Кому она рассказала? - Нора Робертс

И все вышеперечисленные лица имели значительные доли в капитале фирмы, были заинтересованы в ее успехе, в ее репутации.

Ева наклонила голову и переключила мысли в другое русло. Какая связь существует между всеми этими людьми внутри фирмы?

Она загрузила в компьютер данные, которые дал ей Рорк, и начала искать эту связь.

Пока она работала, Рорк вошел в кабинет майора Уитни. Уитни поднялся и протянул ему руку.

— Спасибо, что согласились принять меня вот так сразу, без предварительной договоренности, — начал Рорк.

— Это не проблема. Могу я предложить вам кофе?

— Нет. Я вас надолго не задержу. — Рорк раскрыл портфель и вынул тонкую папку с бумагами. Он заставил своих адвокатов работать всю ночь. — Как я понимаю, возникли опасения, касающиеся следствия по делу об убийстве Копперфильд и Байсона, а также этической стороны моих отношений с ведущим следователем.

— Почему бы вам не присесть?

— Ну, хорошо. Вот здесь, — все так же холодно продолжил Рорк, положив папку перед Уитни, — находится документ, составленный моими адвокатами. Документ обязывает меня никоим образом не использовать любые данные, с которыми я мог бы ознакомиться через ведущего следователя по этому делу в ходе ее расследования.

Уитни бросил взгляд на бумаги и вновь перевел его на Рорка:

— Я вижу.

— В документе также говорится, что, если мне будет предоставлен доступ к этим данным, я обязан работать с ними вслепую. Только цифры, без имен и названий организаций. Все детали четко оговорены. Если я нарушу какое-либо из указанных в нем условий, меня ждет весьма суровое наказание. Разумеется, вы захотите, чтобы ваш юротдел прошелся по документу частым гребнем, прежде чем дать свое разрешение. Любые изменения или дополнения, внесенные в текст, должны быть согласованы с моими адвокатами. Документ должен отвечать интересам обеих сторон.

— Я позабочусь, чтобы это было сделано.

— Вот и прекрасно. — Рорк поднялся на ноги. — Разумеется, всякого рода документы и содержащиеся в них юридические тонкости не могут предусмотреть все. Например, они не могут помешать мне солгать, обойти юридические препоны, использовать мою жену и двух жестоко убитых молодых людей ради собственной финансовой выгоды. Но я хотел бы надеяться, что этот департамент и представляемая вами служба отдают себе отчет в том, что следователь, ведущий дело, никогда этого не допустит. — Он выждал минуту. — Я хочу услышать от вас, что вы не подвергаете сомнению порядочность лейтенанта. Не просто хочу, я, черт побери, на этом настаиваю.

— Я никогда не подвергал сомнению порядочность лейтенанта Даллас. И никто никогда не ставил ее под вопрос.

— Значит, под вопросом только моя порядочность?

— Официально этот департамент и представляемая мною служба обязаны обеспечить защиту частной сферы жителей города Нью-Йорка, позаботиться о том, чтобы информация, собранная или обнаруженная в ходе данного расследования, не была использована во вред, ради личной выгоды или в любых незаконных целях.

— Я думал, вы меня достаточно хорошо знаете, — бросил в ответ Рорк, едва удерживаясь на краю скользкого утеса своей ярости. — По крайней мере, настолько хорошо, чтобы не сомневаться: я никогда ничего такого не сделаю, что могло бы негативно отразиться на моей жене, поставить под удар ее репутацию или ее карьеру.

— Я хорошо вас знаю, — кивнул Уитни. — Я достаточно хорошо вас знаю, чтобы ни на минуту в этом не усомниться. Поэтому неофициально: все это чушь собачья. — Уитни так резко взмахнул рукой, указывая на бумаги, что они разлетелись по столу. — Бюрократическая, политиканская суета, ритуал целования начальственных задов, который бесит меня ничуть не меньше, чем вас. Могу предложить вам мои личные извинения на этот счет.

— Свои личные извинения вы могли бы предложить ей.

Теперь Уитни поднял брови:

— Лейтенант Даллас не является гражданским лицом, она находится под моим командованием. Политика департамента ей известна. Я не стану извиняться за то, что проинформировал подчиненную о проблеме, которая могла возникнуть в ходе следствия. Да и она не стала бы извиняться, будь она на моем месте.

— Она собирается официально привлечь меня в качестве гражданского эксперта-консультанта.

— Да, мне следовало это предвидеть. — Уитни хмурился, откинувшись на спинку кресла. — Она бросает вызов каждому, кто посмеет усомниться в ее порядочности. Или в вашей. И все же… — Теперь он в раздумье побарабанил пальцами по столу. — Значит, пока идет следствие, вы находитесь под нашей эгидой, и это в какой-то степени прикроет нашу задницу. Ну а ваш документ — я полагаю, он недаром такой пространный и подробный, — прикроет все, что осталось. Но нам не помешало бы объективное освещение в печати.

— Это можно устроить, — заверил его Рорк.

— Я в этом не сомневаюсь. Я отдам это на одобрение в наш юротдел и согласую с шефом Тибблом.

— Прекрасно. Не буду вам мешать.

Уитни поднялся из-за стола:

— Когда будете говорить с лейтенантом, передайте ей, что я ничуть не сомневаюсь: дело будет должным образом раскрыто.

«И это, — подумал Рорк, — единственное извинение, на какое Ева может рассчитывать».

— Я так и сделаю.

Когда Пибоди просунула голову в дверь кабинета Евы, Ева прикрепляла таблички с именами к обратной стороне своей доски.

— Мы с Бакстером все перебрали, — доложила Пибоди. — Ничего подозрительного не всплывает. Да, у Копперфильд и Байсона не было общих клиентов.

— Надо копнуть глубже, — проговорила Ева, обращаясь не столько к ней, сколько к себе самой. — Забудь пока о цифрах, смотри на имена. Смотри на людей. От цифр все равно с ума сойти можно.

— А мне они даже нравятся. — Пибоди вошла в кабинет и протиснулась мимо письменного стола, чтобы взглянуть на обратную сторону доски.

— У нас есть «большая тройка», — начала Ева, указывая на имена, — Слоун, Майерс, Краус. У Слоуна есть еще сын и внук. Соединим Копперфильд со Слоуном, учтем, что они оба в подчинении у Кары Грин. У Копперфильд есть помощница, ее зовут Сара-Джейн Блумдейл. Рашель ДеЛей связана с Джейком Слоуном, через него — с Копперфильд, а также с Байсоном, который находится вот здесь, под большой тройкой и под Майрой Ловитц. И еще от него тянется связь к Лайле Гроув.

— Вам нужна доска побольше.

— Возможно. Так, теперь у нас есть их алиби. Майерс и Краус были с клиентами.

— И их алиби подтвердилось, — добавила Пибоди — У Джейкоба Слоуна есть внук с подружкой и жена. Тут игра двойная: ведь Слоун дает алиби своему внуку.

— Удобно.

— Но вполне правдоподобно.

— Задницу Рэндала Слоуна на время убийства прикрывают клиенты.

— Тоже проверено. И ни один из них не был клиентом Копперфильд.