Вечер страшных предсказаний - Мила Серебрякова

– Фима, к чему ты это рассказываешь?

– К тому, – буркнула Ефимия, надув губы.

В этот момент Евгения резко вскочила иметнулась навстречу привлекательному господину преклонного возраста.

Когда минуту спустя она с триумфом присоединилась к троице, Ефимия Поликарповна не выдержала:

– Нет больше моченьки смотреть, как вы зубы скалите. Настала моя очередь. Ну, держитесь, я вас всех сейчас сделаю. Сюда мужики со всех окрестностей прибегут и перчатку мою поднимут. Обещаю!

– Фима, помни: женственность прежде всего.

– Отстаньте, сама знаю.

Первый мужчина, на которого Ефимия поперла, словно взбесившийся танк, дал деру, второй, прежде чем убежать, покрутил пальцем у виска, а третий пошел дальше всех: он послал Ефимию далеко и надолго.

Поликарповна находилась на грани истерики.

– Козлы! Я всегда говорила: мужики – козлы! И муж мой козел, и свекор козел, и здесь одни козлы. Козлиный торговый центр!

Розалия обняла Ефимию за плечи:

– Детка, ты изначально совершила непростительную ошибку. Ну зачем ты надвигалась наних, как гора? Я же говорила, походка от бедра. Идти надо не торопясь, плавно, как пава.

– Я даже перчатку бросить не успела, – заныла Фима. – А они… сразу врассыпную. У-у-у…

– Не реви, испортишь макияж. Давай я тебе помогу, куколка. Встань прямо, горделиво вскинь голову и иди вперед, представляя, что прогуливаешься в собственном саду. У тебя ведь есть сад?

– Есть, – всхлипывала Фима. – Я там пионы выращиваю.

– Ну и отлично. Иди себе, гуляй, наслаждайся красотой, цветочками. Ты раскована, спокойна, на деревьях сидят птички, вокруг порхают бабочки, а ты идешь, как пишешь. Поняла? И помни, пупсик, никакого напора. Попробуй.

Фима потопала вперед. Внезапно она нагнулась и стала качать головой, затем сделала пару шагов и вновь нагнулась.

Свекровь передернуло:

– Фима, позволь узнать, что ты делаешь?

– Так я… по саду гуляю. Вы ж сами приказали.

– А зачем нагибаешься?

– Так я кустами пионов любуюсь. Говорю же, у нас в саду летом пионы распускаются. Красоты неописуемой. А как пахнут! Обалденно!

Розалия выругалась.

– Кретинка, – цедила она, приближаясь к Ефимии. – При чем здесь пионы? Нас сейчасинтересуют не цветы, а мужики. Му-жи-ки! Детка, ты очень сильно входишь в роль, не надо понимать мои слова буквально. Гуляй по саду, в котором нет пионов.

– Совсем нет?

– Совсем! – Розалия задумалась. – Предположим, неделю назад налетел ураган и все пионы улетели к чертовой бабушке. Договорились?

– Мамочки родные! Ураган! А дом не пострадал?

– Я тебя убью!

– Все, все, поняла. – Ефимия Поликарповна собралась и, глубоко вздохнув, прошептала: – Пионы улетели к бабушке, дом не пострадал, вокруг один газон. Газон, и ничего больше!

– Умничка. А теперь пошла. Молодец! Раз-два, раз-два… Головку держи прямо. Фимка, классная походочка. Давай-давай, не останавливайся. Девочки, оцените.

Маришка прыснула:

– Розалия Станиславовна, она опять нагнулась.

– Твою мать! Фима! Зачем ты приняла позу дачницы?

– Ой, один кустик все-таки остался, – расцвела улыбкой Поликарповна.

Преподавательница гламура в изнеможении упала в кресло.

– Она неисправима! У меня больше нет сил.

– Эй, приготовьтесь, – Женя толкнула Марину в бок. – Фимка мужика заприметила.

Розалия сузила глаза:

– Обязательно что-нибудь перепутает. Как пить дать, перепутает, корова внушаемая.

Фима бросила под ноги перчатку. Неудача. Мужик не прореагировал. Поликарповна не теряла надежды. Навстречу топал другой представитель сильной половины человечества.

И тут Ефимия решила соригинальничать. Ну зачем, скажите на милость, подниматьперчатку, чтобы через пять секунд вновь швырять ее на пол? Лишние хлопоты. Поэтому Фима, недолго думая, пнула перчатку ногой. Пнула основательно. Обычно футболисты с такой же силой бьют по мячу.

Перчатка взмыла в воздух и встретилась аккурат с лицом смуглого шатена.

Мужик отпрыгнул назад. Фима подалась вперед.

Ее налитые злобой глаза заставили шатена покоситься в сторону эскалатора. Но Ефимия преградила ему путь.

– Что вам от меня надо? – проблеял мужик.

– Подними с пола перчатку!

– Зачем?

– Подними и подай мне.

– Зачем?

– Я женщина, люби меня глазами и поднимай перчатку. А то ща как вмажу, ты у меня всю жизнь одним пюре питаться будешь.

Выполнив указание Фимы, мужчина трясущейся рукой протянул перчатку. С его трясущихся губ слетел тихий вопрос:

– Я могу идти?

– Теперь можешь, – возликовала Ефимия. – Бабы, принимайте меня в свою компашку. У меня получилось.

Маришка захлопала в ладоши, Женя поздравила Фиму с первой победой, апреподавательница решила отмолчаться. Вообще-то ей было что сказать многоуважаемой Ефимии, но в данный момент материться было как-то не очень удобно. Пришлось перенести беседу на высшем уровне на более поздний срок.

– Куколки, переходим ко второму уроку. Для этого мы спустимся на этаж ниже и зайдем в кафе.

– Давно пора, жрать хочу, сил нет.

– Мы не собираемся жрать, – зло прочеканила свекровь. – В кафе мы будем курить.

– Курить? – Маришка округлила глазки. – Я вообще-то не курю.

– И я, – спохватилась Фима.

– Успокойтесь, это лишь видимость. У нас другая цель. Каждая из вас, вооружившись сигареткой, попросит у понравившегося мужчины огонька.

– И все?

– А смысл?

– Смысл в том, что за время, пока он достанет огниво и поднесет его к сигарете, вы должны сделать так, чтобы в результате незнакомец попросил номер вашего телефона.Задачка непростая, но вы уж постарайтесь.

– Как постараться-то?

– Всеми доступными способами: жестом, мимикой, словом. Посылайте ему невербальныесигналы.

– Я не поняла, – нахмурилась Ефимия, – кого и куда послать надо? В какие нереальные сигналы? Это где такие находятся?