Сбежавший кот и уйма хлопот - Наталья Александрова

Лола потянула носом. Из-за двери явственно тянуло запахом кухонного газа.

– Они на это и рассчитывали, – сказал Леня, вставляя в замочную скважину универсальную отмычку, – что кто-нибудь придет, позвонит, газ взорвется от электрического разряда, и все следы их посещения уничтожит взрывом… Все будет списано на несчастный случай…

– Да кто они? Ты же сказал, что никого подозрительного не видел! – ехидно напомнила Лола.

– Значит, я ошибался, – спокойно сказал Леня, и Лола сразу притихла.

Она знала, что Ленька признается в собственных ошибках, только если дело очень серьезно.

Замок негромко щелкнул, и дверь открылась.

– Отличная вещь, – проговорил Леня, убирая отмычку в карман, – с любым замком за минуту справляется!

Он достал из кармана носовой платок, закрыл им лицо и быстро вошел в квартиру. Лола двинулась следом. Она старалась не дышать, но глаза сразу защипало и горло запершило от заполнявшего квартиру газа.

«И как это соседи ничего не почувствовали?» – думала она.

Леня бегом добрался до кухни, закашлялся, распахнул окно и высунулся в него, чтобы отдышаться. Придя в себя, он повернулся к газовой плите. На полу лежала Валентина Васильевна. Голова ее была засунута в духовку, все вентили плиты открыты на максимум. Леня закрутил их и вытащил несчастную женщину на середину кухни.

Лола почувствовала головокружение и тошноту. Перед глазами замелькали цветные пятна. Она подошла к окну и свесилась наружу, глотая свежий воздух, как умирающий от жажды глотает воду, преодолев безжизненные пески и добравшись наконец до колодца. Отдышавшись, она подошла к Лене, который склонился над бесчувственным телом Валентины.

Бывшая секретарша не подавала никаких признаков жизни. Ее лицо приобрело ужасный серо-голубой землистый оттенок, который не вязался с представлением о живом человеке. Кажется, она уже не дышала, но, прижав пальцы к шее, Леня уловил едва ощутимое биение пульса, неровное и слабое.

Он резко надавил на грудную клетку женщины, но та не подала никаких признаков жизни. Леня повторил попытку еще несколько раз, но тоже безо всякого успеха.

– Может быть, вызвать «Скорую»? – предложила Лола.

– Не успеют. – Леня покачал головой. – Пока они доедут, она точно умрет!

Он снова склонился над Валентиной и попробовал сделать ей искусственное дыхание по методу «рот в рот». Со стороны это выглядело почти непристойно, напоминая странный поцелуй.

Валентина по-прежнему не подавала никаких признаков жизни.

– Подай мне какой-нибудь электроприбор, только быстро! – проговорил Леня, подняв голову. – Тостер, кофеварку, что угодно!

Лола схватила первое, что попало ей под руку. Это оказалась кофейная мельница.

Леня резким, сильным движением оборвал провод, стащил с ног Валентины черные трикотажные носки и прижал к ее ступням неровные концы оголенного провода.

– Включай! – крикнул он нетерпеливым, злым голосом, которого Лола никогда у него не слышала.

Она послушно воткнула вилку в электрическую розетку, и тут же тело Валентины мучительно дернулось, выгнулось крутой дугой, и она хрипло вздохнула.

Леня поднялся на ноги, тяжело переводя дыхание. Он и сам выглядел сейчас не лучшим образом.

Валентина еще раз хрипло вздохнула и открыла глаза.

– Что случилось? – проговорила она, удивленно глядя на Лолу и Маркиза. – Где я? Почему я лежу на полу? Кто вы такие?

– Не волнуйся. – Лола наклонилась к ней, помогла встать и подвела ее к дивану. – Хорошо, что мы успели вовремя…

– Как пахнет газом! – проговорила женщина, удивленно оглядываясь по сторонам. – А как вы сюда попали?

– Дверь была открыта, – ответила Лола, чтобы не пугать чудом спасенную женщину. – К счастью…

– А я тебя знаю. – Валентина настороженно смотрела на свою спасительницу. – Ты ведь Ольга…

– Не волнуйся, не волнуйся. – Лола прикрыла женщину пледом. – Сейчас тебе нужно отдохнуть… Ты чуть не отравилась насмерть… Газ был открыт, а окна заперты…

– Боже мой! – Валентина снова побледнела. – Я ничего не помню… Кажется, я подошла к двери, а потом – провал…

– Никогда не открывай двери незнакомым людям! – назидательно проговорила Лола, растирая спасенной руки. – Нас могло не оказаться поблизости…

Лицо женщины понемногу оживало, розовело, дыхание становилось ровнее и глубже.

– И почему-то очень болят ступни, – проговорила Валентина, поморщившись, – как будто я ходила по углям…

– В каком-то смысле так оно и было, – отозвался Маркиз, пряча в ящик стола оторванный от кофемолки провод.

Квартирка у Валентины была маленькая, однокомнатная, но очень аккуратная и какая-то удивительно женственная. На самом видном месте, на секретере, между медным подсвечником и фарфоровой фигуркой собачки стояла цветная фотография в деревянной рамке. На этой фотографии был запечатлен директор НПО «Мезон» Алексей Иванович Казаркин. Покойный директор был снят в неформальной обстановке – на природе, в рубашке с короткими рукавами. Видимо, Алексей Иванович гостил у кого-то на даче – во всяком случае, на заднем плане фотографии виднелся бревенчатый домик, довольно скромный и неказистый. Пожалуй, слишком скромный и неказистый для самого Казаркина и тем более для его жены.

При виде этой фотографии Лола с Маркизом обменялись понимающими взглядами. Они поняли, что жена, точнее, вдова директора Алла Леонидовна была не так уж неправа, когда упрекала Валентину в связи с ее мужем.

Валентина Васильевна зябко куталась в махровый халат.

– Я пришла домой, выпила чаю, решила лечь пораньше, потому что сердце побаливало, – начала она слабым голосом. – А потом кто-то позвонил, я думала, соседка, в глазок ничего не видно, я и открыла… Не в себе была, очень расстроена… Больше ничего не помню.

– Он вошел, оглушил вас чем-то или брызнул из баллончика, затем притащил в кухню, сунул голову в духовку и открыл газ. Когда соседи почувствовали бы запах, они обязательно принялись бы звонить вам в дверь. Ну и газ взорвался бы от электрического разряда, ликвидировав все следы пребывания убийцы в вашей квартире. Или пока они пытались бы сломать замок, вы бы уже отправились на тот свет.

Все это Леня Маркиз проговорил намеренно жестким тоном.

– Не пугай женщину, – вступила Лола, – она и так вся на нервах…

– Именно на это убийца и рассчитывал, – подхватил Леня. – Женщина и так расстроена смертью любимого начальника, да еще с работы уволили, причем в самой хамской форме…

– Просто любимого… – тихо поправила Валентина, – не любимого начальника, а просто любимого.

«С ума сойти! – подумала Лола. – Как трогательно. Сейчас заплачу!»

– Скажите, Валентина Васильевна, – вкрадчиво спросил Леня, – а вам не приходит в голову, с чего это вас вдруг захотели убить и кто мог это сделать?