Не все трупы неподвижны - Вадим Россик

— Для меня самой загадка, кто и почему это делает. Честное слово.

Пытливо заглядываю в чистые, невероятно голубые глаза. Вернее линзы. Вот уж точно — врёт, как дышит.

Лже-Кассандра тушит сигарету, допивает вино, гибким кошачьим движением придвигается ко мне ближе и вкрадчиво мурлычет:

— Что вы собираетесь теперь делать, мой недоверчивый мсье Вадим?

— А по-твоему, что я должен делать? Сообщить об одной маленькой, но очень хитрой мошеннице в полицию?

— По-моему, мой герой, ты должен узнать, что случилось с Кассандрой Камбрэ пять лет назад.

— Я тебе уже говорил, что скорее всего она утонула в море.

— Тогда почему её родители прикидываются, будто их дочь жива? Узнай, в чём тут дело, и ты найдёшь разгадки всех остальных загадок.

Чуть заметно киваю. Мне лениво. Уютная постель лишила последних сил.

— Ну, хорошо, гений перевоплощения. Повинную голову меч не сечёт, но позже напомни мне тебя арестовать.

Девочка-эльф с недовольной гримаской тычет меня кулачком в плечо.

— Вот же зануда! Я ведь на твоей стороне, Вадим! Ты должен мне верить!

— Я верю.

Глядя на обиженное личико Кассандры (ладно, буду пока называть самозванку по-прежнему), напоминаю себе, что о доверии обычно очень много говорят люди, доверия совершенно не заслуживающие. Но это моё субъективное мнение.

— Как нам завтра себя вести? — интересуется Кассандра, нежно поглаживая моё измученное тело. Впрочем, тело не возражает, только джинсы вдруг становятся слишком тесными.

— Как обычно, небрежно. Будем делать вид, что ничего не случилось, — успеваю я пробормотать, прежде чем Кассандра закрывает мне рот поцелуем. Что-то она совсем пьяная.

По крыше громко стучит дождь. Мы с Кассандрой отчаянно дружим на измятой постели. Страсть этой девчонки способна расплавить даже молибден, а я не такой тугоплавкий, как молибден. «Люби меня! Возьми меня! Не жалей меня! Я твоя, а ты мой! Мой!» Надеюсь, тётка Шарлотта так и не надела слуховой аппарат.

В полночь возвращаю себя с олимпа на второй этаж, напрасно стараясь не скрипеть ступенями лестницы. Оказавшись в номере, опускаю себя на диван. Тело тает в блаженной истоме, а вот ноги больше не держат — трясутся и отказываются от работы. Сегодня я явно злоупотребил их добротой. Виновато трогаю ноющие ступни. Хотите, подержу вас в чудотворной воде?

Я и Кассандра. Старый больной мужик с тараканами в голове и молоденькая красотка. Девочка-эльф. Для чего всё это: нежность слов, ласка рук, безумие тел, рычание в ответ на стоны, стоны в ответ на рычание и одновременный сладкий венец? Меня тревожит какая-то космическая бессмысленность наших отношений. Любопытно, секс с девушкой, перемазанной в саже, — это такое извращение? Просто интересуюсь.

Я отдаю себе отчёт в том, что Кассандра — коварная змея, полная нераскрытых тайн природы. Значит, я сплю с ней в научно-познавательных целях? Наверное, нет. Точно нет. Для меня Кассандра — это маленькая испуганная девочка, заблудившаяся в страшном лесу, который посадили взрослые. Никто не узнает, сколько ею было пролито слёз. Неведомых. Невидимых. Горько-солёных. Дети же доверяют взрослым, а взрослые их предают, и земля покрывается осколками разбитых детских иллюзий. А я ведь мужчина. Мы, мужчины, должны заботиться о наших девочках. Такое правило.

Постукиваю кончиками пальцев по дивану. На моём тайном языке это означает: «Ложись спать, чудик. После инсульта ты стал такой чувствительный!»

Неожиданно гудит мой неугомонный мобильник. Он-то никогда не отдыхает. Первый час ночи. Кто это так поздно даже по всемирному счёту? Смотрю на номер телефона звонящего: Харун. Я просил афганца звонить мне в любое время. Вот он и звонит.

— Халло!

— Халло, уважаемый герр Росс!

— Есть новости?

— Есть. Из-за этого я и решил побеспокоить. Вы помните заметку о рыжеволосой девочке десяти-двенадцати лет, найденной в море недалеко от Сета?

— Да.

— Я только что нашёл ещё одну заметку.

— Да?

— Экспертиза ДНК показала, что это была не Кассандра Камбрэ.

Машалла!