке.

Окано взяла стакан с чем-то вроде кофе, дымившийся на краю стола.

— Хорошо, продолжай работу, но ты, Рид, отстранен. Официально и неофициально. Если убийца снова тебе напишет, скажи Морисетт, а ты… — она повернулась к Морисетт, — держи меня в курсе расследования. — Она постучала длинным пальцем по столу рядом с запиской убийцы. — Отправьте это в лабораторию, пусть сличат с другими записками и сообщат мне. А я пока свяжусь с ФБР.

Рид кивнул, но никак не прокомментировал пункт о федералах. Обычно с ними одна морока, но свое дело тем не менее они знали, к тому же имели доступ к ресурсам, недоступным для саваннской полиции. Федералы могут помочь, а сейчас управлению требовалась любая помощь.

— Надо сделать заявление, предупредить людей, — подумала вслух Окано. — Так, чтобы не вызвать панику. — Она посмотрела на них и остановила взгляд на Морисетт. — Поймай этого ублюдка, и поскорее.

Рид и Морисетт вышли из кабинета окружного прокурора, отдали записку в лабораторию и отправились в отдел убийств, где все шло своим чередом. Детективы сидели за мониторами, висели на телефоне или разгребали завалы бумаг, которые сопутствуют любому делу.

— Мне надо позвонить в пару мест. Увидимся, — сказала Морисетт и ушла к себе.

Рид уселся в кресло, и древний обогреватель принялся обдувать его таким горячим воздухом, что по лбу побежал пот. Снаружи было градусов пятьдесят, в кабинете — около девяноста2 . Духота. Как в самые жаркие летние деньки. Он ослабил галстук и повернулся к монитору. Его ждали и другие дела, но Гробокопатель, как его ни называй, был среди них главным. Черт, он терпеть не мог это прозвище — Гробокопатель. Пусть Никки Жилетт занимается такими глупостями. Он не послушался приказа Окано оставить расследование. Он уже увяз в нем по колено, хотел того или нет. Убийца добился этого.

Почему?

Что связывает его с душевнобольным чудовищем, которое раскапывает могилы на кладбищах и засовывает живых женщин в занятые гробы? И при этом отвозит один гроб за триста миль? Зачем? Хочет этим что-то сказать? Это подсказка, которую Рид не понял? Он щелкнул мышкой, нашел материалы по делу Гробокопателя и вызвал на экран фотографии жертв. Внутри все сжалось, когда он посмотрел на Бобби Джин… Она была так красива, а сейчас превратилась в пепельно-серый труп.

Он посмотрел и на другие тела, два из которых уже разлагались. Что общего у этих людей? Как они связаны с ним? И связаны ли? Или все это мираж? Знает ли его Гробокопатель… или этот чокнутый выкопал имя Рида в газетах прошлым летом? Кто знает… Он все еще размышлял над этим, как вдруг постучали в дверь. Развернувшись на стуле, Рид увидел, что в дверях стоит детектив Макфи.

— Я только хотел попрощаться, — сказал верзила.

— Уже домой?

10° по Цельсию.

32° по Цельсию.

— Да, ненадолго. Надо разобраться с сегодняшними новыми фактами. — Он наморщил высокий лоб. — Похоже, на свободе бродит настоящий маньяк. Я бы остался, но особых причин нет. Шериф требует меня обратно.

— Но ты вернешься?