Товарищ майор - Алексей Макеев

На заднем сиденье в прозрачном пакете лежали оранжевые апельсины, о которых упоминал Варенцов. На переднем сиденье была добыча куда интересней – красная дамская сумочка с длинным наплечным ремешком.

Майор положил сумочку на колени и почти без угрызений совести принялся в ней копаться. Обычно ему не доставляло удовольствия рыться в чужих вещах, но на этот раз знакомство с содержимым сумочки его не только не смутило, но даже очень обрадовало.

– Занятно, – прошептал он и ненадолго задумался.

Вернувшись к реальности, Клотов вынул из сумочки дамский носовой платок и завернул в него тушь для ресниц, найденную среди прочих вещиц.

Едва он засунул трофей в карман джинсов, как какой-то незнакомый джип съехал на обочину и встал перед «Паджеро». Из машины вышли два крепких парня. Один из них был в форме с нашивкой охранного агентства «Курганов и партнеры».

Майор незаметно положил сумочку на соседнее сиденье, открыл дверцу и вылез из «Паджеро».

Незнакомцы подошли ближе.

– Олег Валерьевич послал меня за машиной, – хрипло сказал парень, одетый в серый костюм и желтый галстук. Посланник Курганова старался говорить вежливо, но то ли это было ему несвойственно, то ли мешал туго завязанный галстук, но лицо его было не приветливей, чем у больного во время приступа почечнокаменной болезни.

– Он уже в курсе? – зачем-то спросил майор, слегка раздосадованный тем, что его застукали в чужой машине и, может быть, даже видели, как он рылся в сумке.

– Не знаю. Он послал меня за машиной, – повторил парень.

«Каков вопрос, таков и ответ», – подумал Клотов и отошел в сторону.

Парень сел за руль «Паджеро», а его спутник, так и не проронив ни слова, возвратился в первую машину. Пять секунд ушло на то, чтобы раскрутить моторы, после чего оба джипа почти синхронно развернулись и поехали по направлению к Шаморе.

Через минуту на вершину откоса вскарабкался Варенцов. Он хлопками отряхнул испачканные в земле и копоти ладони и подошел к Клотову.

– Кто приезжал? – спросил следователь.

– Люди Курганова.

– Забрали машину?

Майор перевел рассеянный взгляд с опустевшей дороги на раскрасневшегося Варенцова, который порядком запыхался, лазая по косогору в застегнутом на все пуговицы костюме.

– Тебе что-то в этом происшествии не нравится? – не дожидаясь ответа, поинтересовался следователь.

– Да.

– Из-за апельсина?

– Не только из-за него.

– Ну, тогда самое время ехать к Агаровой? Пока она не оправилась от шока.

– Куда ее повезли?

– В ДВЦББ, там есть ожоговое отделение. А Карину положат во вторую городскую больницу.

– Ты останешься здесь?

– Побуду еще полчасика. Хочу переговорить с ребятами из ГИБДД.

– Пакеты с обломками заберешь?

– Да. Ты можешь не спускаться.

– Ну и отлично, – сказал Клотов и напомнил: – Мы, кстати, из-за этой аварии даже не поговорили о деле Агарова.

– Новостей немного, но часть из них заслуживает внимания, – заметил следователь. – Вчера я беседовал с Головановым в Управлении муниципальной собственности. Он вначале разговаривать со мной не хотел, так что пришлось прорываться к нему с удостоверением. Потом я слушал его жалобы на милицию и журналистов. Он обвинял нас в распространении слухов. Ты ведь, наверное, уже знаешь, что о покушении написали в газетах?!

– Нет.

– Обязательно почитай. Те же «Новости». Там – статья на первой странице с фотографией дома Курганова. По Голованову журналисты прошлись словно катком. Подняли вопрос, что государственный чиновник делал в гостях у преступного авторитета. В выражениях не стеснялись.

– А он что сказал? Что он делал у Курганова?

– Отнекивался. Думаю, у него из-за этого покушения большие неприятности на работе.

– Может, для того и стреляли, чтобы его репутацию подмочить? – подкинул ложную версию майор.

– Возможно… Кстати, как ты встретился с Кастевским? – спросил Варенцов.

– Вчера он уезжал на весь день в аэропорт. Так сказала Ольга Валерьевна. А сегодня, признаюсь, я у нее в магазине еще не был.

– С ним обязательно надо поговорить. Раз ты поедешь в больницу к Агаровой, я возьму на себя Кастевского.

– Может быть, Кастевский приедет в больницу, – предположил Клотов.

– Тогда допросишь его сам.

– Хорошо.

Следователь отряхнул с рукава прилепившиеся колючки и продолжил:

– Я получил выводы судмедэксперта о смерти Агарова. В них нет ничего нового. Только то, о чем мы уже знали, – Агарова отравили раствором метилового спирта.

– Ну, хоть это. Ясность тоже важна.

– Еще я вчера встретился с Максом, телохранителем Курганова, – сообщил следователь. – Разговора, как ты догадываешься, не получилось. Он подтвердил то, что нам известно о дне рождения Зои, но ничего нового не добавил. Однако сегодня я узнал один интересный факт – брат Макса работает младшим научным сотрудником в Научно-исследовательском институте. По образованию он – химик.

– Он мог достать метиловый спирт?!

– Да. Наверняка в институте есть лаборатории, где полно всякой химии.

– А если изъять из НИИ весь метиловый спирт и сравнить его с тем раствором, который остался в бутылке? – предложил майор. – Может быть, анализ покажет, что Агарова отравили спиртом из лаборатории НИИ?

– Я уже думал над этим. Наверно, так и следует сделать. Меня останавливает только то, что Макс – не единственный, у кого родственники связаны с наукой. Муж Зои, который, между прочим, забрал ее с дня рождения, работает анестезиологом в краевой больнице, а там ядов тоже хватает.

– Надо как-то проверить и его.

– Прокурор должен одобрить такие действия. Я с ним сегодня посоветуюсь. Все равно к нему идти за санкцией на обыск у Агаровой.

– Ты хочешь обыскать квартиру Агаровой?!

– Это еще одна важная новость, – интригующим тоном произнес Варенцов. – Утром я побывал на городской телефонной станции и узнал, кому звонил Агаров перед смертью.

– Кому?

– Себе домой на Давыдова. Туда, где, по словам Агаровой, идет ремонт. Я долго не мог понять, кому он мог звонить, но потом вспомнил про автоответчик. Агарова говорила о нем.

Следователь посмотрел на майора с торжествующим видом.

Клотов решил, что он должен рассказать Варенцову о своей оплошности.

– С обыском можешь не спешить.

– Почему?

– Вчера я догадался, кому звонил Агаров в воскресенье утром.