Злодеи-чародеи - Лариса Соболева

– Извольте, – сдался он. – Но об этом чуть позже. Я бывал на Гаити, господа. Тамошние аборигены охотно рассказывают о колдунах, способных на время умертвить любого человека, затем откопать его, оживить и превратить в послушного своего раба, который беспрекословно выполнит любую его волю.

– Стало быть… – оживилась Марго, но он ее прервал:

– Это легенда, сударыня, не более. Ни одного зомби – а именно так называют живых мертвецов на африканский манер – я не видал. Тех, кого мне показывали, уверяя, будто они и есть зомби, легко разоблачает современная медицина.

– А кого вам показывали? – осведомился Виктóр.

– Людей, не способных отвечать за свои поступки, вы таких сами встречали, и не раз, князь. У них обычные психические расстройства, не подлежащие лечению. Вижу, Маргарита Аристарховна, вы не удовлетворены? Я плохо помню, что за обряды проводят колдуны, так как не придал особого значения их легендам и таинствам, найдя тому научное объяснение. Но коль вас это так занимает, я отыщу свои записки и предоставлю их вам. В путешествиях я вел дневники, куда подробно записывал все, что я услышал, увидел, узнал.

– Буду весьма вам признательна, – согласно закивала Марго. – А о чем вы хотели рассказать позже?

– О, господа, это поистине уникальный случай. – Медьери вернулся на свое место, а располагалось оно напротив Марго; ей он и поведал: – В Индии я пробыл без малого три месяца, и один мой друг, английский подданный, любезно сопровождал меня повсюду, объясняя то, чего нам с вами никогда не понять. Я видел великолепные храмы, неподражаемую роскошь и совершенно неповторимую нищету. Однажды мне довелось стать свидетелем странного эксперимента, который до сих пор остается для меня загадкой. Среди индусов есть племя йогов, в нашем понимании – это абсолютные аскеты, отрекшиеся от материального существования, между тем они преданно следуют религиозным правилам и предписаниям, жесткой дисциплине, совершенствуя свое тело и дух. Вообразите, господа: пожилой человек, лет шестидесяти, закручивается в такие узлы, что и понять нельзя – где его голова и почему вместо нее мы видим ноги?

– Неужели такое возможно? – засомневалась графиня Шембек.

– Владение собственным телом – одна из главных дисциплин у йогов, – сказал он. – Каждый день они посвящают физическим упражнениям многие часы, таким образом достигая совершенства тела и духа. И вот мы с моим другом наблюдали, как сидящему со скрещенными ногами йогу залепили ноздри и уши воском, плотно замотали его в тряпки и… закопали. Довольно глубоко закопали, самому ему оттуда было невозможно выбраться.

– Закопали?! Живого?! – всплеснула руками графиня Шембек.

– Живого, – подтвердил Медьери.

– Видно, индусы – народ дикий, варвары, – сделала вывод она.

– Отнюдь нет, – возразил венгр. – Индусы – народ с древней культурой, которую они хранят на протяжении веков, просто от нас, европейцев, Восток так же далек, как звезды на небосклоне.

– Бог с ними, со звездами, – взмахнула платком графиня. – Что же дальше было с тем несчастным, которого столь жестоко закопали?

– Через двое суток его откопали, вынули воск из его ноздрей и ушей, растерли его какими-то мазями, согрели, и… он предстал перед нами живым и невредимым, словно и не пробыл под землей без воздуха столько времени.

– Быть того не может! – категорично заявила Шембек.

– Отчего же, графиня? – подал голос Виктóр, внимательно выслушавший этот рассказ. – В мире предовольно всяких необъяснимых диковинок, загадочных и таинственных. Полагаю, и через сто лет наука будет продолжать топтаться на месте, не дав им никаких разъяснений.

– Князь, о чем вы! – тоном, не терпящим возражений, сказала она. – Да как можно без воздуха столько пробыть?! Коль вы не помните, так нырните под воду, задержите дыхание, но вы и минуты не продержитесь, а здесь – двое суток! Признайтесь, Иштван, вы нарочно решили ввести нас в заблуждение, чтобы мы восторгались вашими познаниями, недоступными нам, потому как проверить их мы не сумеем?

Он рассмеялся, это произошло с ним впервые за время беседы:

– Вы так дурно думаете обо мне? Нет, сударыня, человек, много повидавший, оценивший, как он убог по сравнению со всем остальным миром, в славе не нуждается. А для индусов тот йог – вполне обыденное явление, то есть они этому не удивляются. Дело в том, что йоги способны на время отделять свою душу от тела, а потом возвращать ее обратно.

Не меньше, чем саму хозяйку дома, Марго потряс этот рассказ, но в отличие от нее она преследовала другие цели:

– Значит, имитация смерти – реальна? Коли ваш йог продержался под землей двое суток, то и другим людям подобный фокус доступен?

– Ошибаетесь, мадам, – возразил Медьери. – Йог не имитировал смерть, он тренировал себя, и ему в этом помогали. Живому, а не мертвому! В Индии вообще не принято закапывать тела покойных в землю, их сжигают, что весьма правильно. Круглый год там стоит жара, затем неделями стеной льют дожди, не прекращаясь, что способствует распространению эпидемий. Чума и холера там – частые гости.

Марго хотелось верить, что тайна уже раскрыта, следовательно, недалек тот час, когда обманщиков выведут на чистую воду. А как же иначе растолковать появление Загурского и Элизы? Покойники запросто не ходят в гости к себе домой и тем более не уносят ценности!

– Вы меня не поняли, – с жаром сказала она. – Ежели в Индии умеют долго не дышать, то научиться этому можно и впоследствии воспользоваться сим умением, чтобы представиться…

– Умершим? – догадался Медьери. – Исключено, мадам, поверьте. Йоги достигают подобных результатов путем многолетних ежедневных тренировок, а секретов своих они никому не выдают. Никому!

– Но вы же не суеверны? Как еще вы объясните сии странные видения, которые можно руками потрогать? Слышно, как призраки дышат…

– Думаю, у ваших «призраков» есть какой-то свой секрет. Я бы не прочь на них поглядеть, мадам. Мне, как человеку, занимающемуся наукой, крайне любопытно, почему они ходят по земле?

Графиня Шембек не выдержала и взмолилась:

– Довольно, господа! Иначе я не усну этой ночью, призраки будут мне во всех углах мерещиться. Маргарита Аристарховна, сыграйте нам что-нибудь, я обожаю, когда вы играете.

– Что ж, – улыбнулась Марго, – для нашего гостя я, пожалуй, сыграю… одну из венгерских рапсодий господина Ференца Листа.

Следуя к роялю, Медьери заметил с воркующей интонацией:

– Мне приятно, что в России не знают, где находится Венгрия, но ее великого композитора и виртуозного музыканта знают все. Впрочем, я венгр лишь наполовину, моя мать из России, я и сестра ей обязаны своими познаниями в русском языке.

– Положим, по-русски вы говорите лучше тех, кто прожил здесь всю жизнь, – отпустила ему комплимент Марго.

– Благодарю вас.

– Не стоит, это правда.