Суд и ошибка - Энтони Беркли

В клубе мистер Бадд, изложив свою скорбную сагу (ибо «Соверен», конечно, закрылся, и мистер Бадд имел все основания ожидать, что останется без работы, как только истечет срок аренды), каким-то образом перевел разговор на пьесу, которую он недавно читал и которая, если его послушать, являла собой «выстрел в яблочко», «первый сорт» и «верное дело».

— Она велела мне отослать ее автору, — жаловался мистер Бадд, — но я не стал. Я не мог выпустить ее из рук!

Не слишком заинтересованный, мистер Тодхантер вежливо попросил объяснений. Из них он понял, что в многочисленные обязанности мистера Бадда входило прочитывать десятки пьес, которыми драматурги-любители с воодушевлением заваливали мисс Норвуд. Все, что он находил достойным внимания, он передавал ей, чтобы она ознакомилась, и доля таких рукописей не составляла и одного процента.

— Да полная безнадега! — жарко говорил мистер Бадд. — Девяносто девять из ста — обыкновенная дрянь. Почитаешь и сразу поймешь, что эти олухи никогда не были в театре!

Однако пьеса, о которой шла речь, похоже, оказалась из ряда вон. Это был первый опус никому не известного автора, и, по словам мистера Бадда, опус этот станет сенсацией — если удастся его поставить, конечно.

— Но куда там! Я же объяснял вам, да, какие мы все овцы? Пьеса мистера Икс-Игрек-Зет имеет успех — директора всех театров Лондона обивают его порог, выпрашивая другую. Пьесы мисс Эй-Би-Си еще никогда не ставились — и не будут, потому что ни один смельчак не пойдет на такой риск… Однако мисс Норвуд отказалась от этой пьесы совсем по другой причине. Сказала-то она, что, дескать, сырой материал, но и тут покривила душой: ей, как и мне, было известно, что пьеска — в самое яблочко. Нет, она отказалась взяться за нее потому, что не могла сыграть в ней главную роль. Эта роль, во-первых, для юной девушки, а во-вторых, чертовски сложна. Надо отдать Джин должное, она знала свои пределы. Однако…

Мистер Тодхантер вдруг сел прямо и насторожился, как хищная птица, предвестник беды, готовая спикировать на добычу.

— Так, говорите, хорошая пьеса? — перебил он.

— Да, — подтвердил мистер Бадд несколько удивленно.

— А скажите, главная роль в ней могла бы подойти Фелисити Фарроуэй?

— Фели… О, помню девочку, помню! Мистер Тодхантер, — с восхищением сказал мистер Бадд, — вы попали в самую точку. В этой роли Фелисити переиграет всех актрис Лондона. Да она просто создана для этой роли! Но как вам пришло в голову?

— Вы сами мне говорили, что мисс Фарроуэй — талантливая актриса.

— Верно. Припоминаю. Да, вы же друг ее отца. Бедняга, как его эта история подкосила…

— Во сколько обойдется постановка этой пьесы с мисс Фарроуэй в главной роли?

Мистер Бадд задумался.

— Трех тысяч легко бы хватило… Но знаете, я бы вам не советовал. Риск чертовски велик. Неизвестная актриса, неизвестный драматург — все против вас! Конечно, если заполучить публику на первый спектакль, но… И кому вы поручите постановку? На мой взгляд, Дэйн подошел бы, но… послушайте, вам ведь нужен антрепренер, не так ли? — оживился мистер Бадд.

— Через три дня я уезжаю за границу, — раздумчиво проговорил мистер Тодхантер, — и сам заняться спектаклем не смогу. Не согласились бы вы взять на себя всю ответственность: уладить дело с драматургом (контракт непременно должен быть одобрен в Обществе авторов, я на этом настаиваю), пригласить мисс Фарроуэй, найти остальных актеров, выбрать режиссера и сделать все остальное — при условии, что перед отъездом я выпишу вам чек на три тысячи?

— Но вы же меня совсем не знаете, — чуть не разрыдался мистер Бадд. — Вы не можете так поступить! А если я удеру с деньгами, а если… да вы спятили!

— Так вы согласны? — усмехнулся мистер Тодхантер.

— Клянусь костьми и грудинкой! — выпалил мистер Бадд. — Еще бы я не согласен! И если вы не обогатитесь на этом, то не по моей вине. Ох… Черт! Эй, малый, принеси-ка мне еще порцию!

4

Три дня спустя мистер Тодхантер отплыл на корабле «Анчуза». Расследование убийства мисс Норвуд так и не сдвинулось с мертвой точки. Газеты открыто обвиняли полицию в беспомощности, и полиция вроде бы соглашалась, что газеты от истины недалеки. Мистеру Тодхантеру казалось, что он наконец выбрался из кошмара.

Тут он жестоко ошибался.

Поскольку в Токио мистер Тодхантер узнал, что почти пять недель назад по обвинению в убийстве Джин Норвуд арестован Винсент Палмер.