Мороженое для горячей штучки - Татьяна Луганцева

– Да нет… – начала отказываться Серафима и вдруг задумалась, – ой…

– Что?

– Да забыла на самом деле, когда ела в последний раз, что-то сильно захотелось…

– Так собирайтесь, Симочка! Я подожду вас в машине у входа. На вас лица нет… так нельзя работать, надо и отдыхать, и есть…

Серафима поднялась в комнату, в которой они переодевались и пили чай. Она уже несколько дней жила на работе, и у нее здесь была сменная одежда. Сима расчесала волосы, оставила на себе свою классическую черную юбку-карандаш и надела чистую блузку персикового цвета. Очень удачно, что ее помада гармонировала по цвету с блузкой. Серафима в последнее время чувствовала себя паршиво из-за того, что так опозорилась с Алексеем, она просто стала комплексовать. Ведь она раньше даже представить себе не могла, что такое с ней может произойти. А еще она помнила какой-то недоуменный и презрительный взгляд Германа, которым он одарил ее, когда все стало известно. И больше она его не видела. Даже ждала его и не понимала, почему она думает об этом несносном типе? Ведь поначалу Серафима обрадовалась, что у нее прекратилось общение с этим чокнутым психотерапевтом, она боялась его.

Но шло время, и она все сильнее ощущала его отсутствие и вспоминала, что в минуту ее позора именно он был рядом, поддержал ее, а потом исчез. Нет, Герман еще помог ей, когда подключил к расследованию убийства Алексея своего друга, с которым она тоже имела честь познакомиться, Владимира Всеволодовича Городецкого. Только тогда немного отстали от бедных работников библиотеки, прекратив их подозревать во всех тяжких грехах – чревоугодии, грехопадении и убийстве. Правда, Владимир Всеволодович признался ей, что с нее лично подозрения не сняты… Серафима тряхнула головой, словно отгоняя от себя дурные воспоминания, и поспешила к мужчине – пока не потеряла сознание от голодного обморока, – чтобы ехать в ресторан, куда ее пригласили.

В машине у Криса Геннадьевича работал кондиционер и тихо играла классическая музыка. Также в авто присутствовали телохранитель и водитель. До ресторана европейской кухни они доехали буквально за пять минут, Крис Геннадьевич был сама любезность и тактичность, не сильно надоедая ей своим вниманием и разговорами. Они сели с Симой за столик на двоих, и он ей предложил выбрать что угодно по меню. Серафима решила заказать одно блюдо, которое давно хотела попробовать – рыбу по-царски!

– Прекрасный выбор, – одобрил Крис Геннадьевич, а себе заказал кусок мяса средней прожарки и на гарнир к нему овощи-гриль.

– Может, вина? – предложил он. – И я вам расскажу, что я собираюсь сделать в помещении библиотеки.

– Давайте вина. Мне очень интересно узнать о ваших планах. Один вот собирался там устраивать балы, вечеринки, казино… – ответила Серафима, зябко дернув плечами.

– А я знаю эту историю! – улыбнулся Крис Геннадьевич. – И про смерть Муравьева-Апостола знаю тоже.

– Вы были знакомы? – спросила Серафима.

– Нет. Никогда его не видел, но уже заранее недолюбливал, – рассмеялся Крис Геннадьевич.

– Почему?

– Потому что я давно приметил этот особняк и хотел его приобрести всеми правдами и неправдами. А мне тут Муравьев-Апостол, потомок владельцев особняка, объявился, и такая нелепая смерть почти сразу же…

– И больше уже ничего не стояло между тобой и приобретением особняка? – уточнила Серафима. – Извини, что на «ты».

– Я только рад! И тому, что на «ты», и тому, что ничего больше не стояло, хоть и нехорошо так говорить. Не желаю никому смерти, грех это. Но я – бизнесмен. И если так получилось, то я не мог не воспользоваться шансом и не заполучить то, на что давно нацелился, – честно признался он.

Им принесли вино, бокалы и очень грамотно обслужили.

– Еда будет через пять минут, – и официант удалился.

– Я слышал, что он погиб после секса с прехорошенькой женщиной, – вдруг выдал Крис Геннадьевич.

Серафима подавилась терпким вином.

– Он погиб от того, что ему проткнули горло ножом для бумаг, а не из-за того, что у него был с кем-то секс, – ответила она, вытираясь салфеткой.

– А я останусь при своем мнении, и это прекрасная смерть. Эта женщина, что досталась ему напоследок, заслуживает пристального внимания и интереса со стороны мужчин.

Сима почувствовала, что начинает краснеть.

– Вы на что-то намекаете? Вы же знаете эту историю?

– Совсем нет, – серьезно ответил Крис Геннадьевич, но в глазах у него светилось что-то нехорошее, чего раньше она не замечала в нем.

– Вы знаете, что это была я, – прямо и весьма утвердительно сказала Серафима.

– Если честно, знаю. И вы очень мне нравитесь, – осмотрел ее Крис Геннадьевич.

– Чем же это? – Неприятный холодок закрался ей в душу.

– Ну, как-никак, вы устранили моего конкурента, – понизил он голос, от чего стало еще противнее.

– Я? – Сима даже икнула.

– Вы утомили его сексом и захотели большего. Алексей же был красив и богат. А он рассмеялся вам в лицо, сказал, что это для него всего лишь обычный «трах»! И тут вы почувствовали себя уязвленной до глубины души, задето было самолюбие, понимаете? – развивал он дальше свой сюжет.

– Я? О, да! – поежилась Сима, чувствуя себя актрисой, плохой актрисой в плохом спектакле.

Такой интриги Серафима не ожидала.

– И вас это заводит? Этот бред? – спросила она, осматриваясь по сторонам. – Что-то посетителей нет…

– Это мой ресторан, и сейчас он закрыт на спецобслуживание для нас двоих, – ответил ей Крис Геннадьевич, и снова неприятный холодок пробежал по спине Серафимы.

– Я очень хочу отблагодарить вас за такое избавление от моего конкурента! – сказал владелец ресторана.

– Если вы так настаиваете, то я не откажусь.

– И мне бы еще хотелось поближе с вами познакомиться, – заулыбался Крис Геннадьевич.

– А если мне не захочется? Если я хочу, чтобы мы остались на этом уровне? – робко спросила Серафима.

– А еще не вечер… – туманно ответил миллионер, – вино еще не закончилось…

Им принесли на больших красивых тарелках еду. Рыба по-царски выглядела действительно по-царски. Мало того, рыба была густо обложена красной икрой. Крис Геннадьевич все время налегал на вино, не забывая, разумеется, и ей подлить. Серафима снова робко коснулась его руки.

– Я хочу домой.

– Нас ждет ванна с шампанским и с лепестками алых роз, она уже приготовлена для нас, – не слышал ее новоиспеченный владелец особняка. – Я хочу вкусить убийственной страсти! И я останусь жив, вот увидишь, дорогуша! Я познал много женщин, но вот такой убийственной библиотекарши еще не было, и я хочу вкусить и это. Наверняка ты «горячая штучка», а я не менее богат, чем он. Да и внешность у меня весьма презентабельная, – нахваливал себя Крис Геннадьевич.