Браслет из города ацтеков - Екатерина Лесина

Или он нарочно?

Дашка замерла, прикусив пульт. Очевидность идеи привела в ужас. Вась-Вася не отвечает на звонки, потому что не желает разговаривать с Дашкой. Почему?

Разлюбил? Но любовь не повод отказываться от помощи в таком деле. Значит, надо искать иную причину. Какую? Очевидную.

Адам нашел птичку-колибри. Адам вытянул всю эту ацтекскую мутотень. Адам, наконец, предсказал второе убийство.

Адам – идеальный кандидат.

– Черт, – сказала Дашка и повторила громче: – Черт!

Она точно знала, что Тынин ни при чем. Но вот Вась-Вася… он ведь сгреб в кучу и срыв нервный, и чертову попытку самоубийства – сам же помогал проблемы улаживать, и психиатрическую лечебницу…

– Ненавижу людей, – Дашка вздохнула и снова набрала номер. На сей раз абонент оказался вне зоны действия сети.

Ничего. С Вась-Васей Дашка поговорит. Сегодня же. И ждать появления не будет – сама нанесет визит. И повод у нее имеется. Куча поводов, если разобраться. А за день наберется еще. Надо же отрабатывать переславинское доверие.

Спустя полчаса Дашка вышла из дома и с наслаждением вдохнула морозный воздух. В носу защипало, щеки обожгло, а запах бензина, который ощущался особенно остро, заставил чихнуть.

– Будь здорова, Дашенька, – сказала Дашка самой себе, вытирая нос рукавицей. И сама же ответила: – Буду. Куда я денусь.

Третий по списку тату-салон, несмотря на известность, располагался в полуподвальном помещении. Кирпичные стены его были затянуты маскировочной сеткой, дырявой, как старые чулки. В дыры проглядывали рисунки. Красные морды длинноусых восточных драконов. Стаи желтых рыб, круглых, словно монеты. Кусок корабля с расправленными парусами и золотая звезда на спине морского змея…

– Вам помочь? – обратилась к Дашке блондинистая девчушка в камуфляже.

– Помогите.

На левом виске девчушки расцветала роза. И каплей росы на лепестке ее блестел черный камень.

– Простите, а это тоже рисунок?

– Имплантант, – мило улыбнулась девчушка, поворачиваясь, чтобы Дашка могла получше рассмотреть рисунок. – Совершенно безопасно. Почти безболезненно. И очень стильно.

– Ага… конечно. Меня Дашей звать.

– Нина. Я офис-менеджер. Вы уже придумали, какой хотите рисунок? У нас огромнейшая библиотека, но при необходимости наш художник доработает и ваш эскиз. Это все, – Нина обвела рукой зал, – выполнено по его наброскам. Хотя, честно говоря, на коже оно смотрелось бы лучше.

Может, и так. Рыбы-монеты посмотрели на Дашку с упреком, мол, как можешь сомневаться ты в величии мастера, нас сотворившего.

– Вы присаживайтесь. Чай? Кофе? Минеральная вода? Или сразу к делу?

– Давайте к делу, – Дашка вздохнула. Ей нравилось это место, но она сомневалась, что говорливая Ниночка сохранит говорливость, узнав об истинной цели Дашкиного визита. – Видите ли, Ниночка, дело такое… вы слышали об убийстве Анны Переславиной?

– Кошмар!

– Она не из ваших клиентов случайно?

– Простите, – в голосе Ниночки прорезались стальные нотки, а камешек на виске неодобрительно сверкнул. – Но я не имею права предоставлять информацию о клиентах.

– А о работах? К примеру, вот об этой, – Дарья протянула снимок татуировки. Ниночка смотрела долго, морщила лобик и подбородок.

– Подумайте, Ниночка. Это очень важно. А если сами не можете ответить, то позовите того, кто может. Поверьте, лучше поговорить со мной, чем с убитым горем Переславиным. Вы же не хотите проблем салону?

Мастера звали Олегом. Лет ему было двадцать девять, хотя выглядел он старше. Бледнокожий, мятый какой-то и лысый. Уши оттопыреные, губы распухшие, словно силиконом накачанные, а глаза узкие, восточные, как у дракона со стены.

– Я ее рисовал, – сказал Олег, разглядывая Дашку. – Ерундовина.

– В каком смысле?

Ревнивый взгляд Ниночки мозолил спину.

– Поделка. Я не люблю поделок. Это как если бы Дали взялся рисовать комиксы. Я ей предложил доработать, чтоб нормально было. А она уперлась. Мол, хочу, чтоб как на браслетике, и все тут. А мне чего? Я ж за чужие глюки не в ответе. Она заплатила, я сделал.

– А браслет она с собой принесла?

– Ага. Копеечный. Я еще удивился. Фифа-то подкрученная, в побрякушках, и прикид недешевенький. Ей этот браслетик, как собаке кошачий хвост. И еще вот… – Олег потер переносицу. – Странное такое. Она его в сумочке таскала, в салфетку завернутым. Как будто…

– Как будто ей его дали, – подсказала Ниночка. – Салфетка фирменная. Тут кафешка недалеко есть. Недорогая, но с понтами. Они специальные салфетки закупают, большие и с фирменным логотипом. Я его и узнала. Там спросите.

Дашка сомневалась, что на ее вопросы ответят. И дело отнюдь не в желании, а в том, что вряд ли Переславина была постоянной посетительницей недорогого кафе. Вероятно, она просто назначила там встречу. Или ей назначили.

Вопрос в том – кто?

Ответ определен – убийца.

– А хотите, я для вас чего-нить нарисую? – предложил Олег, разглядывая Дашку иным, профессионально цепким взглядом. – Змею. Вот тут.

Он схватил за руку и провел пальцем по запястью.

– Потому что я такая гадкая?

– Нет. Уробос пожирает свой хвост. Замкнутость. Цикл. Возвращение к исходной точке.

– Спасибо, я как-нибудь воздержусь.

Руки у Олега были ледяными. Как клиенты его терпят? Дашка скорее умрет, чем позволит ему снова к себе прикоснуться.

Но получасом позже, сидя за столиком у огромного, во всю стену, окна, Дашка разглядывала левую руку, по которой змеился невидимый пока узор. Он проступал на коже ледяными черточками, и змеиный глаз подмигивал черным камнем. Точь-в-точь таким, какой сиял на виске девушки Нины.

Татуировку Дашка делать не станет.

Это глупо.

Даже для нее.

Она пила кофе-гляссе и выковыривала из творожного десерта кусочки абрикосов. Она присматривалась к официанткам и искусственно подсмугленному бармену, что протирал бокалы с одержимостью фанатика-неофита. Дашка пыталась прикинуть, повезет ли ей в этой охоте.

Не повезло.

Никто не вспомнил Анну Переславину, даже за деньги. А салфетки в кафе и вправду были фирменными, с птичкой-колибри в верхнем левом углу. В нижнем правом притаился ягуар. Он очень внимательно следил за птицей, и Дашка понимала – его охота будет удачной.

Выйдя из кафе, она в очередной раз набрала номер и, прослушав знакомую фразу о недоступности абонента, остановила такси. Бегать дальше не имело смысла.

Если повезет, Вась-Вася уже дома.

Если не повезет, то Дашка подождет. Если нарисованный ягуар умеет ждать, то почему бы и ей не попробовать.