Коронная роль Козы-дерезы - Дарья Донцова

– Почему после смерти Регины Анастасию удочерили, а вас нет? – сразу спросил Вульф.

– Надеюсь, вы честные люди и после окончания конференции сбросите мне гонорар за общение с каждым участником, – спокойно произнесла эндокринолог. – А я была не нужна Мальцевым. Чужая им совсем. Я ведь сестра Регины.

– Хотите сказать, что Настя приемным родителям родная? – влезла я в разговор.

– Да, – кивнула Ванда, – когда меня определили в приют, несмотря на юный возраст, я понимала, что, скорее всего, Настю Агния заберет. История такая. Один раз к нам в коммуналку приехал мужчина. Мы в квартире жили одни, остальные комнаты были заперты. Я никогда соседей не видела. Меня Регина отправила поиграть во двор, дала денег на мороженое. Но я очень любопытная, сделала вид, что ушла, дверью стукнула, потом в туалете спряталась и все услышала…

Наше общение с Вандой затянулось. Когда беседа с ней завершилась, Володя попросил:

– Лампуша, позвони Котовой. Задай ей вопрос: знает ли она Нину Тимофеевну Осокину и Анастасию Мальцеву?

– Она о них не упоминала, – протянула я, – это странно. Елена читала завещание, видела фамилии. Хотя, может, Осокина и Мальцева отказались от наследства?

Я взяла телефон.

– Детский центр, Борис, слушаю вас, – ответил на вызов мужской голос.

– Простите, наверное, я перепутала цифры, – удивилась я, – Котова дала мне номер личного мобильного, а…

– Все верно, – остановил меня мужчина, – она в больнице.

– Что случилось? – насторожилась я.

– Пока неясно, – тихо объяснил Борис, – сегодня Елена Николаевна утром не пришла, как обычно, в восемь. Я решил, что она хочет отдохнуть, выспаться, хоть такого на моей памяти не случалось. Около полудня я забеспокоился и отправился в дом Котовой. Нашел ее без сознания в кровати. Сейчас Елена Николаевна в Москве в клинике «Нок», она чем-то отравилась! Простите, вокруг много народа, я вынужден прервать нашу беседу. Да я больше ничего не знаю.

– Бочонок с коньяком, – пробормотала я после того, как Борис отсоединился.

– Что? – не сообразил Макс.

– Звони в «Нок», – попросила я Чернова, – соединись с их главным врачом, дай мне трубку.

– Нашел его личный мобильный, – сообщил вскоре Юра, – Иосиф Осипович Кранц.

– Какой бочонок? – уточнил Володя.

– Слушаю, кто вы? – сказал ноутбук Чернова.

Я быстро пересела поближе к Юрию.

– Добрый день! Евлампия Романова, детектив агентства Макса Вульфа. У вас сейчас находится Елена Николаевна Котова…

– Никакой информации по телефону не даем. О состоянии больных сообщают только родственникам, – отрезал Кранц.

– Не нужны мне сведения от вас, – остановила я медика, – наоборот, я хочу сообщить информацию, она может понадобиться лечащим врачам. Вечером накануне дня госпитализации Котова выпила немного коньяка. Напиток содержится в небольшом бочонке у нее в доме. Есть предположение, что в алкоголь подлили нечто отравляющее. Возможно, лекарство. Сейчас наши люди съездят за бочонком, мы постараемся определить, что добавили в его содержимое. Готовы предоставить вам нужное количество спиртного для исследования.

– Премного благодарен, – ответил главврач, – очень жду.

Володя взял трубку внутреннего телефона, а я продолжила беседу с Иосифом Осиповичем.

– В каком состоянии Елена?

– Приезжайте, – велел доктор, – по телефону я не беседую. Возьмите документы: паспорт, рабочее удостоверение.

– Никто не отвечает, – сказал себе под нос Чернов.

– Ты куда звонишь? – не понял Костин. – Осокину нашел? Вопросы к ней есть.

– Давно пытаюсь с ней связаться, но мобильный отключен, – пустился в объяснения Юра, – а к домашнему никто не подходит. У Федора сотовый бубнит: «Абонент вне зоны действия сети». Куда Нина подевалась?

Володя нахмурился:

– Так, может, они улетели отдыхать?

– Нет, я проверял аэропорты, железную дорогу, автобусы, – возразил Чернов, – нигде их не засек.

Я вздрогнула:

– Вдруг с ними что-то плохое случилось?