Проигравший получает все - Анна и Сергей Литвиновы

Ну, ничего. Скоро они всем им отомстят.

И возьмут свое.

Возьмут полной мерой. Все, что им причиталось. И даже с процентами.

Велихов бегло проглядывал визитные карточки и пытался вспомнить, как выглядит хозяин каждой. Память у него была идеальной. Андрей без особого труда вспомнил лица обладателей практически всех визиток – даже если они виделись мельком.

Сперва он отобрал восемь карт.

Потом, тщательно раздумывая над каждой, оставил две.

Первому кандидату, руководителю небольшой проектной конторы Станиславу Расплетину, он назначил встречу в своем офисе на одиннадцать. Сказал, что хочет заказать его фирме проект дома.

А в час должен был прибыть однокурсник Велихова по имени Федя Федорчук.

Его Велихов позвал для разговора о возможной работе в своей фирме.

И тот, и другой едва могли скрыть радость, когда им позвонил Велихов.

По нынешним временам, посулив человеку работу, можешь заставить его прийти куда угодно и когда угодно. Хоть в полночь на кладбище.

Велихов не сомневался, что оба прискачут в его офис точно в назначенный срок.

Офис Велихова располагался на первом этаже обычного жилого дома в Строгине. Сам Андрей занимал небольшой кабинет, в котором стояли стол с компьютером и стул для посетителей. В точно таком же располагался его партнер, содиректор американец Крис. В четырех больших комнатах помещались сотрудники.

Без десяти одиннадцать Велихов подошел к окну. На небольшой асфальтовый пятачок перед домом зарулил потрепанный «Опель». Из него вышел проектировщик Расплетин. Велихов внимательно осмотрел его и еще раз порадовался точности своего выбора. Только бы все прошло как надо.

Велихов снял трубку, набрал номер и сказал в телефон несколько слов.

Без пяти одиннадцать секретарша доложила, что Расплетин прибыл.

– Проси!

Велихов обласкал проектировщика, усадил, заказал для него у секретарши кофе.

Тот открыл свою кожаную папочку и принялся демонстрировать Велихову свою продукцию. Велихов представил, как тщательно сотрудники Расплетина подбирали вчера наилучшие образцы, и внутренне улыбнулся. Широким жестом отодвинул к Расплетину проекты:

– Я и так знаю, что ты все сделаешь тип-топ. Потом достал из ящика материалы и принялся объяснять проектировщику его задачу.

Велихов усадил Расплетина лицом к окну. Из окна была видна импровизированная автостоянка. И «Опель» дизайнера, стоящий на ней.

– …Надо сделать все скромненько и со вкусом, – вещал Андрей. – Дом – десять на десять, два этажа, мансарда. Водопровод и газ подведены, канализации нет… Участок – десять соток… Сколько примерно будет стоить проект?

– Н-ну… – замялся Расплетин и добавил лживым голосом:

– Десять тысяч долларов.

Велихову захотелось рассмеяться: «Ну, ты, брат, хватил!» – цена, названная Расплетиным, была как минимум вдвое выше рыночной. Но вместо этого Велихов с серьезным видом черкнул цифру в свой блокнот.

– Но мы, наверное, что-то сможем сэкономить… – пробормотал Расплетин, сам смутившийся оттого, что его запредельная сумма не вызвала возражений.

И вдруг лицо проектировщика изменилось.

– Что ты делаешь! – вдруг заорал он, вскочил и подбежал к окну.

Велихов повернул голову.

За окном парнишка лет четырнадцати, проходивший мимо стоянки, вдруг ударил чем-то железным в боковое стекло машины Расплетина. Разлетелись стекла.

Пацан засунул руку в отверстие, выдернул из машины антирадар и пустился бежать.

– Сволочь! – в голос заорал Расплетин и выскочил из кабинета.

Велихов, подойдя к окну, видел, как тот выскочил на крыльцо и помчался за стремительно убегавшим мальчишкой.

Все вещи Расплетина остались в кабинете.

* * *

Запыхавшийся, раскрасневшийся и донельзя раздосадованный инженер-строитель вернулся спустя пятнадцать минут.

– Ну, догнал? – с участием спросил Велихов. Расплетин развел руками.

– Утек, гад, через стройку убежал!

– Вот мерзавец! – искренне возмутился Велихов.

Затем они вместе с дизайнером повозмущались разгулом преступности вообще, подростковой в частности, а также распоясавшейся, во всех смыслах этого слова, молодежью. Чрезвычайное происшествие, как это обычно бывает, казалось, сблизило их. Андрей, как мог, успокаивал Расплетина. Заставил выпить еще чашечку кофе, а затем вручил сотню долларов наличными в качестве аванса. Долго жал руку и ласково трепал по плечу. Вряд ли они больше когда-нибудь увидятся.

Вскоре, на полчаса раньше назначенного срока, в приемную Велихова прибыл алчущий работы инженер Федорчук.

– Скажи, что меня срочно вызвали к клиенту, – сказал Велихов секретарше, когда та явилась доложить о посетителе. – Извиняйся перед ним, но меня сегодня больше не будет. А завтра я уезжаю в командировку. Проси его позвонить через две недели. А сама больше никогда с ним не соединяй. Все поняла?

– Конечно, Андрей Евгеньевич, – тонко улыбнулась секретарша.

– Ну и умничка.

Зачем Андрею, в самом деле, теперь был нужен этот Федорчук. У него, может, даже загранпаспорта нет.

Запасной план не пригодился. Основной сработал блестяще.

Во внутреннем кармане у Андрея лежал загранпаспорт на имя Станислава Расплетина, столь опрометчиво оставленный им, вместе с другими документами, в кабинете Велихова на время погони за мальцом.

Андрей открыл его, внимательно осмотрел фотографию Расплетина и еще раз порадовался ее сходству с его, велиховским, фото. Небольшие погрешности закроют велиховские усы и борода.

А так – просто одно лицо.

«Надо встретиться вечером с пацаном и отдать ему обещанные две сотни, – подумал Велихов. – А антирадар пусть оставит себе».

…Наутро Велихов вылетел в Амстердам. В его багаже, за подкладкой чемодана, имелось два паспорта на имя граждан России: Станислава Расплетина и Михаила Королькова.