Подставная фигура - Данил Корецкий

Микроавтобус притормозил у шестого подъезда, задние дверцы резко распахнулись, и оттуда, как парашютисты из транспортного «Ана», посыпались одинаковые фигуры в грязно-белых комбинезонах «Снег», в черных масках и с короткими автоматами наперевес. Они хорошо знали, что надо делать: без крика, шума и суеты первая пятерка вбежала в подъезд, «рафик» неторопливо покатил дальше, Ринат протер глаза: не привиделось ли с недосыпу?

– Гля, это чего? – неуверенно пробормотал Крепыш.

Очевидно, он тоже не был уверен, что все увиденное происходит в действительности.

Ринат схватил мобильник, воткнул палец в клавишу. Руки дрожали, пальцы оставляли на трубке влажные отпечатки.

– Татарин, тревога, менты...

Закончить фразу он не успел. Дверца распахнулась, приклад автомата въехал ему под ребра, враз сбив дыхание и отбив охоту сопротивляться. Жесткая рука вцепилась в ворот пальто и одним рывком вырвала бригадира из машины, как редиску из сырой земли. Многоэтажный дом накренился, перевернулся, покрытый льдом асфальт вздыбился и со всего маху ударил Рината, так что екнули внутренности и помутилось в голове. Тяжелый башмак придавил шею, жесткий срез стального ствола больно уперся в затылок.

– Вы что, волки позор... – Истерический крик Вьюна оборвался на полуслове, и он тоже тяжело впечатался в землю. Рядом бездыханно скорчился Крепыш, а у первого подъезда столь же сноровисто распластали на льду Белого. Каждый получил «расслабляющий» удар, башмак на шею и ствол в затылок.

Всего за две минуты с самой боевой бригадой «Консорциума» было покончено. Из подъезда вывели Татарина, Битка и Ляха. У всех были в кровь разбиты физиономии.

– Этих троих к нам! – скомандовал здоровенный мужик в расстегнутой, несмотря на мороз, куртке.

Спецназовцы не церемонясь затолкали их в «рафик».

Шофер бросил на снег окурок и сплюнул. Микроавтобус неторопливо пополз к выезду со двора. – А этих в отделение!

Рината с его командой и Белым погрузили в невесть откуда взявшийся милицейский «уазик».

– Не бойсь, пацаны, – проскрипел Ринат. – Ничего они нам не сделают. Через три часа отпустят!

Двор опустел. Фокин подозвал стоящих в стороне Сомова и Гарянина.

– Пойдем, сделаем свою работу.

* * *

На завтрак Маша приготовила омлет. У Макса не было аппетита, да и вообще он не любил яиц. Зато Веретнев с аппетитом умял две порции. Когда пили кофе, раздался длинный звонок в прихожей. Макс поднялся.

– Сидите, я открою.

Веретнев поднялся, сунул руку в карман. Звонок не умолкал. Подойдя к двери, Макс громко спросил:

– Кто там?

Звонок захлебнулся и смолк.

– Открывайте! Федеральная служба безопасности, – донесся снаружи жесткий голос.

– А документы есть? – Веретнев оттеснил Макса в сторону и припал к глазку. – В открытом виде!

Потом он открыл дверь. На площадке стоял кто-то высокий и огромный, словно вставший на задние лапы медведь. В вытянутой руке он держал раскрытое удостоверение.

– Можете спрятать документ, товарищ Фокин, – спокойно сказал Слон. – Я подполковник госбезопасности Веретнев. Заходите.

Фокин вошел, за ним еще двое. В прихожей сразу стало тесно.

– Кто Карданов? – спросил майор, безошибочно устремив взгляд на Макса.

– Я, – подтвердил тот.

– Вам придется проехать с нами.

– Вы не поняли, майор, – раздраженно сказал Слон. – Я подполковник ГБ, вот мои документы...

Слон достал пенсионное удостоверение, но Фокин не обратил на него никакого внимания.

– Вы тоже проедете с нами, – как о деле решенном, сказал майор. – Официально вас сюда никто не посылал, поэтому придется объяснить, как вы здесь оказались. А главное – с какой целью.

Веретнев приуныл. Все правильно: он здесь находится не как представитель могущественного ведомства, а как частное лицо. Крепко пьющий пенсионер с незарегистрированным пистолетом в кармане. Проблем не оберешься...

И у Карданова испортилось настроение. За ним тоже не стояло никакой могущественной силы. И защититься от обвинения в терроризме будет не так-то просто...

В это время в дверь позвонили.

– Черт! Я же сказал – никого не пускать! Досадливо морщась, Фокин щелкнул замком. На пороге, отстранив спецназовца, стоял аккуратный молодой человек с пронзительными синими глазами.

– Служба внешней разведки, – негромко представился он и поднес удостоверение к лицу великана.

– Вы майор Фокин?

– Ну и что? – не слишком доброжелательно отозвался тот.

– На два слова. – Молодой человек сделал выразительный жест, и они прошли на кухню.

Сомов и Гарянин переглянулись. Необычайно высокая насыщенность этой квартиры представителями спецслужб показывала, что скорей всего придется уходить ни с чем. Так и получилось.

Молодой человек что-то долго втолковывал Фокину, тот лишь отрицательно качал головой и твердил про свое начальство. Тогда разведчик позвонил куда-то по мобильному телефону, а через несколько минут на поясе у Фокина затиликала рация.

– Я понял, товарищ генерал, – мрачно сказал он. – Да. Есть.

И направился к выходу.

– Извините, коллеги, ошибка вышла, – буркнул он. И не удержался, чтобы не съязвить: – Думал, вы чужие шпионы, а вы, оказывается, наши...

Сомов и Гарянин нейтрально улыбнулись и вслед за шефом вышли из квартиры.

В половине десятого Фокин вернулся в управление и сразу прошел к Ершинскому. Тот был явно не в духе.

– Посмотрите, что получается, Сергей Юрьевич, – монотонно произнес шеф. Монотонность была явным признаком сдерживаемого раздражения.

– Вы докладываете, что вышли на след шпиона и террориста, готовите операцию по его задержанию. Я, в свою очередь, докладываю руководству. А оказывается, что вы мешаете работать нашей разведке! Как после этого мы с вами выглядим? Далеко не лучшим образом, майор, далеко не лучшим!

Ершинский сделал паузу, многозначительно поднял палец кверху.

– Там мне уже намекнули: мол, не получится ли так и с «Консорциумом»? Не выльются ли ожидаемые разоблачения крупных экономических преступлений в причинение крупных экономических убытков государству?

Фокин сжал челюсти. Когда надо что-то доказать, то каждое лыко идет в строку...

– А кого вы доставили в наш изолятор? – не дождавшись ответа, продолжил начальник. – Кто эти трое? И за что они задержаны?

– Теперь уже ни за что, – мрачно сказал майор. – Они шли в связке с «брюнетом», а теперь могут представлять интерес только для разведчиков... Ершинский поморщился.

– Тогда быстро разберитесь с ними! Или выгони, или передай в милицию! Ясно?