Вниз по кроличьей норе - Марк Биллингем

В свое время мне приходилось работать по паре убийств, где мы посещали похороны жертвы в равной степени как для того, чтобы выразить свое уважение жертве, так и в надежде на то, что туда явится убийца. Это может выглядеть несколько натянуто, я понимаю — ну да, все вы частенько видите это в полицейских сериалах: «Приглядывай-ка за скорбящими, Льюис… наш убийца явно где-то в этой церкви!»^[71] — но могу сказать вам из собственного опыта, что время от времени это окупается. Иногда убийца просто не может удержаться, чтобы лишний раз не позлорадствовать; или же он малость со странностями и хочет окончательно убедиться, что человек, которого он убил, действительно мертв. Хотя, как правило, все гораздо прозаичнее, и ты просто подозреваешь, что убийца — это кто-то из членов семьи или знакомых жертвы.

В любом случае все, что я хочу сказать, — это что иногда детективу стоит отряхнуть от пыли свой черный костюм и раскошелиться на пару цветочков.

Хотелось бы мне сказать, что когда в воскресенье утром я проснулась, в голове у меня хоть сколько-то прояснилось… Увы, творился там примерно такой же бедлам — не стану делать вид, будто это было не так, — но, по крайней мере, я проснулась с идеей в голове. И довольно достойной, как мне показалось, несмотря на все, чего я не знала или чего не могла понять. Поскольку я поняла, что мой убийца и вправду где-то в этой церкви.

Церковь, психиатрическое отделение… короче, вы уловили суть.

Сразу после завтрака я поговорила на эту тему с Маркусом — не про то, как убийцы ходят на похороны, разумеется, — и он оказался совсем не против этой идеи.

— Что ж, неплохая мысль… — Он вроде как не испытывал абсолютно никаких подозрений. — Это очень внимательно с твоей стороны, Алиса… Дай знать, если мы чем-то можем помочь.

— Это последнее, что мы можем сделать! — пафосно объявила я.

Имелись в виду не настоящие похороны, разумеется.

Впрочем, вариант с имитацией похорон я тоже бегло рассматривала — картонный гроб, все такое, — но под конец это показалось мне слишком уж сложным, тем более что я так и не смогла придумать, как сымитировать закапывание в могилу или кремацию, и даже не знала, что из этого предпочел бы сам Кевин, — так что этот план пришлось отмести. Решила остановиться на чем-нибудь попроще. Настоящие похороны вроде как уже состоялись, а даже если и нет, то вряд ли кто-нибудь из нас получил бы приглашение, так что я провела остаток дня, готовя то, что назвала Маркусу прощальной церемонией.

Первым делом я рассказала всем, включая «добровольцев», что именно планирую, всеми силами постаравшись их убедить, что на таком мероприятии надо обязательно присутствовать.

— Он был одним из нас, — проникновенно вещала я. — Всем нам будет только на пользу… дать волю своим чувствам, выразить себя слегка. — И еще: — Ну хоть какое-то развлечение!

Некоторые предсказуемо проявили бо́льшую охоту, чем прочие, но ближе к полудню я была уже практически уверена, что народу явится немало, когда до этого дойдет дело. Людям будет чем заняться, в конце-то концов, все смогут полюбоваться на нечто новое и неизбитое. Хоть как-то поломать унылую монотонность сложившегося уклада жизни в отделении.

Немного подсобила мне только Лю-Косячок — Донна не смогла выкроить время из своего плотного расписания ходьбы, а Ильяс заявил, что у него шахматный матч, — но на то, чтобы все как следует организовать, все равно ушла бо́льшая часть дня. Как только я выцыганила подходящее помещение, пришлось передвинуть тонну всякого добра и все подготовить — расставить рядами стулья и так далее. Кроме того, мы хотели, что все смотрелось красиво и пафосно. Для задуманного мною антуража требовались фото покойного, если выйдет их раздобыть, кое-какие декорации и, конечно же, соответствующая случаю музыка.