Забытые дела Шерлока Холмса - Дональд Томас

Холмс замолчал, а сэру Артуру стоило большого труда совладать со своим беспокойством. Наконец он поднял голову и произнес:

— История повторяется, только на сей раз все еще хуже.

— Потому что в ней замешан принц Георг?

Наш гость опять покачал головой и опустил глаза.

— Нет, потому что принц Георг когда-нибудь станет королем.

— Разве трон займет не герцог Кларенс? — не выдержав, вмешался я.

— Да, конечно, — тихо согласился Бигг, — если он доживет до этого дня. Я должен открыть вам еще одну тайну, джентльмены. Герцог Кларенс тяжело болен. Я многое отдал бы за то, чтобы ошибиться в прогнозах, но сомневаюсь, что он переживет своего отца. Таким образом, шантаж принца Георга — это преступление против нашего будущего короля.

Дальнейшие события подтвердили правоту сэра Артура: в скором времени герцог Кларенс скончался, и в тот момент его бабушка еще оставалась королевой Британии. Я не стал уточнять, какой именно болезнью страдал наследник престола, поскольку зачастую даже такие выдающиеся умы, как лорд Рэндольф Черчилль, умирали от сифилиса, заразившись им по юношескому легкомыслию.

— Боюсь, что вам придется рассказать нам все подробнее, сэр Артур, — учтиво заметил Холмс.

Помощник королевского секретаря кивнул:

— Непременно, мистер Холмс. Прежде всего, Хауэлл заявляет, что у него на руках письма и документы, подтверждающие факт бракосочетания принца Георга и дочери сэра Майкла Калм-Сеймура, адмирала Средиземноморской эскадры.

К моему удивлению, Холмс откинул голову назад и рассмеялся так беззаботно, как уже давно себе не позволял.

— Неужели? Я всегда считал, что неплохо знаком с конституцией Британской империи, сэр Артур. Согласно закону о королевских браках, принятому в тысяча семьсот семьдесят втором году, такой союз должны признать недействительным. Принц Георг не имеет права жениться без согласия монарха, пока ему не исполнилось двадцати пяти лет. Но и позже он должен будет за год до свадьбы уведомить о своем намерении Тайный совет, а затем получить одобрение парламента. Принц Георг едва вышел из возраста, требующего королевского согласия на его женитьбу.

Сэр Артур недовольно поморщился.

— Если бы дело было только в этом, мистер Холмс, я бы не стал приезжать на Бейкер-стрит и беспокоить вас. Разумеется, принц Георг отрицает тайное венчание с Лаурой или Мэри Калм-Сеймур на острове Мальта. Но если люди узнают об этой истории и поверят ей пусть даже наполовину, как он сможет потом жениться снова? Если он действительно сочетался браком с мисс Калм-Сеймур и она родила ему детей, признает ли его остальной мир настоящим королем? Никто и не вспомнит старый закон, общественное мнение он уже не изменит. Если это событие будут считать фактом, Георга нельзя будет короновать. Тут не может быть сомнений. И тогда содрогнутся сами устои монархии. Неужели вы не понимаете этого?

Холмс едва заметно моргнул, и вся его веселость мгновенно пропала.

— Прошу прощения, сэр Артур, но я не разделяю ваших опасений насчет монархических устоев. Хауэлл говорит, что хранит у себя документы, подтверждающие заключение тайного брака между принцем Георгом и дочерью сэра Майкла Калм-Сеймура. Я не стану спрашивать, есть ли у него достаточные основания для подобных заявлений. Независимо от того, правда это или нет, разве не разумнее было бы лишить Хауэлла самой возможности шантажировать принца? Страна простит молодому человеку романтическое увлечение и брак по любви. В крайнем случае позвольте ему отречься от престола. Пусть ни герцог Кларенс, ни принц Георг не взойдут на престол. У них есть три сестры, и любая из них может стать королевой.

— Если бы все было настолько просто, мистер Холмс, я бы не беседовал сейчас с вами. — Сэр Артур принялся внимательно изучать ковер под ногами. — Помимо навета о заключении тайного брака, Хауэлл и его клиент угрожают нам другими разоблачениями. И они клеветой уже не являются. Простите, мне тяжело говорить об этом. Не найдется ли у вас воды?

Я принес нашему гостю стакан с водой.

— Принц Георг надолго уходил в море, — продолжил Бигг. — А когда возвращался в Портсмут, посещал одну молодую женщину. Жил с ней и познал ее — в библейском смысле этого слова. Клиент Хауэлла знает имя и адрес дамы, у него есть письма принца и точные даты их встреч.

— Вот как? — задумчиво протянул Холмс. — Но ведь Хауэлл просто коллекционер чужих писем, а вовсе не шпион.

Сэр Артур не ответил на его замечание.

— Мисс Калм-Сеймур — достойная молодая леди из хорошей семьи, и это совершенно не связано с тем, выходила она замуж за принца или нет. Про женщину из Портсмута такого не скажешь, и клиент Хауэлла знает некоторые нескромные подробности ее жизни.

— Я все сильнее хочу поговорить с этим человеком, — пробормотал Холмс.

— Но самое худшее впереди: принц Георг и герцог Кларенс замешаны в еще одном скандале. Они вместе посещали некую девицу в Сент-Джонс-Вуд и сменяли друг друга в ее постели. Прошу прощения, однако выразиться изящнее я не в состоянии.

— Один момент, сэр Артур! — Холмс поднял руку, но намного менее резко, чем повысил голос. — Это заявление кажется мне настолько откровенной canard[32], что я вынужден отступить от своего правила и спросить напрямик: правда ли это? Вы уверены?

— Сам принц Георг рассказывал мне об этом, — печально ответил молодой придворный. — Он называл эту девицу тралом или каким-то похожим морским термином.

— И Хауэллу все это известно? Про то, что братья спали с одной женщиной.

— Да, мистер Холмс, он все знает. И если история о тайном браке действительно утка, как вы изволили выразиться, то две другие — чистая правда. Если разразится скандал и эти обвинения будут подтверждены, что́ помешает людям поверить и в женитьбу принца, причем безо всяких доказательств?

Я сидел в своем кресле в уютной гостиной на Бейкер-стрит и слушал, как двое мужчин спокойно обсуждают ужасные вещи. Мне все время казалось: сейчас кто-нибудь войдет в комнату и скажет, что это ошибка или розыгрыш. Наследник престола (который действительно станет королем двадцать лет спустя) признался, что покупал за деньги любовь женщины — в том самом Портсмуте, где жила мисс Калм-Сеймур, — и делил с собственным братом девицу из Сент-Джонс-Вуд, а это чуть ли не кровосмешение. За годы знакомства с Шерлоком Холмсом я был свидетелем множества жутких и отвратительных преступлений, но ни одно из них не могло сравниться с тем, что я только что услышал.

А еще хуже было то, что эти низменные страсти открыли дорогу другому злодеянию — шантажу.

— Есть и другой эпизод, — печальным голосом добавил сэр Артур, — касающийся только герцога Кларенса.

— Расскажите, сэр Артур, — учтиво попросил мой друг.

— Хорошо, мистер Холмс. — Бигг глотнул воды и с трудом заставил себя продолжить: — Вы помните недавний процесс о порочных и противоестественных утехах в доме на Кливленд-стрит?[33]Дело затронуло лорда Артура Сомерсета, смотрителя королевских конюшен, а также лорда Юстона, хотя последний оказался лишь невольным и невинным свидетелем.