Дело очаровательного призрака - Эрл Стенли Гарднер

Мейсон первым пошел по коридору к лифту. Они поднялись на второйэтаж, оказались в слабо освещенном коридоре и быстро нашли двести двадцатуюквартиру. В нижней части двери имелась большая щель, из которой не просачивалсясвет, хотя он струился из-под всех соседних.

Справа от двери находился звонок. Мейсон нажал на кнопку, иони услышали, как он отдается внутри квартиры.

– Перри, у меня мурашки выступили на коже, – призналсяДрейк. – Давай лучше поговорим с администратором. Я не желаю впутываться еще водну авантюру.

– Перед тем как говорить с администратором, я должен знать,о чем говорить.

– Я не хочу заходить в эту квартиру, – взмолился Дрейк.

– Ты не возражаешь, если мы проверим, подходит ли ключ?

– Не нравится мне все это!

– Мне самому не нравится, – ответил Мейсон, – но я пытаюсьсобрать доказательства.

Они стояли и ждали.

В коридоре была плохая вентиляция. Чувствовались запахиприготовляемой пищи, в конце коридора кто-то слушал музыкальную программу, ислова четко доносились до находившихся за пределами квартиры.

– Видимо, старый дом, и здесь давно не производилосьремонта, – заметил Дрейк.

Мейсон кивнул и вставил ключ, которым открыл входную дверь,в замок двести двадцатой квартиры.

– Просто посмотрю, подходит или нет, – сообщил он.

Адвокат попытался повернуть ключ. Ничего не произошло.

Он слегка надавил на ключ, покрутил его, но ключ упорноотказывался поворачиваться.

– Напильник, шеф? – предложила Делла Стрит. – Мастерговорил, что он может помочь.

Мейсон вынул ключ из замка и вставил следующий. Тот даже невошел до конца. Точно так же, как и третий. Четвертый же, наоборот, сработал.Замок щелкнул.

– О господи! – вздохнул Дрейк.

Мейсон вынул из кармана носовой платок, накинул на ручку иоткрыл дверь.

– Я не хочу в этом участвовать, – простонал Дрейк.

Мейсон несколько секунд оставался в дверном проеме, потомпошарил по стене в поисках выключателя и зажег свет.

Казалось, что внутри квартира подверглась воздействиюурагана небывалой силы: все ящики оказались выдвинуты, дверцы открыты, вещиразбросаны по полу, бумаги разлетелись по разным углам, посуда стояла на полу.

– Похоже, что кто-то нас опередил, – заметила Делла Стрит.

В коридоре открылась дверца лифта. Послышались шаги.

– Заходим. Быстро, – велел Мейсон.

Делла Стрит немедленно выполнила приказ адвоката, Дрейквначале колебался, но потом тоже переступил порог, хотя и с большой неохотой.

Мейсон плотно закрыл дверь.

– Ни к чему не прикасайтесь, – предупредил он.

– Послушай, Перри, мы ведем игру, не зная козырей, –заговорил Дрейк. – Единственное, что нам доподлинно известно, это то, что у насих точно нет.

В коридоре раздавались шаги и голоса.

– Перри, мы переборщили, – шептал Дрейк. – Если что-тослучится и нас увидят, когда будем выходить…

– Тс-с! – Делла Стрит приложила палец к губам.

Голоса приблизились.

Внезапно они поняли, что один принадлежит сержанту Холкомбуиз отдела по раскрытию убийств:

– Итак, мадам, вы узнали его фотографию, не так ли?

Шаги остановились перед двести двадцатой квартирой.

– Да, – ответила женщина. – В газете напечатана фотографиячеловека, снимавшего у меня квартиру. Только он представился мне Фрэнком ОрмсбиНьюбергом.

– Идентификация по газетной фотографии, в общем-то, не оченьнадежная вещь, – продолжал Холкомб. – Надо проверить, есть ли кто-нибудь дома.

В дверь позвонили.

Пол Дрейк в отчаянии огляделся.

– Где-то должен быть черный ход, – прошептал он. – Выйдем начерную лестницу и…

– У нас нет времени его искать, – ответил Мейсон. – Делла, утебя есть с собой какой-нибудь блокнот?

Секретарша кивнула.

– Доставай его.

В дверь снова позвонили.

– Делла, начинай что-нибудь писать, – велел Мейсон.Секретарша стала что-то царапать в блокноте, словно стенографировала разговор.

В дверь постучали кулаком, потом сержант Холкомб заявил:

– Ладно, попробуем запасной ключ.

Мейсон повернул ручку, распахнул дверь и поздоровался:

– Так-так. Добрый вечер, сержант Холкомб. Какая неожиданнаявстреча!

Полицейский не верил своим глазам.

– Какого черта? – воскликнул он, когда наконец смогпроизнести хоть слово.

– Я делаю опись, – объяснил Мейсон.

– Вы? А по какому праву, черт побери, вы находитесь здесь ичто вы переписываете?

– Оставшееся после погибшего имущество, естественно.

Холкомб лишился дара речи.

– Моя клиентка Элеонора Хепнер, вдова Дугласа Хепнера, –невозмутимо продолжал Мейсон. – Конечно, в настоящее время слушается дело обубийстве Дугласа Хепнера, в котором обвиняют мою клиентку, но это не меняетсути, что касается оставленного имущества. Как только ее оправдают, она получитправо унаследовать его как вдова, пережившая своего мужа. А пока я, как ееадвокат, составлю опись и займусь получением судебных полномочий на управлениеимуществом умершего.

Мейсон повернулся к Делле Стрит и начал диктовать:

– Пять костюмов. Одна, две, три, четыре, пять, шесть, семьпар трусов. Один, два, три, четыре…

– Эй, минутку! – заорал сержант Холкомб. – Что происходит?Вы пытаетесь сказать, что Фрэнк Ормсби Ньюберг – это Дуглас Хепнер?

– Конечно. Разве вы не знали?

– Откуда, черт побери, я мог это знать? Если бы вот этаженщина не позвонила в полицию и не сообщила, что узнала в газете фотографиюДугласа Хепнера и что он снимает у нее квартиру, но какое-то время непоказывается, то мы никогда не появились бы здесь.

– Вы могли просто спросить меня об этом, – ответил Мейсон,пожимая плечами.

– Спросить вас?!

– Конечно.

– Как вы сюда попали? – решил выяснить Холкомб.

– Открыл дверь ключом.