С чистого листа - Джейк Саймонс

— Зацени, — сказал Авнери, демонстрируя свой айфон. Он постучал пальцем по экрану и положил телефон на изящный кофейный столик. — Все прослушивающие устройства в радиусе пяти метров обезврежены.

— Никогда такого не видел, — проговорил Юзи.

— Модифицированный айфон, — отозвался Авнери, — штатный прибор Бюро.

— Техника не стоит на месте.

— Тебя, по крайней мере, обгоняет, — сказал Авнери, проводя рукой по золоченому грифону, исполнявшему роль столбика кровати, и окидывая взглядом комнату. — Приятное место. Пошловатое, но приятное.

— Что значит — пошловатое? — поинтересовался Юзи, сложив руки на затылке и повалившись на кровать с балдахином. — Это роскошь, мой друг. Неоклассическая роскошь.

— Неоклассическая?

— Да, неоклассическая. Невнимательно слушал на лекциях по британской культуре?

— То не лекции были, а мешок дерьма.

— Сам ты мешок дерьма.

— Откуда столько агрессии?

Юзи улыбнулся. У него было хорошее настроение. Ночью он хорошо спал, утром прошелся по магазинам и накупил одежды, воспользовавшись авансом, который Либерти выдала ему в счет первой зарплаты. А после обеда, который ему подали в номер, покуривал травку, смотрел фильмы и дремал. Теперь наступил вечер, и по телу приятно разливался адреналин. Скоро должны были прийти люди из «Викиликс».

Они были в «Хоум-хаусе», закрытом элитном клубе на Портман-сквер: в новом доме Юзи. Либерти умела выбирать. Крупные люксовые гостиницы кишели оперативниками из Бюро и несчетного множества других контор, поэтому требовалось подыскать нечто не столь бросающееся в глаза. «Хоум-хаус», закрытый черными полированными дверьми трех георгианских особняков, подходил идеально. Скромный снаружи и шикарный внутри, он находился в стороне от бурлящего котла дипломатического Лондона и был тем местом, где можно спрятаться, причем спрятаться с комфортом. А главное, облюбованный почитателями «новой романтики»,[12]клуб не представлял никакого интереса для Бюро.

— Нельзя получить все это просто так, — сказал Авнери. — Это заведение не из дешевых. Твоя мадам уже попросила тебя что-нибудь сделать?

— Еще нет. Но сегодня только первый день.

— Тут что-то неладно, братец. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Ты забываешь, сколько денег в героиновом бизнесе. Недооцениваешь преимущества, которые дают эксклюзивные поставщики. Я знаю, что делаю.

— Надеюсь, брат. Надеюсь. — Авнери приоткрыл занавески и выглянул на залитую дождем улицу. — Они опаздывают.

— Всего на пару минут.

— Меня дергает, когда люди опаздывают.

— Расслабься, Авнери. Выпей.

— Эта женщина тебя использует, — сказал Авнери. — Нутром чую.

— Она использует меня, я использую ее, — отозвался Юзи. — Рабочие отношения. Ты мне должен спасибо сказать.

— Спасибо?

— У меня для тебя новости.

— Какие?

— Я сливаю ей «джамбо».

— Ты сливаешь ей «джамбо»?

— Почему нет? Это спутает карты Бюро. Отвлечет их. Сделает операцию «Смена режима» более эффективной.

— Хорошо, но «джамбо»? Настоящие «джамбо»? Ты себе могилу роешь.

— Тут все или ничего, Авнери. Тотальная война. Не мне тебе рассказывать.

Авнери всмотрелся в лицо друга.

— Неужели КАМГ? — спросил он.

Юзи не ответил.

— Ты рассказал ей про КАМГ, да? Дерьмово, братец, дерьмово.

— Так ты хочешь проводить операцию «Смена режима» или нет? — спросил Юзи, раздосадованный, что Авнери — будучи старым другом — сумел прочесть его мысли.

— Ты только что перевел это на абсолютно новый уровень, брат, — сказал Авнери. — На абсолютно новый уровень.

Юзи сел и закурил сигарету. В кои-то веки он чувствовал себя сильным, уверенным, попавшим «в струю». Бюро понятия не имеет, где он, в этом Юзи не сомневался. Наконец-то он принимает бой. И на сей раз благодаря Либерти у него есть защита. Конечно, это не умаляет его безрассудства; вся эта затея по сути своей безрассудна. Но иногда — лишь иногда — безрассудство бывает силой.