Чужая зона - Алексей Наст

– Да, они такие. Особенно гении, – согласился Харченко.

– Правда, у меня нет заключения экспертов, но Загин и Купчик уже должны быть в курсе полученных данных.

– Разрешите, товарищ генерал? – вмешался в разговор Ваня Купчик.

– Докладывайте, капитан.

– Эксперты подтвердили, что Салеев убил себя сам. В его организме не обнаружено никаких веществ, указывающих на постороннее воздействие на его волю и мыслительные функции. Никаких транквилизаторов. Погиб от поражения мозга выстрелом в рот. Пуля выпущена из личного пистолета Салеева. На пистолете только его отпечатки. Обнаруженные отпечатки в расчётном кабинете принадлежат сотрудникам расчётной группы, они там все бывали. Ничего указывающего на постороннее вмешательство.

– А отпечатки сотрудников группы обеспечения? – автоматически спросила Александра, думая уже не о списанном деле Салеева, а о командировке в Африку, которую пророчил Петя Загин. Как она вытерпит десять уколов?

– Не обнаружено ни одного.

Александра резко остановилась, а с ней и все остальные.

– Но это не нормально. – Думы об Африке сразу канули в небытие. – В расчётный кабинет входили сотрудники группы обеспечения, и очень часто.

– Выходит, ничего не трогали, – отозвался Ваня, понимая, что говорит глупость. Но нашёлся, чем подтвердить свою догадку: – Невозможно отпечатки одних людей стереть, а других оставить. Нельзя никак. И они невидимы.

– Кто? – нахмурился генерал Харченко.

– Не кто, а что… Отпечатки невидимы.

– Очень глубокомысленно, Купчик. Александра, вам уже известно, что у вашей следственной группы командировка в Африку?

– Знаю. Материалы дела Салеева можно сдать?

– Не торопись. Дело Салеева ещё рано сдавать в архив. Сейчас иди в медпункт, а потом ко мне. А вы, гренадёры, прямо за мной.

…Когда Александра после медпункта вошла в шикарный кабинет Харченко, там вовсю шло обсуждение новой операции. «Ы!» – шутливо подумала Александра, ощущая полное онемение задней части тела после уколов. Генерал стоял у большой карты Африки с указкой. Капитаны нетерпеливо топтались рядом, изображая усиленное внимание, причем совсем неубедительно.

Александра тихонько присоединилась к ним. Хорошо, что генерал не усадил в кресла, подумала она, после болезненной медицинской процедуры это было бы пыткой. Но генерал знал о болезненных прививках, потому и проводил обсуждение предстоящей операции стоя.

Харченко обвёл указкой круг, захватывая огромную территорию юго-восточной части Республики Конго:

– Предполагаемое место поиска. Горы Митумба, озёра Мверу и Танганьика. Влажные экваториальные леса. – Харченко посмотрел на следователей. – Что вы там будете делать, узнаете совсем скоро.

Александра ничего не понимала – они ведь следователи, бумажные люди, а их забрасывают к чёрту на кулички. Найдите то, неизвестно что! Наверное, сегодня день идиотизма. Никогда ещё не бывало, чтобы от них требовали соблюдения такого уровня секретности.

Харченко взглянул на свои наручные часы:

– Пора. Выезжаем.

Он взял Александру за локоть, увлекая к дверям:

– Как самочувствие, товарищ майор?

– Вы думаете, я смогу лететь стоя?

Харченко рассмеялся:

– Эти прививки необходимы. Без них в том аду, куда вас посылают, не выживешь.

– Вы посылаете, – напомнила Александра.

– Вы же ведёте дело Салеева, вам и карты в руки. А я дам распоряжение, чтобы вам нашли специальные подушечки. Подложите, и нормально.

Из управления на аэродром понеслась кавалькада служебных машин. Александра успела заметить среди сотрудников ФСБ нескольких парней из группы обеспечения проекта, в котором участвовал Салеев. Значит, опять что-то в их закрытой научной организации стряслось. Начались испытания чего-то, и это что-то, скорее всего, и плюхнулось в экваториальных дебрях Конго.

Полетели на пассажирском самолёте Ту-134, принадлежащем ФСБ. Несмотря на запрет использования данных самолётов как устаревших гражданскими перевозчиками, военные и спецслужбы на своих Ту-134 продолжали летать и списывать надёжные машины в утиль из-за прихоти чиновников не собирались.

Харченко и всё начальство разместились впереди. Александра с капитанами сидели в хвосте, рядом с людьми из НИИ. Майор Зужев махнул ей рукой.

Она попросила поменяться местами с одним из обеспеченцев и оказалась рядом с майором.

– Здравствуйте.

– Здравствуйте. Приятная встреча, – улыбнулся Зужев.

– Судя по выражению вашего лица, не очень-то она приятная. Что случилось? Почему такая представительная делегация?

– ЧП.

– Это всё, что вы можете рассказать?

– Всё в воле начальства. Необходимую информацию вам сообщат.

– Тогда скажите, куда мы летим?

– Вы даже этого не знаете! Не шибко с вами церемонятся генералы. Летим в Астрахань, на испытательный полигон.

– Понятно.

– Вопрос можно?

– Какой?

– О Салееве.

Александра ухмыльнулась. К чему бы майору подробности расследования? Тем не менее разрешила:

– Валяйте.

– Причину самоубийства выяснили?

– Вас это сильно интересует?

Зужев пожал плечами.

– Простое любопытство… – потом добавил: – Всё-таки он у нас работал.

– Неразделённая любовь.

– Да? Удивлён.

– Почему?

– Это банально. Разве из-за неудач в любви в наш век стреляются?

– Получается, что стреляются.

Зужев вздохнул:

– Глупо. Молодой мужик. Перспективный. Нашёл бы себе. Так могут поступать только слабаки… – Подумав секунду он вдруг заявил: – Или вы неверно определили причину самоубийства.

Александра не стала спорить – дело Салеева перестало её волновать. Она была уверена, что случившееся ЧП в итоге окажется не связанным со смертью ученого.

– Вполне возможно, что вы правы… А вас вызвали на полигон из-за аварии?

– Откуда вы знаете про аварию?

– Знаю.

– Да, всех подняли, и вот летим. Что-то там нахимичили. А вы, видимо, будете разбираться: кто виноват?

– Может быть.

– Тогда всё валите на Салеева. Он всё напортачил и застрелился.

– Да-а? – Александра удивилась такому заявлению.

– Так будет лучше для всех. Мертвому всё равно.

– Кому это лучше? Настоящим виновникам ЧП? Чтобы потом была ещё одна авария? Вы поняли, что предложили мне?