Дело иллюзорной удачи - Эрл Стенли Гарднер

– И изображение на рисунке, который показал вам детективФарли Фултон, показалось вам похожим на Коллистера Гидеона?

– Минуточку! – вмешался Мейсон. – Всему свое время! Этотвопрос наводит свидетеля на определенное заключение. Более того, вы не имеетеправа задавать ему этот вопрос, пока не выяснено, откуда ему известно, что напортрете, который ему показали, изображен Коллистер Гидеон. Если он толькослышал об этом, вы не можете делать из его ответов никаких выводов.

Гамильтон Бергер поднял руки, показав, что сдается:

– Хорошо, хорошо, хорошо! Если суду угодно, я прошусвидетеля удалиться до дневного заседания, а на свидетельское место вызватьлейтенанта Трэгга.

– Минуту! – остановил его судья Сакстон. – Суд хотел бызадать этому свидетелю несколько вопросов.

Керни взглянул на судью.

– Вас допрашивали в полиции и спрашивали, что вы виделивечером третьего и ранним утром четвертого?

– Да, сэр.

– Полагаю, к моменту выхода утренних газет вы уже знали,какое преступление было совершено в супермаркете?

– Да, ваша честь.

– Вы читали утренние газеты?

– Да, сэр.

– Иными словами, в ту ночь вы спали не много.

– Я не ложился до половины четвертого.

– А утром детектив показал вам этот портрет?

– Да, сэр.

– Он что-нибудь говорил о портрете, показывая его вам?

– Кажется, сказал, что это словесный портрет, сделанныйполицейским художником.

Судья Сакстон мрачно взглянул на него.

– Думаю, – произнес он, – мы отпустим этого свидетеля додневного заседания. Можете пригласить следующего свидетеля.

– Обвинение вызывает лейтенанта Трэгга, – провозгласилГамильтон Бергер.

На свидетельское место вышел лейтенант Трэгг, произнес словаприсяги, назвал свое имя, адрес и род занятий, добавив, что уже несколько летработает лейтенантом полиции в том районе, где совершено преступление.

– Четвертого числа этого месяца вы приехали в заброшенныймагазин на углу Кловина-авеню и Хендерселла?

– Да.

– По какому случаю?

– Кто-то поднял пожарную тревогу. Никакого пожара не было,но пожарные нашли в здании тело и доложили в полицию. Поэтому я и приехал.

– Что вы обнаружили?

– Я обнаружил тело человека, которого впоследствииидентифицировали как Коллистера Д. Гидеона, умершего, по-видимому, отогнестрельного ранения. Все произошло в кладовой магазина, приспособленной подтайное жилье. Там были консервы, кухонная утварь, небольшая спиртовая плитка,сковорода, посуда. Кроме того, я заметил там полотенца, мыло и прочие домашниепринадлежности.

– В здании была вода?

– Да, сэр. Вода в здании была. В раковине и в туалете.

– Что еще вы можете рассказать об этом здании?

– В задней части магазина находится очень большое складскоепомещение.

– Там было много товара?

– Нет, сэр. Товара там не было, только множество пустыхкартонных коробок, некоторые очень большие. Они были сложены несколькимигрудами.

– Вы обыскали этот склад?

– Да, сэр.

– Что вы там нашли?

– Мы нашли подсудимого, спрятавшегося за кучей коробок. Вкармане пиджака у него оказался револьвер.

– Как он объяснил свое присутствие там?

– Он утверждал, что попался в ловушку из-за пожарнойтревоги. Услышав сирены, решил, что это полиция, затаился и не мог выбраться изздания, пока мы его не обнаружили.

– Он дал объяснение, почему оказался там и что делал?

– Нет, сэр. Примерно в это время его адвокат Перри Мейсонпосоветовал ему на все вопросы отвечать только одно: «Без комментариев».

– После этого он делал какие-нибудь заявления?

– На все вопросы отвечал только так: «Без комментариев».

– Вы установили, кому принадлежит револьвер?

– Да, сэр. Револьвер был куплен самим подсудимым. У меняесть заверенная копия платежной ведомости из регистрационного журналаогнестрельного оружия.

– Могу я на нее посмотреть?

Лейтенант Трэгг протянул Гамильтону Бергеру листок бумаги.

– Прошу считать это одной из улик! – заявил окружнойпрокурор.

– Защита не возражает, если обвинение докажет, чтосмертельная пуля была выпущена именно из этого револьвера, – согласился Мейсон.

– Мы надеемся вскоре установить это, – пообещал ГамильтонБергер.

– Я требую, чтобы это было установлено до того, какревольвер приобщат к вещественным уликам, – заявил Мейсон. – Мы обязаны вестиэто дело должным образом. Если роковой выстрел был произведен не из этогооружия, любое доказательство, касающееся его, неправомочно, не относится к делуи не имеет значения.

– Если представитель защиты занимает такую позицию, –заметил Гамильтон Бергер, – я хотел бы попросить этого свидетеля временноудалиться и вызвать на свидетельское место Александра Рэдфилда, эксперта поогнестрельному оружию окружной прокуратуры.

– Не возражаю, – отозвался Мейсон. – Полагаю, это правильнаяпроцедура.

Александр Рэдфилд занял свидетельское место, перечислил весьсвой послужной список и с ожиданием повернулся к Гамильтону Бергеру.

– Я показываю вам револьвер системы «смит-и-вессон», которыйпредъявлен суду для идентификации, – объявил тот, – и спрашиваю вас:производили ли вы из этого револьвера пробный выстрел?

– Производил.

– Я спрашиваю вас, присутствовали ли вы на вскрытии, когдаиз тела Коллистера Гидеона извлекли роковую пулю?

– Присутствовал.

– Что случилось с пулей?

– Я ее взял.

– Где она сейчас?

– У меня.

– Дайте ее мне, пожалуйста.

Рэдфилд протянул пулю.

– Вы готовы утверждать, что это та пуля, которую извлекли изтела Коллистера Гидеона в вашем присутствии?

– Да, сэр.

– Прошу считать это уликой, – повернулся к судье ГамильтонБергер.

Мейсон спросил: