Месть по древним понятиям - Сергей Зверев

— Говори, дорогой. Для тебя никогда не рано.

— Помнишь, когда у тебя была небольшая проблема, я тебе помог с адвокатом? Ты тогда сказал, что, в случае чего, я тоже могу к тебе обратиться. Как в воду глядел, Арам. Теперь проблема у меня.

— Говори, дорогой.

— Ко мне человек должен приехать. Привезти одну вещь. Мой заказ. Я ему заплатил вперед, но теперь он говорит, что этого мало, и не хочет отдавать вещь, пока я не дам еще столько же. А там немало, Арам. Там очень немало. Я выполнил уговор. А он не хочет. Это неправильно. Я должен получить то, за что заплатил, и прошу тебя помочь мне. Для твоих джигитов это вопрос пяти минут. А со мной хотят поступить несправедливо.

— Что за вещь, дорогой?

— Икона. Ты ведь знаешь, я собираю.

— Этот человек на машине?

— Да, Арам.

— Хорошо, дорогой. Жди моего звонка.

Вскоре Арам перезвонил и сообщил, что «джигиты» готовы. Он подробно расспросил, на какой машине будет Харитон и по какой дороге он поедет.

— Мы договорились встретиться у меня дома, — объяснял Зеленский. — Так что на Ярославском шоссе он появится точно. Но вот откуда будет выезжать, пока не знаю. Я попробую уточнить, если это важно.

— Важно, дорогой. Уточни. И еще уточни. Сам этот человек, он тебе нужен? Или только икона? Ты ведь знаешь, мои парни горячие. Если с этим твоим курьером что случится, чтобы потом между нами обид не было.

— Смотри сам, — после небольшой паузы проговорил Зеленский. — Мне нужна икона, Арам. Обид не будет.

…Через несколько минут Зеленский говорил в трубку уже совсем другим, радостным тоном:

— Харитон! Рад снова слышать вас. Я тут переговорил кое с кем, думаю, мне скоро подвезут деньги. Неудобно заставлять вас ждать, ведь вы проделали такую большую работу. Постараюсь принять меры, чтобы рассчитаться с вами как можно оперативнее. Вы сейчас где находитесь? Вам далеко до меня ехать?

— Я в центре. Но пробок нет, думаю, дорога займет минут сорок. Плюс-минус.

— Отлично! Этого мне вполне хватит, чтобы восстановить платежеспособность. Подъезжайте, Харитон, жду вас.

«Ладно, как скажешь, — вновь в недоумении думал диггер, заводя машину. — Деньги ему подвезут. Откуда, интересно? Из круглосуточного банка? Ерунда какая-то. То не приезжай, то приезжай. Сам черт не разберет. Поскорее бы развязаться со всеми этими чудесами, да и забыть».

Ясным летним утром не хотелось зацикливаться на недоразумениях. Настроение Харитона скоро улучшилось. Непривычно пустые столичные дороги, по которым в кои-то веки можно было прокатиться с ветерком, быстро развеяли хандру.

Каковы бы ни были препятствия, ему удалось их преодолеть, и теперь его ожидал счастливый финал и заслуженное вознаграждение.

С этой мыслью Харитон прибавил газу и вдруг заметил в зеркале заднего вида быстро нагонявшую его белую «Мазду». Водитель мигал фарами, требуя, чтобы ему уступили дорогу.

— Да счас, — пренебрежительно огрызнулся диггер. — Все брошу и буду тебе полосу уступать. Пустая дорога. Обгоняй, если неймется.

Но «Мазда» не обгоняла. Видя, что «подмигивания» не действуют, водитель начал сигналить. Все, кто знал Харитона, в один голос могли бы подтвердить — теперь он не уступит ни за что.

«Везет мне на обдолбанных, — думал диггер, вспоминая недавний случай на выезде из Кащеева. — Обе полосы свободны, хоть слева, хоть справа. Нет, ему надо, чтобы я ушел. Дожидайся».

Рывками увеличивая скорость, почти тычась «носом» в задний бампер джипа, «Мазда» продолжала преследование. Но Харитон перестал обращать на нее внимание, заинтересованный тем, что происходило на встречной полосе.

Там черный «Форд» объезжал неторопливую бежевую «девятку», а из-за него, пользуясь ранним временем и отсутствием постовых, выезжал на двойной обгон солидный «Лендровер».

Шеренга из трех машин заняла все полосы встречной дороги. Пример оказался заразительным — из-за «Лендровера» показалась серебристая «Шевроле Нива». Совершая уже не двойной, а тройной обгон, она выехала на встречную полосу, по которой двигался сейчас Харитон, и, не сбавляя скорости, помчалась вперед. По-видимому, водитель надеялся, что ему удастся объехать ряд автомобилей еще до того, как он лоб в лоб столкнется с «Тойотой» Хабарова. Но Харитон видел, что это невозможно.

Настырная «Мазда» все так же поджимала сзади, сумасшедшая «Нива» шла в лобовую. Единственное, что можно было сделать в такой ситуации, — перестроиться на соседнюю полосу.

В зеркалах не отражалось никаких транспортных средств, но едва Харитон немного отклонился вправо, послышался глухой звук, как будто машина задела какой-то предмет. Ту же резко завизжали тормоза.

Не понимая, что происходит, Харитон тоже притормозил и в боковое зеркало увидел невесть откуда явившийся черный «Опель». Широко распахнув все четыре дверцы, из него уже выходили плотные, восточного типа ребята. Выражения лиц не сулили ничего хорошего.

«В «мертвой зоне» ехали, гады, — заключил Харитон, наблюдая за приближавшимися кавказцами. — Вот, оказывается, чего мне еще не хватало в жизни, — автоподставы».

— Ты что делаешь, а?! — возмущенно крикнул маленького роста толстяк, похожий на колобка. — Глазами совсем не смотришь?!

Тем временем «Мазда», объехав джип, тоже притормозила, встав поперек дороги и перегородив проезд. Оттуда пока никто не появлялся, но можно было не сомневаться — в случае чего, ребятам из «Опеля» помогут.

— Давай, отъезжай! — оживленно жестикулировал колобок, указывая на обочину. — Отъезжай, разберемся.

Но Харитон отлично знал, что отъезжать в таких случаях нельзя. Он вышел из машины и спокойно поинтересовался:

— А в чем проблема, ребята?

— В чем проблема?! — наскакивал толстяк. — Ты мне новую тачку испортил! Машина нулевая, вчера только из салона забрал. А теперь битая, как у лоха последнего.

— Где битая?

— Везде! Самед, покажи ему. Мне теперь машину целиком красить. Не умеешь водить, не лезь на дорогу. Из-за таких, как ты, одни проблемы.

— Фильтруй базар!

— Что?! Что ты сказал? Самед, ты слышал? Да я об таких, как ты, ноги вытираю!

С этими словами он замахнулся раскрытой ладонью, видимо, намереваясь ударить Харитона по лицу. Но тот перехватил руку. Держа за запястье, свободной рукой диггер уже собирался ударить толстяка в челюсть, но в этот момент сам получил хороший хук в область печени, заставивший перегнуться пополам от боли.

— Так его! Так его, Самед! А ну-ка, дай я! — горячился толстяк.

Но ударить ему снова не удалось.

Боль не сломила Харитона, а только привела в ярость. Разгибаясь, он нанес нападавшим несколько ударов почти одновременно.

Отлетел к «Опелю» схватившийся за поврежденную челюсть колобок, застонал и упал на землю, получив по коленным суставам, массивный Самед. Двое других хулиганов едва успели защититься, позабыв о том, что сами собирались нападать.