Почем цветочек аленький? - Татьяна Луганцева

– К чему? К чему ты еще готов, сволочь? – спросила Яна.

– К тому, чтобы жить, как жил, не потеряв свое теплое местечко из-за таких идиотов, как вы, – пояснил Ярослав Львович.

– Не хотите ли вы сказать, что ради золотых коронок мертвецов вы нас убьете? Одно дело могилки разрывать, совсем другое – убить человека!

– Я бы не хотел, но, к сожалению, нет другого выхода. Вы же не поверите, что я, такой хитроумный и расчетливый, вас отпущу?

– Нас будут искать, и вам придет конец! – крикнула Ася.

– Ты, детка, еще меня не знаешь, я все продумал… Вас не найдут никогда, поверь мне… И ты мне это подтвердишь, когда мы встретимся на том свете! – продолжал издеваться директор.

– Где Евгений? – спросила Яна, побледнев от ненависти.

– Кто такой Евгений? Не тот ли красавец, с которым вы, мадам, пьянствовали ночью и рядышком с которым так мило и эротично уснули после порции снотворного? Тот, что сегодня побежал за моими ребятами?

– Что вы с ним сделали? – повторила Яна.

– Хочешь знать? Предсмертное желание – закон, – съязвил он.

– Так скажете…

– Откройте гроб! – заорал Ярослав Львович, отчаянно жестикулируя.

Безмолвные детины послушно бросились исполнять приказ шефа.

Крышка с гроба была снята, и Яна увидела то, что и предполагала. Полуживого Женю. Он был без сознания, на виске кровь.

– Сволочи! Что вы сделали? Вы убили его?! – закричала Яна и бросилась к гробу.

– Интересно, он жив или уже нет? – совершенно спокойно поинтересовался Ярослав Львович. – Хотя лучше бы ему было умереть… По крайней мере избежит мучительной гибели… Мне лицо его знакомо. Этот парень похож на всемирно известного режиссера… Надо же!

– Идиот! Это он и есть! – с ненавистью выкрикнула Яна. – Он прилетел из Дании! Вы думаете, что и его сможете вот так просто зарыть, и его тоже искать не будут? Дудки! Тут вам и конец!

– Не может быть… Неужели это он и есть? – несколько встревожился Ярослав Львович. – А вы мне показались кучкой идиотов-алкоголиков. Откуда у вас такие знакомые?

– Опомнитесь, пока не поздно! Несколько лет в тюрьме – это не пожизненное, – буркнул Леша, сплевывая кровь.

Яна же, ощупывая Женю, понимала, что он жив, просто получил сильнейший удар по голове и находился без сознания. Ресницы у него дрогнули, и он внезапно открыл глаза.

– Яна, я… – Женя узнал ее и судорожно вздохнул.

– Молчи. Все хорошо, – погладила его по голове Яна.

– Сейчас вы все замолчите, и навсегда! Как я провел тебя, дуру! «Ой, дяденька директор кладбища, там что-то выносят в гробике! Пойдемте, посмотрим, а то и поможем!» Ты меня за дурака, что ли, держишь? Да я в своем хозяйстве всё знаю! Муха не пролетит. Не то чтобы в гробах что-то выносили! – похвастался Ярослав Львович, уже не выглядевший таким бледным, как когда он узнал, что один из пленников имеет высокий международный статус.

Евгений сделал усилие и приподнялся на локтях в своем «ящике». Но тут же получил грубый удар ботинком в грудь от одного из глухонемых и повалился назад. Яна зло посмотрела на негодяя.

– Ты еще пожалеешь об этом! – прошипела она.

– Твой парень, оказывается, понимает язык глухонемых. Эти олухи поговорили в кафе о наших делах, вот он за ними и побежал. Теперь-то он и себя затянул в яму, – рассмеялся Ярослав Львович.

– А почему вы решили, что я поверила вам? Неужели я такая дура? – наконец-то сказала Яна, смерив директора кладбища презрительным взглядом. – Вы мне сразу не понравились.

– И когда же я попал в немилость? – улыбнулся Ярослав Львович.

– В тот момент, когда я попросила у вас телефон, а вы сказали, что его у вас нет, забыли в кабинете, уверенно так сказали, – ответила Цветкова.

– Ну и что? – Улыбка не сходила с мерзкого лица похоронных дел мастера.

– А я его нашла, – сказала Яна и достала телефон Ярослава из своего кармана. – Вуаля!

Директор сразу перестал улыбаться.

– Откуда у тебя это? Отдай! Это мой телефон!

– Фокус-покус! У нас в доме всегда было много интересных личностей. И приходил к нам один дядька – фокусник. Некий дядя Гена. Так вот этот дядя Гена учил меня, что все мужчины врут, и женщина должна уметь проверить мужские карманы, но сделать это незаметно, чтобы не обидеть и не вызвать подозрения. И он научил меня этому трюку. Теперь, прижавшись к любому человеку с криком: «Защити меня и спаси, добрый дядечка от тех злых!», я за несколько секунд успеваю не только вытащить у него что-то из кармана, а даже проверить, что там лежит, и достать только нужное.

– Ах ты, ведьма! – выдохнул Ярослав Львович и захлопал себя по карманам в поисках неизвестно чего.

– Вы не это ищете? – спросила Яна, доставая пистолет и направляя его на немых громил. – Стоять! Или хотите проверить, умею ли я стрелять? Не советую! Приходил к маме моей еще один дядька – что делать, они плохо жили с отцом… Так вот, он метал дротики в цирке вокруг живого человека, а это вам не стрелять на поражение! И он научил меня кое-чему! С колена, может, и не попаду, а вот прицелиться если, то я вам глаза повыбиваю к чертовой матери! Я выстрелю, даже не сомневайтесь! Вы все просто омерзительны! – Яна потрясла пистолетом.

– Пистолет… – выдохнул Женя, по-новому посмотрев на Яну. – Дай его мне.

– Ты слишком слаб, а я слишком зла, чтобы прикончить их всех одной пулей! – ответила Яна, прицеливаясь в директора и явно испытывая к нему самую сильную ненависть.

Она отдала директорский мобильник Асе и продиктовала ей телефон Виталия Николаевича.

– Скажи ему, где мы… И что тут, к сожалению, три пока еще живых преступника, но положение может измениться, я надеюсь на это.

– Какой позор! Баба – и задержала нас, мужиков! – опустил голову директор кладбища. – Два идиота! Олухи!

– Всегда находится противник сильнее тебя! – лаконично ответила Цветкова, в душе надеясь, что следователь Лебедев никогда не узнает о ее талантах, приобретенных после знакомства с дядей Геной и другим дядей из цирка, имя которого она уже позабыла, а вот как подстрелить колибри на лету – помнила…

Надо к справедливости отметить, что она никогда не пользовалась этим знанием.