Путешествие в сны - Антон Леонтьев

– Нет, у меня болит голова… Мне лучше поспать!

Вадим потрепал ее по волосам и заметил:

– Конечно, конечно! Отдыхай сколько тебе нужно! И знай – я люблю тебя больше всего на свете!

Он удалился, прикрыв за собой дверь. Ирина же рухнула на постель, понимая, что за ней, видимо, в этот момент ведется наблюдение. Она накрылась одеялом и тихонько заплакала. Лишь бы тюремщики этого не увидели!

Сама не заметила, как заснула. А когда пришла в себя, то увидела, посмотрев на часы, что с того момента, как она прилегла, прошло около часа. Она перевернулась на другой бок и вдруг вспомнила о том, что на сегодня назначено собеседование с наиболее подходящими кандидатками в гувернантки Людочки.

Ирина поднялась с кровати, рывком сбросив одеяло. Она не сомневалась в том, что никакого собеседования не будет и что в гувернантки возьмут еще одну тюремщицу. Поэтому-то муженек и уложил ее к кровать, чтобы она выспалась, а потом ей представили бы новую гувернантку.

Но ведь речь шла о женщине, которая будет большую часть дня проводить с Людочкой! Ирина дала себе слово, что не допустит, чтобы около ребенка появился какой-нибудь монстр. И вообще лучше всего отвергнуть всех кандидаток, заявив, что все они не подходят. И что бы ни говорили «муж» и «свекровь», настаивать на своем. Она сама позаботится о Людочке!

Поэтому, быстро приведя себя в порядок, Ирина спустилась вниз. Там она никого не застала и прошла в кабинет мужа. Не стуча, она распахнула дверь и увидела Вадима, Викторию Вадимовну и Калерию, восседавших на тронообразных стульях. Напротив них, на низеньких деревянных скамеечках, сидели три женщины, облаченные в строгие костюмы.

Значит, она ошиблась! Собеседование было реальным!

– Ириша! – воскликнул Вадим, смутившись, – появления жены он явно не ожидал. – Мы думали, что ты отдыхаешь, и не хотели тревожить тебя по пустякам!

– Выборы гувернантки для моей дочери отнюдь не пустяк, – заявила Ирина и подошла к нему. – Вы ведь не возражаете, если я приму участие в собеседовании?

Впрочем, это был не вопрос, а утверждение. Пододвинув к столу еще один стул, Ирина опустилась на него и стала изучать три папки с документами, лежавшие перед ней.

– Продолжайте, прошу вас, – заявила Ирина, не поднимая головы. – Ведь, кажется, вы говорили, Виктория Вадимовна?

«Свекровь» кашлянула, а Ирина подумала, что сорвала им представление. Наверняка никакого собеседования здесь и в помине не было, они уже давно знали, кого из тюремщиц возьмут на роль воспитательницы Людочки.

Виктория Вадимовна стала задавать вопросы, желая узнать, у кого работала каждая из трех кандидаток. Ирина же, листая документы, с удивлением отметила, что данные, которые сообщали женщины, совпадали с тем, что было зафиксировано на бумаге.

Потом эстафету переняла Калерия Афанасьевна, поигрывая своим телефоном, она стала задавать вопросы касательно методики воспитания детей и интересоваться тем, каков педагогический стаж каждой из дам.

Ирина внимательно осмотрела всех трех. Сидевшая в середине ей сразу не понравилась – жесткая складка у рта, командирский голос, колючий взгляд. Такой только в концлагере надзирательницей работать, а не отвечать за ребенка. Ирина была готова отдать руку на отсечение, что именно эта особа – облаченная в темно-синий костюм, с неброской цепочкой на шее – и есть та, которую прочили в новые тюремщицы. Отвечала она на вопросы, надо сказать, очень бойко, справлялась с любым, даже каверзным, при этом не теряясь, не паникуя и не перебарщивая. И послужной список у нее был солидный, и рекомендации более чем достойные. Но Ирина сразу же отмела возможность того, что эта женщина станет гувернанткой Людочки.

Та, что сидела справа, ничего особого собой не представляла. Миловидная, но какая-то никакая. Вроде бы и опыт имелся, и образование было отменным, но на Ирину она впечатления не произвела. Однако она решила, что, может быть, именно такую и надо взять. Если они устраивают собеседование, значит, все же не все три работали на «них».

Их агентом была особа в темно-синем костюме, Ирина в этом не сомневалась. Вторая, в светлом, была ни рыба ни мясо. А вот третья, в горчично-желтом…

Молодая, красивая, бойкая. С затейливым колечком в ухе, причем не в мочке, а в верхней его части. С нестандартной, асимметричной прической с розовыми и зелеными прядями.

Ирина заметила, что Калерия относилась к ней особенно предвзято, а Виктория Вадимовна недовольно качала головой, поглядывая на эту кандидатку.

Понравилось Ирине и то, что она не тушевалась, а если чего-то и не знала, то с обезоруживающей улыбкой признавалась в этом. Особенно понравилось Ирине то, что на ее вопросы о том, что лучше всего для ребенка, эта особа без запинки выдала:

– Прогулки на свежем воздухе, игры в прятки и догонялки!

Да, именно такая союзница и требовалась. И она сумеет сделать так, чтобы эта девица перешла на ее сторону. В итоге она поможет ей бежать отсюда!

Взглянув на свой мобильный, Калерия Афанасьевна поблагодарила дам и попросила их подождать в соседней комнате, куда она их сама и проводила. Еще до того, как экономка вернулась, Виктория Вадимовна заявила:

– Надо брать Тамару! И только Тамару!

Она имела в виду строгую особу в темно-синем костюме. Ирина еле заметно скривилась – так и есть, эта Тамара была шпионкой, в обязанности которой будет входить наблюдение не только за Людочкой, но и за самой Ириной.

– А мне нравится Жанна, – заявила Ирина, подразумевая молодую девицу с диковинной прической. – У нее не столь замшелый педагогический подход, как у этой Тамары!

Обе женщины уставились на Вадима, которой произнес:

– А как насчет Ольги…

Это была третья кандидатка, ни рыба ни мясо. Ирина поняла: он не хочет идти против мнения «жены», но и не готов открыто выражать точку зрения, отличную от «мамочкиной».

Наконец вернулась Калерия, с порога пробасившая:

– Естественно, только Тамара! Иного мнения быть не может!

Ирина посмотрела на Вадима и сухо сказала:

– Тебе стоит подумать над тем, кого ты объявишь своей фавориткой. Я уверена, что Жанна…

– Нет, нет и нет! – заявила, энергично качая головой, Калерия. – Я ведь специально выходила с ними, чтобы заодно позвонить бывшим хозяевам этой разбитной девахи Жанны. Так она там чуть не соблазнила старшего сына!

– И кого она может соблазнить у нас? – спросила иронически Ирина. – Тебя, Вадим? Вроде бы больше некого. Или, быть может, вас, Калерия Афанасьевна?

Она посмотрела на экономку, которая тотчас надулась и покраснела.

Вадим помялся и изрек:

– Понимаю, если я скажу, что тоже за Жанну, то будет два на два голоса, то есть патовая ситуация…

– Отчего же, – сказала Ирина, – родители имеют по два голоса. А ведь родители – это ты и я, не так ли, дорогой? А вот бабушка и прислуга – по одному! То есть сейчас два против двух!