Дело о ленивом любовнике - Эрл Стенли Гарднер

Около шести утра телефон в квартире Мейсона начал призыватьего скрипучими звуками. Адвокат, который дремал в большом уютном кресле,поставив телефон перед собой на стол, схватил трубку и торопливо спросил:

– Что ты обнаружил?

– Есть кое-что, Перри, – послышался голос Пола Дрейка.

– Что такое?

– Мы узнавали насчет телефона Бернис Арчер, Доннибрукшестьдесят девять восемьдесят один. Ей звонили в понедельник вечером, околосеми. Звонок был со станции обслуживания, милях в двух от Спрингфилда. Мои людипоехали туда и расспросили владельца колонки, парня по имени Лейтон, и он всехорошо помнит.

– Продолжай, – взволнованно сказал Мейсон. – Что произошло?

– Подъехала машина и остановилась у бензоколонки. Женщина,отвечающая описанию миссис Оллред, сказала, что ей нужно наполнить бак досамого верха. В машине сидел мужчина, отвечающий описанию Флитвуда. Он словнонаходился в летаргии. Развалился на сиденье и пальцем не пошевельнул, чтобыпомочь даме. Лейтон сперва подумал, что парень пьян, а потом пришел кзаключению, что тот просто ленив. Потом женщина ушла в дамскую комнату, и в туже минуту, как она скрылась из виду, Флитвуд ожил. Он выскочил из машины,кинулся на станцию, схватился за телефон, бросил туда монетку, вызвал междугороднуюи позвонил по этому номеру. Владелец отлично это запомнил, потому что емупришлось из-за этого изрядно поволноваться. Он решил, что миссис Оллред – женаэтого парня и что муж пытается назначить свидание с подружкой – или объяснить,почему он нарушил прошлый уговор. Владелец колонки ничего не сказал, апродолжал себе наполнять бак, проверил масло и воду, протер оба крыла и прочее.Немного раньше прошел дождь, и было все еще темновато. А мужчина все стоял иждал, когда ему ответят на звонок, и следил за дверью дамской комнаты. Преждечем ему ответили, женщина вышла, и он бросил трубку, как горячую картофелину,забрался в машину и откинулся на подушки в полной прострации.

Телефон начал звонить, когда женщина платила за бензин.Заправщик посмотрел на мужчину в автомобиле, но тот только незаметно качнулголовой. Когда машина отъехала, Лейтон подошел к телефону. Телефонисткасказала, что Доннибрук шестьдесят девять восемьдесят один на проводе, что миссАрчер слушает, но заправщик объяснил, что люди, которые вызывали этот номер, немогли дождаться звонка. Вышел небольшой спор, телефонистка напомнила, чтомеждугородные вызовы занимают не менее четырех минут. Но владелец станциисказал, что не имеет значения, пусть всего десять секунд прошло, но тот, ктовызывал, уже уехал, и что теперь с этим поделаешь.

– Это было в понедельник вечером? – уточнил Мейсон.

– Понедельник, вечер, сразу после семи.

Мейсон сказал:

– О’кей, спасибо! Не ложись еще, Пол, для тебя будет работа!

– Конечно, будет, – согласился Дрейк. – И своя работа у меняна сегодняшнюю ночь есть. Имей совесть, Перри. Дай отдохнуть.

– Сможешь отдохнуть между делами, – подбодрил Мейсон. – Будьв конторе, Пол. Наверно, у меня еще что-то назреет.

Мейсон повесил трубку, потом позвонил в управление полиции испросил лейтенанта Трэгга. Голос Трэгга звучал хрипло и устало. Он сказалМейсону:

– В этот час я всякому не отвечаю. Когда вы дадите мне тесведения, которые обещали?

– Скоро. Я сейчас подъеду. Ждите меня.

– К чертям, я уже вас ждал!

– О’кей. Теперь не придется ждать больше пятнадцати минут. Яживо сниму с Флитвуда всякую амнезию.

– Но не так, – сказал Трэгг. – Вы мне дадите взрывчатку, и ясам буду взрывать.

– Так не получится, – возразил Мейсон. – Но я обещал вам,что его расколю, и я это сделаю. Только я хочу сделать это сам. Если выпопытаетесь, не выйдет.

– Ладно, приезжайте, – сдался Трэгг. – Я в кабинете.

– О’кей, через пятнадцать минут, – подтвердил Мейсон.

Мейсон схватил пальто и помчался в Главное управление.

Кабинет Трэгга был внушительным, стены украшены ножами,пистолетами и кастетами, фигурировавшими в делах: под каждым экспонатом былаприкноплена история того дела, в котором он участвовал. Мебель кабинетарассказывала свою собственную драматическую историю. Массивный дубовый стол былпрожжен по краям, куда клали горящие сигареты, отвечая на срочные телефонныезвонки. То и дело попадались на этом столе царапины и трещины в тех местах,куда бросали конфискованный пистолет или нож, или там, где какой-нибудьарестованный в отчаянии колотил по дереву своими наручниками.

– Ну, – спросил лейтенант Трэгг, – каков счет?

– Флитвуд уличен, – ответил Мейсон.

– Это вы сказали по телефону.

– Я это докажу.

– Валяйте.

– Пусть сюда приведут Флитвуда.

– Он будет свидетелем обвинения.

– Это насчет чего?

– Ну, – замялся Трэгг, – он…

– Вот именно, – сказал Мейсон. – Память этого человека –белое пятно. Он ничего не помнит. И потому не может быть свидетелем.

– Он может быть свидетелем в предварительном расследовании.

– Ну-ну, – саркастически заметил Мейсон.

– Слушайте, Мейсон, если сюда приведут Флитвуда и вы учинитеему допрос с пристрастием, а потом на суде предъявите ему показания, которые ондавал, когда вы допрашивали его здесь, – то это будет весьма чревато.

– Для него?

– Для меня.

– Почему?

– Потому что я дал вам допрашивать свидетеля.

– Если ваш свидетель не может отвечать на вопросы, – сказалМейсон, – когда вы здесь и можете видеть, что я его не запугиваю, – мало толкубудет от него как от свидетеля, когда его поставят на свидетельское место и уменя будет возможность задавать ему вопросы так, чтобы никто меня неостанавливал.

Трэгг подумал над этим и сказал:

– О’кей, Мейсон. Я доставлю его сюда. Но я хочу, чтобы выопределенно поняли одну вещь.