Призрак - Роджер Хоббс

Каждое ограбление начинается одинаково. После того как Мар-кус изложил свой план, нам предстояло осмотреть место действия. Порой это не менее опасно, чем само ограбление. На подготовку операции уходят десятки часов. Надо изучить каждый дюйм помещения, от входа в банк до дверей хранилища. Знать назубок имена всех кассиров и номера беджиков всех охранников. Исследовать каждый закуток на каждом этаже здания. Выяснить, стоят ли электронные замки на стеклянных дверях, как запирается хранилище и где расположена сигнализация. Когда и где управляющий – или управляющая – пьет кофе.

Короче, надо знать абсолютно все.

Стало быть, необходимо попасть в банк и как следует осмотреться там. Причем не за двадцать минут. Строго говоря, на такую разведку требуется дня два, не меньше. Подготовительный период профессионально организованного налета требует решения множества проблем. Во-первых, следует изобрести основательную причину для посещения банка. Служащие всегда замечают тех, кто подолгу и явно без дела околачивается в зале. Но даже если удастся осмотреть помещение, не привлекая внимания сотрудников, остаются камеры видеонаблюдения. Немедленной угрозы они не несут – нельзя арестовать человека только за то, что он зашел в банк, покрутился и ушел, – но в дальнейшем способны причинить массу неприятностей. Сразу после ограбления следствие тщательно изучит видеозаписи за последние полгода в поисках человека, подходящего под описание преступника. И если таковой обнаружится, его фото тут же покажут в новостях. Что означает первый шаг к аресту. Поэтому для проведения рекогносцировки нам предстояло проникнуть в банк под чужими личинами.

Обернуться призраками.

Диспетчером у нас была Сю Мэй. Предполагалось, что она будет сидеть в фургоне, обложившись схемами здания, пить из термоса горячий зеленый чай и поддерживать с нами беспроводную связь, а при необходимости исполнять обязанности переводчика. Одним словом, она должна была служить нам своего рода поводырем.

В банк шли мы с Анджелой.

Утром мы несколько часов готовили маскировку. Анджела превзошла самое себя. Красное летнее платье от Гуччи, платиновый браслет с драгоценными камнями, туфли на шпильке по последней моде, сумочка в тон. От женщины, которую я знал столько лет, не осталось ничего. Новая Анджела была лет на двадцать моложе и на несколько миллионов богаче. Зеленые контактные линзы придавали ее взгляду почти фосфорическое сияние, длинные черные волосы были уложены в безупречную прическу. Облик дополняли кроваво-красные губы. Картинка с журнальной обложки, да и только. Анджела исчезла. Вместо нее на свет появилась Элизабет Риджуотер – богатая наследница из Новой Англии.

Я выглядел иначе. На мне был недорогой черный костюм и темный галстук, модный пару сезонов назад. Грим добавил мне лет десять. Выкрашенные в темный цвет волосы сообщали моему облику нотку агрессии. Я поработал над лицевыми мышцами и придал своей физиономии выражение злобной настороженности. Одним словом, я перевоплотился в Уильяма Голда – личного телохранителя мисс Риджуотер.

Анджела приковала к моему запястью атташе-кейс с логотипом «Халлибертона». Это был легкий алюминиевый чемоданчик, изнутри защищенный дополнительной прокладкой из пеноматериала. Я поднял его, и внутри что-то перекатилось – маленькое, но тяжелое.

– Пора, – сказала Анджела.

Мы вылезли из фургона и через вращающиеся двери вошли в вестибюль. Анджела, разумеется, шагала впереди, уверенной и грациозной походкой женщины, которая может позволить себе все, чего ей захочется. Я держался сзади: голова чуть опущена, на носу – темные «рэйбэны». На нас оборачивались, и я, несмотря на маскировку, ощущал определенный дискомфорт. Мне гораздо спокойнее, когда я сливаюсь с толпой.

«Нэшнл эксчейндж тауэр» располагался в тридцатипятиэтажном небоскребе с вертолетной площадкой на крыше. В вестибюле я наскоро оценил обстановку. Двери, насколько я мог судить, не запирались ни обычными ключами, ни магнитными. Металлодетекторы, какие сегодня часто ставят при входе в общественные здания, отсутствовали. Девушки на ресепшене не задали нам ни единого вопроса. Лишь одна посмотрела, как мы идем к лифтам, и кивнула.

Банк занимал несколько верхних этажей здания. Я успел пробежать глазами висевший рядом с лифтами список арендаторов. Первый этаж был отдан под вестибюль. На втором находились кабинеты администрации, технических служб и службы безопасности. На третьем и четвертом этажах обосновалась юридическая фирма, на следующих восьми – крупный промышленный холдинг. Тринадцатого не было, на этажах с четырнадцатого по двадцать первый разместилась нефтяная компания. На двадцать третьем и двадцать четвертом этажах шел ремонт; двадцать пятый облюбовала для себя стартап-компания по электронике. На верхних этажах – с двадцать шестого по тридцать пятый – владычествовал банк.

На одном из них было устроено хранилище.

Большая часть традиционно безликих банковских помещений не представляла для нас никакого интереса. Два этажа занимали стойки по обслуживанию клиентов, еще пять – кабинеты персональных менеджеров. Хранилище валюты, которое мы собирались ограбить, находилось на тридцать пятом этаже. Предполагаемая добыча – восемнадцать миллионов наличными.

Мы зашли в лифт, и я включил на своих часах таймер. Имея на руках поэтажный план здания и замерив время подъема на один этаж, мы могли рассчитать скорость движения лифтов. А зная скорость движения лифтов – вычислить, как скоро подоспеет помощь после срабатывания кнопки тревожной сигнализации.