Игра на изумруд - Владимир Кузьмин

Весь недолгий путь от клиники до гостиницы у меня ушел на то, чтобы прийти в себя. Это перед Ларисой, чтобы она чувствовала себя спокойно, я вела себя сдержанно, будто такие происшествия мне не в диковинку. А вот оставшись одна, я прежде всего жутко перепугалась, хотя, казалось бы, бояться нужно было раньше. Короче говоря, ни одной умной мысли мне в голову не пришло, и я так и вошла в гостиницу с пустой головой.

– Тут у вас проживает Лариса Ивановна Тихонова, – обратилась я к швейцару. – Ей стало плохо, и я отвезла ее в больницу. А сейчас она попросила привезти ей некоторые вещи…

– Да, конечно же, сударыня, я же сам извозчика кричал и вас видел, как вы постоялице нашей помогали. В один момент все устроим, – пообещал швейцар и умчался за горничной.

Та проводила меня до номера, и я открыла его ключом, который дала мне Лариса. И как только я умудрилась не забыть закрыть за нами двери? Не успела я это подумать, как в голове мелькнула совсем иная мысль: а зачем я, собственно говоря, эту дверь запирала? В номере царило совершеннейшее разорение, будто кто специально сюда забирался, чтобы устроить погром. Вещи разбросаны, обивка на креслах вспорота, даже притолока у двери оторвана. Увидев это, горничная взвизгнула, а я бессильно прислонилась к косяку. Хорошо это или плохо, что я пришла к тому времени, когда злоумышленник закончил свое дело и убрался восвояси? Скорее, хорошо. И не только оттого, что он мог быть вооружен, но еще и потому, что его могли бы схватить, и тогда Ларисе было бы не избежать встречи с полицией.

На шум прибежал кто-то из гостиничных служащих рангом выше, чем простая горничная, и застыл в дверях, по-рыбьи раскрывая и закрывая рот. Видимо, пытался что-то сказать, но от потрясения не мог произнести ни слова. Вскоре появился метрдотель ресторана, самый главный на сию минуту человек в отеле. Я объяснила, когда и как мы покинули номер, уверила, что тщательно заперла дверь и что по возвращении обнаружила то, что он и сам прекрасно видит.

– Сей момент все приберем и вычистим! Лично прослежу! – пообещал метрдотель и смущенно умолк. – Сударыня, огромная просьба – давайте обойдемся без полиции. Ежели какой урон причинен, так мы возместим.

– Полагаю, что ничего ценного не украдено. Покидая номер, мы взяли с собой сумочку, в которой находились бумажник, документы и украшения. Здесь оставались лишь обычные вещи, но в точности об их наличии или отсутствии вам сможет сказать только сама ваша гостья. А по поводу полиции решайте сами. Если позволите, я все же соберу то, что меня просили принести в больницу?

– Конечно же! Само собой, собирайте, что вам необходимо! – обрадовался метрдотель. – Лизавета! Помоги барышне!

Горничная уже пришла в себя и помогала толково, быстро отыскивала в разбросанном белье то, о чем я спрашивала, и вообще оказалась очень сообразительной особой.

– А скажите, пожалуйста, – поинтересовалась я. – Коридорный, что доставлял нам шоколад, он у вас давно работает?

– Какой коридорный? – не поняла Елизавета. – У нас горничные передают заказ в буфет и сами его доставляют. Вот ежели чего в ресторации заказывают, тогда официанты приносят.

– А кто нам приносил шоколад? Заказ же вы принимали?

– Верно, я. Так я буфетчику все обсказала и ушла. Мне Остап Порфирьевич велел срочно перестелить в седьмом. Я как закончила – обратно в буфет, а столика уже нету. У нас буфетчики, как заказ приготовят, на столик колесный все составят и записку, в какой номер. А горничные, кто свободен, развозят по номерам. По правде сказать, неудобно это и не наше дело. Да и были у нас коридорные, так их всех Второв себе в гранд-отель переманил. Жалко, меня не позвал, у него не в пример выгоднее служить. Ох, простите, сбилась. Так на чем я остановилась? Ну да, перестелила я, значит, в седьмом – и в буфетную, а столика уже нету, а буфетчик сказал, что все уж исполнил. Ну, я и решила, что это Татьяна столик укатила, вторая горничная. А что, есть какие претензии?

– Да нет. Мы не видели, кто шоколад приносил, вот я и подумала, что это коридорный. Ну и хотела, чтобы вы у него спросили, не видал ли чего.

– А! Так Остап Порфирьевич ужо всех расспросит и виноватого, кто чужого сюда пропустил, сыщет.

Мне отчего-то стало казаться, что никаких чужих сюда и не впускали, но говорить об этом я не стала.

Лизавета помогла мне увязать все собранное в аккуратный узелок, я вновь вышла из номера и спустилась вниз, где и столкнулась с Петей.

– Здравствуйте, Даша, – заулыбался он. – Никак не ожидал встретить вас здесь.

– И я вас не ожидала здесь встретить.