Дело о «красном орле» - Андрей Константинов

— Не каждому это дано.

— Ничего, я способная. — Чувство радости переполняло меня: сейчас произойдет смычка двух ведьм.

— А как ты думаешь, чем я занимаюсь?

— Колдовством!

— В принципе, можно и так назвать. — Тетя повернулась и посмотрела на меня. В ее взгляде я уловила нежность… Нет, не нежность… сочувствие, скорее. — Ты точно хочешь мне помочь?

— Конечно, я ведь в отпуске, делать нечего, на работе заданий не дают, — уверенно врала я. — Скучно! Я бы могла зелья замешивать для начала…

— Нет, колдовство будет на втором этапе, — перебила она маня, — сначала мы будем заниматься теми делами, в которых нет ничего мистического. На первый взгляд.

— А когда колдовать?

— Скоро.

* * *

Наутро мы с Геноверой отправились на работу. Выяснилось, что этап, предшествующий колдовству, — это всего-навсего предпринимательство. Оказалось, что тетя работает на Фонд поддержки малоимущих слоев населения, учрежденный на деньги кубинского миллиардера и базирующийся в Крыму. Она ездит по всем городам России и открывает филиалы Фонда, основная задача которого — способствование стремительному росту благосостояния народонаселения России. «У нас в стране такая ситуация, что народу надо помогать зарабатывать», — сказала тетя, и я с ней согласилась.

Для этих благородных целей тетушка сняла офис на Невском. Как объяснила Геновера, там проводятся семинары среди малоимущих, которых тут же оптом и трудоустраивают.

— Но, если бы ты знала, Нонна, как мне трудно одной убеждать их, что это выгодно, что в этом мире надо зарабатывать собственной головой, — Геновера остановила меня на лестнице между вторым и третьим этажами роскошного особняка, — обывателей так трудно наставить на путь свободного предпринимательства. Они крутом видят обман.

— И они, в принципе, правы… — заметила я.

— Что?!

— Ну, сейчас столько обманщиков развелось.

— А… Ну да… — Тетка задумалась. — Да.

В общем, ты должна мне помочь. Подыграть, что ли. Я буду читать лекцию, а ты сиди в аудитории, я тебе подмигну, и если ты сообразишь, что делать, то будем работать дальше.

— А, ну, конечно, ради благого дела, — согласилась я, в душе аплодируя себе за столь успешное внедрение.

В небольшом кабинете на обитых красным бархатом скамеечках сидели малоимущие. Вообще-то, на малоимущих они были мало похожи: нормальные дядьки, очень прилично одетые и упитанные.

Тетка начала учить народ зарабатывать довольно резко:

— Добрый день. Я вам скажу сразу: если вы не чувствуете в себе способность зарабатывать много денег, то прошу удалиться из зала.

Таковых не нашлось. Геновера продолжила:

— Ваша работа заключается в изготовлении ювелирных изделий. Материал будет вам выдан — отдельные элементы из серебра самой высшей пробы. Материал уникальный и суперсовременный, изделия из него очень модные и имеют огромный спрос на рынке. Но это — уже моя проблема. Именно с реализации этих изделий мы и будем получать финансирование на проведение аналогичных семинаров. Это вас уже не касается.

Тетка кинула на стол пачку журналов:

— Вот можете взглянуть, что собой представляет ваша будущая работа.

Народ потянулся к столу так торопливо, словно это были уже живые деньги. Тетка посмотрела на меня и выразительно подмигнула. Я ей улыбнулась в ответ. Она еще раз подмигнула. Тут я вспомнила и тоже кинулась за журналами. Журналов не досталось, и мне пришлось вырвать один из рук зазевавшейся малоимущей. Интерес к будущей работе у несознательных обывателей возрастал на глазах.

— Мы вас обучим, как из этих серебряных колечек делать разнообразные изделия, вариантов — тысячи. Заработок с одного изделия — триста долларов. За месяц вы можете сделать два, а то и три таких украшения. — Тетка опять мне подмигнула.

— А как вы будете выбирать достойных для этой работы? — выкрикнула я.

— Хороший вопрос. Ваше желание заработать — главный критерий. Наш Фонд выбирает среди неработающих только тех, кто впоследствии, заработав с нами первоначальный капитал, сможет самостоятельно развить дело. Главное — ваше желание и способность видеть перспективу.

Тетка окинула взглядом аудиторию. Глаза малоимущих горели. Она опять подмигнула.

— И как можно выразить это желание?

— Просто. Надо записаться и подтвердить готовность оплатить залог.

— Какой залог?! — вырвалось у меня уже без теткиных подмигиваний.

Она посмотрела на меня как на идиотку:

— А вы думали, я вам отдам полкило чистого серебра без залога?! А если вы уйдете и не вернетесь? Мы и так скостили сумму залога всего до двухсот долларов. Двести долларов за кулек серебра!

Взоры малоимущих, полные упреков, устремились на меня. Я замолчала. Все чего-то ждали. Тетка опять подмигнула. Я просияла и бросилась записываться в ювелиры. Толпа рванула за мной.

Аншлаг был полный. Тетка была довольна, а меня мучили смутные сомнения.

…Про полтергейст, сопутствующий росту благосостояния народа и странствующий из города в город вместе с тетей, я пока не выяснила. Ничего, может, завтра мы дойдем до этапа колдовства.

* * *

…Не доходя несколько сот метров до офиса, тетка вдруг остановилась.

— Нонночка! Я совершенно забыла, — сказала она, — забыла взять контракты. Я сейчас сбегаю домой, а ты пока иди. Возьми с них деньги и попроси подождать новых желающих. Я скоро буду.

Я пожала плечами и пошла к офису. Я не могла не согласиться — тетка имела право распоряжаться мною, как хотела, таковы уж издержки внедрения.

В офисе малоимущие томились в нетерпении. Когда я им заявила, что уполномочена Александрой Филипповной принять деньги и раздать кульки с серебром, народ выстроился в очередь. Я успела принять тысячу долларов, когда… на моих запястьях защелкнулись наручники.

— Всем оставаться на своих местах! Происходит задержание опасного преступника! — заорал кто-то.

Малоимущие заголосили.

Я подняла глаза и увидела перед собой моего старого знакомого, опера из РУБОПа Славика Петрова. Он тоже взглянул на меня и матерно выругался.

В ходе эмоциональных и не слишком корректных разъяснений выяснилось, что тетушка Геновера — старая аферистка, а я здорово встряла. Меня задержали в момент совершения мошеннических действий. Тетушка зарабатывала тем, что под предлогом работы выдавала под большой залог мелкие железные колечки, утверждая, что этот материал — драгоценнейшее хирургическое серебро. То есть получается, что мы зарабатывали… Только теперь я поняла смысл некоторых теткиных фраз, странные телефонные звонки, ее чертову скрытность… и какая я была дура.