Новый дневник грабителя - Дэнни Кинг

Мы не спеша идем по центральной улице к офису Чарли. Я делаю последний глоток и швыряю бокал в кусты рядом с офисом. Раздается звон — я разбил другой бокал, тот, что завалялся в кустах с прошлой недели. Олли все еще цедит свою пинту. Он пьет медленней, чем я, и это ужасно раздражает, особенно в компании. Олли наотрез отказывается подчиняться правилам пивного этикета, согласно которым следует заказывать выпивку на круг, когда опустеет кружка у первого, а не у последнего члена компании, ведь последний всегда именно он. Просто не счесть, сколько раз я видел Олли, мусолящим свой недопитый бокал, когда до закрытия остается всего пара минут, и разъяренная компания готова вылить ему это пиво в штаны. Таков уж Олли, ни стыда у него, ни совести.

— Динь-дилинь, вас приветствует фирма «Эйвон», — тоненьким голоском говорю я, входя в адвокатскую контору.

Мэл глядит на меня из-под очков и спрашивает, что я здесь делаю.

— Ты ведь должен быть на собеседовании по поводу трудоустройства, так?

— На собеседовании?

Безуспешно порывшись в памяти, я перевожу взгляд на Олли. Мой друг лишь пожимает плечами и делает крохотный глоточек пива. Ей-богу, пора уже записывать всю ту ерунду, которую я говорю Мэл, потому что запомнить это практически невозможно. Мэл выжидающе смотрит на меня, я быстро выкручиваюсь:

— А я уже ходил. С утра. Кстати, только что оттуда.

— И как все прошло?

— Отлично. Просто клево, — вру я, чтобы сделать девушке приятное, хотя перебарщивать тут тоже не стоит, ведь Мэл наверняка спросит, отчего же в таком случае я не получил работу. Для подстраховки я разбавляю одну брехню другой: — Нам назначили второе собеседование. В следующий четверг.

Теперь она отвяжется от меня на недельку, а там, глядишь, и вовсе забудет.

— Но на четверг ты записан к стоматологу, — озабоченно напоминает Мэл.

— Э-э… стоматолога я перенес на будущий вторник.

— Кто же тогда отвезет твоего отца в аэропорт?

Я опять напрягаю мозги, но потом решаю, что сейчас не до пустяков.

— Не важно. Послушай, мне нужна от тебя небольшая услуга.

— Как мне повезло! — гримасничает Мэл, потом замечает Олли, сосущего пиво. — Хочешь орешков?

— А у тебя есть? — оживляется тот.

— Мэл, сколько барыг проходило по делам Чарли? — напрямик задаю вопрос я.

— Это закрытая информация. Я не имею права ее выдать, иначе меня уволят, — отвечает она.

— Можешь не выдавать, просто сделай пару звонков.

Лицо Мэл принимает обычное злое выражение.

— Тебе зачем? — с подозрением спрашивает она.

— Долго объяснять, — отмахиваюсь я, не желая обременять подругу утомительными подробностями. Вместо того, чтобы сказать мне спасибо — лично я, к примеру, терпеть не могу, когда меня грузят лишней информацией (типа откуда эти вещи, кому они принадлежали раньше и где дом престарелых найдет деньги, чтобы возместить ущерб), — Мэл начинает дерзить:

— Не волнуйся, я умная девочка. Конечно, не такая умная, как вы, если судить по результатам интеллектуальных боев в пивнушке, и все же, попробуй, расскажи, уж я постараюсь сообразить, что к чему.

Олли отрывает взгляд от юридического справочника.

— Эта страна ненавидит победителей, — грустно говорю я ему и опять возвращаюсь к проблеме Мэл: — Слушай, там ничего серьезного. Просто… — я вдруг нахожусь с ответом, — тот тип, у которого я проходил собеседование, говорит, что вчера вечером его грабанули.

— Ты? — уточняет Мэл.

— Тьфу ты, нет!

Блин, моя подружка сегодня так и сыплет подозрениями.

Олли вожделенно смотрит на пакет с сандвичем, который углядел в сумочке Мэл, висящей на стуле.

— Ты это будешь? — осведомляется он у Мэл.

— Да, если повезет, и я не зазеваюсь, — отвечает она, пряча сандвич в ящик стола. — И все же, какое отношение имеет к тебе тот человек, которого ограбили?

— Никакого. Он всего лишь упомянул, что среди украденного — дорогущий антикварный чайник, а я подумал: если помогу ему найти пропажу, на сто процентов получу место, — вкручиваю я и поздравляю себя с успехом. Прекрасно скомбинированная ложь не только поможет завуалировать мои истинные намерения, но и заставит Мэл помочь нам. Я всегда испытываю теплое чувство удовлетворенности, когда удается соврать красиво, как сейчас, да еще экспромтом, однако Мэл не хочет вписываться в мою программу.

— Бекс, у тебя собеседование в химчистке. От человека, который хочет получить место в химчистке, обычно не требуется ничего сверхъестественного.

— Солнышко, на что только не приходится идти, чтобы выжить в нашем жестоком мире. Нужно вертеться, если хочешь чего-то достичь.

— Никогда не пробовал работать, как все нормальные люди? — интересуется Мэл.

— Черт побери, не все сразу, милая! Сперва вернем этот гребаный чайник, а потом возвратимся на минное поле. Ну пожалуйста, разузнай то, что я просил. Это же во имя благородной цели.

Мэл немного смягчается.

— Ладно, подождите пять минут, я посмотрю, что можно сделать. Только поклянись, что ты не затеял новую аферу.

— Клянусь, любимая, — торжественно заявляю я.

— Чтоб мне сдохнуть! — присоединяется к клятве Олли и осеняет себя крестом, при этом из его рукавов падают на пол многочисленные ручки и стикеры. — Ой, это мое.

Пока Олли ползает по ковру, собирая канцтовары, я решаю еще немного задобрить Мэл и в обмен на помощь обещаю ей роскошный ужин.

— Кажется, сегодня вечером ты собирался на вручение футбольных призов, — говорит она.

— Вручение перенесли на понедельник, — немного поразмыслив, сообщаю я. — Ну ладно, нам пора бежать.

Прежде чем Мэл успевает окончательно усложнить ситуацию, припомнив следующую из моих прежних отговорок, я быстро делаю ноги. Уже на лестнице оглядываюсь на Олли, который пересчитывает ручки, и признаюсь:

— Знаешь, иногда вообще понятия не имею, о чем она говорит.

Олли рассовывает добычу по карманам и веско заключает:

— Что поделаешь, женщины.

Тоже мне, многомудрый старец.

— В каком смысле?

Раскрыть смысл Олли затрудняется. Просто надо было что-то сказать, вот он и сказал. А что?