Мужчина дурной мечты - Наталья Александрова

«Черт бы тебя побрал!» – от души подумал Вася.

Однако перед его мысленным взором предстала папина дочка во всей красе – в шикарной норковой шубе, вся увешанная бриллиантами, и Вася застонал в голос. Ужасно не хотелось выпускать из рук такой куш.

– Что с вами? – тотчас всполошилась Лола. – Вам плохо? Васенька, вы больны?

– Да! – обрадованно закричал Вася. – Я очень и очень болен! Сам не знаю, откуда взялась эта боль!

От волнения Василий заговорил стихами другого любимого мамочкиного поэта – Есенина, но вовремя опомнился.

– У меня серьезное инфекционное заболевание! У меня грипп!

– Бедный! – огорчилась Лола. – Вы страдаете! А что у вас болит?

– Все, – честно ответил Вася, – у меня болит все!

– И даже душа? – лукаво спросила Лола.

Василий хрюкнул что-то невразумительное.

– А я так хотела вас видеть! – вздохнула Лола. – Мне показалось, что позавчера мы с вами душевно сблизились… я почувствовала в вас что-то удивительно родное… я даже рассказала о вас папе.

– Что?! – закричал Вася. – Что вы ему обо мне рассказали?

Вася очень боялся мужей, отцов и братьев обманутых им женщин. Но, с другой стороны, Лолиту-то он еще не успел обмануть.

– Только хорошее, – успокоила Лола. – Я просто с ним посоветовалась, как вас найти.

– Так вот же телефон… – глупо сказал Вася.

В этом месте Маркиз энергичными жестами дал понять Лоле, чтобы воздействовала на Васю сильнее. Время, мол, дорого, и нечего тянуть и рассусоливать.

– Вы только не подумайте, что я навязываюсь, – заторопилась Лола, повинуясь знаку Маркиза, – просто у меня совершенно случайно оказалась одна ваша вещь…

– Какая вещь? – тупо спросил Вася.

– Ваши очки. Или, может быть, они не ваши? – придуривалась Лола. – В таком случае, что они делали в вашей машине? Я приревновала бы вас, Вася, если бы оправа не была мужской…

Пока она болтала, Василий, забыв о плохом самочувствии, резвым козликом помчался в прихожую и стал шарить в карманах черного кашемирового пальто. Очков не было. Он вспомнил, что, отправляясь в театр, где он встретил Лолу, сунул очки в «бардачок» угнанной машины. За каким чертом эта девка поперла его очки? Клептоманка она, что ли?

– Это мои, – обреченно вымолвил Василий.

Дело принимало очень опасный оборот. От страха Василий забыл про все свои многочисленные болячки и стал соображать быстро, как персональный компьютер с процессором Intel внутри. Дочка Сигильдеева, чтоб ее черти забрали вместе с папочкой, положила на него глаз. И теперь не отстанет. И у нее его очки. Все дело в том, что стекла в этих очках очень специфические и дорогие. И делают такие стекла только в двух оптических мастерских во всем городе. Машину Василий мог водить без очков, очки были нужны ему для чтения. При дамах он очки старался не надевать, но всегда возил их с собой – мало ли понадобится разглядеть что-нибудь мелкое…

Нужно немедленно изъять у проклятой девки очки. Потому что сама она, может, и не догадается предъявить очки специалисту, но для папочки-то нет ничего невозможного. Раз доченька захотела какого-то мужика, папочка ей его достанет. А заодно и поинтересуется, кто такой Василий Зайкин и что он из себя представляет. И выяснится, что Вася нигде не работает и живет на непонятно какие средства. И запросто может раскрыться Васина настоящая профессия. Разумеется, папаша Сигильдеев сочтет, что Вася – совершенно неподходящая партия для его дочери. И что-то подсказывает Василию, что просто так папочка его в покое не оставит. Тогда – всему конец, и еще мамочка узнает, чем он зарабатывает на жизнь. Мамочка такая чувствительная, она этого не переживет…

– Вася, ау! – пропела Лола. – Вы где?

– Дорогая! – из последних сил Вася добавил в голос страсти. – Когда же мы увидимся? Завтра?

– Нет, завтра я не могу, – протянула Лола, – мы с папой идем на открытие нового бизнес-центра.

– Тогда сегодня, – упавшим голосом сказал Вася.

Условились встретиться во второй половине дня. Вася отключился и со страхом поглядел на себя в зеркало. Лучше бы он этого не делал.

В это время дверь открыли своим ключом, и в прихожей появилась мамочка. Вася слегка удивился, потому что мамочка выглядела сегодня как-то непривычно. То есть он знал в принципе, что мамочка его – дама весьма экстравагантная, и после вчерашнего синего ее лица ничему уже не удивлялся, но все же сейчас мамочка его потрясла. Она вся была какая-то напряженная, глаза ее горели неверным мерцающим светом, как фонари на лестничной площадке, волосы выбивались из-под кепки. Вот именно, сегодня на мамочке была надета черная кожаная кепка, как у бывшего мэра Москвы, только у Лужкова она обтягивала лысую голову, а у мамочки кепка стояла торчком на манер шляпы. Кроме кепки, на мамочке была еще черная кожаная куртка-косуха, черные брюки-стрейч и удобные черные ботинки на толстой подошве. Пахло от мамочки кожей и бензином, Вася даже решил, что у него обонятельные галлюцинации.

– Где ты была? – невольно спросил Вася, хотя раньше никогда не обращался к мамочке в таком строгом тоне.

– Я? – застеснялась мамочка. – Я, понимаешь ли, я гуляла. Погоды такие стоят на улице хорошие, просто петь хочется.

Вася молча вылупил глаза, поскольку за окном шел мокрый снег, но мамочка нисколько не смутилась и запела:

– На аллеях Центрального парка дивным цветом цветет резеда…

С некоторых пор мамочкино пение действовало на Васю губительно, он поскорее повернулся и ушел в ванную, а там застыл, скорбно глядя на себя в зеркало. До встречи с дочкой Сигильдеева оставалось несколько часов, и было бы глупо надеяться, что случится чудо и синяки заживут.

– Василий! – Мамочка ломилась в ванную. – Тебе плохо?

– Куда уж лучше! – буркнул Вася.

Как уже говорилось, все пережитое наложило отпечаток на его манеры, он стал с мамочкой суров, если не груб. Мамочка успела уже переодеться в свой синенький скромный халатик и выглядела как обычно.

– Должна тебе сказать, – заметила мамочка, – что выглядишь ты просто ужасно. Да-да, – она повысила голос, – и не спорь, пожалуйста! – хотя Вася и не думал с ней спорить.

Он вдруг очнулся и стал шарить в подвесном шкафчике в поисках мамочкиной косметики.

– Василий! – изумленно воскликнула она, видя, что ее сын пытается замазать синяк тональным кремом. – Что это ты делаешь?

– Не задавай дурацких вопросов! – огрызнулся Вася. – Лучше помоги мне!

– Тебе уже ничего не поможет, – заметила мамочка, и Вася не мог с ней не согласиться, потому что синяк от его усилий стал гораздо заметнее.

– Мама! – воскликнул он в полном отчаянии. – Мне очень нужно сегодня на работу! Но я не могу идти в таком виде, меня уволят! Если же я не приду, меня точно уволят!