Семь лет молчания - Марина Серова

Оставив девушек в комнате, я поднялась из подвала наверх. Нужно было как можно скорее найти телефон, чтобы позвонить Кирьянову и сообщить о моем местонахождении. В этом доме больше нельзя было оставаться ни минуты.

В гостиной мало что изменилось с тех пор, как я была здесь в первый раз. Даже сбилась со счета, сколько дней я пробыла в заточении. Но знаю одно – это время показалось вечностью.

Похоже, здоровяк был не самым чистоплотным жильцом. Коробки от фастфуда, одноразовая посуда все так же были разбросаны по столу и вокруг него. К сожалению, среди всего этого хлама телефона не было. Пришлось несколько раз перерыть эту груду мусора. Безрезультатно. Не удалось отыскать его ни в диване, ни в тумбочке под телевизором. На втором этаже, кроме пары грязных мужских футболок и бутылки от виски, ничего не было. Не мог же этот телефон сквозь землю провалиться!

Ни ноутбука, ни каких-либо еще приспособлений, которые могли бы связать меня с внешним миром. Не оставалось ничего, кроме как просить помощь извне. Нужно бежать к местным жителям и надеяться, что в этой глуши хоть у кого-нибудь есть телефон.

Дело за малым. Остается понять, как выбраться из этого дома ужасов. Я видела, как здоровяк открывал ворота с помощью пульта. Но ничего похожего на него в обозримом пространстве тоже не было.

Пока я осматривала дом, увидела в окно, что ворота открываются. Во двор заехал черный тонированный джип. Из него вышли двое – похожие друг на друга крепкие лысоватые мужчины средних лет. Они были одеты в черные кожаные куртки и обтягивающие джинсы.

Один из них подошел к задней пассажирской двери и за шкирку выволок оттуда парня. Я сразу узнала его – это был Ваня. Мишкин работник, который и навел меня на этот дом.

Его вели словно на каторгу. Связанные спереди скотчем руки, кляп во рту. Ваня не сопротивлялся. С трудом передвигая ноги, он шел в дом. Его нетерпеливо подталкивал один из громил и что-то говорил ему.

Нужно было спрятаться как можно скорее. Еще пару минут, и они увидят внизу труп своего кореша. Его убийство повесят на меня. И им будет не важно, что я ни при чем. Проверив комнату, поймут, что я сбежала. И если они меня найдут, тогда я определенно не жилец.

Пробежав глазами по комнате, я ничего не заметила, кроме шкафа-купе. Большой и вместительный и, к счастью для меня, пустой. Я запрыгнула внутрь и затаила дыхание.

– Шевелись, давай, Иуда. За то, что язык за зубами не держишь, поплатишься теперь. Проведешь остаток жизни с подружкой своей в четырех стенах, – угрожал один из громил Ване.

Они двинулись в ту сторону, где находится подвал. И это был лучший момент для побега. Я на цыпочках вышла из дома во двор. Ворота были закрыты. Но повезло, что рядом с ними я увидела маленькую калитку, которую не заметила раньше. Ее, как оказалось, было очень просто открыть изнутри. Но она предательски заскрипела, когда я из нее выходила. И этот звук был настолько громким, что в доме услышала голоса. Похоже, они поняли, что я выбежала со двора.

Оказавшись снаружи, я сразу же бросилась в ту сторону, где оставила машину. Но ее там не было. Только свежие следы шин указывали на то, что еще недавно тут стоял автомобиль. Скорее всего, они нашли ключи в моем кармане и отогнали машину куда-то, чтобы отвести от себя подозрение. Следы вели в сторону деревни.

– Она не должна была далеко уйти, – вдруг услышала я где-то неподалеку мужские голоса. – Ищи ее повсюду.

«Меня уже хватились», – решила я и побежала дальше, стараясь не шуршать листьями.

В носках по голой земле в осеннем лесу убегать было не так уж легко. Обломки веток впивались в ноги и сильно их царапали. Но сама боль меня не так пугала, как перспектива быть пойманной и убитой. Пришлось бежать наугад. Ведь я абсолютно не знала местности. Повсюду были кусты и деревья. И ни одной тропинки.

В один момент я остановилась и прислушалась. Повсюду было тихо. Когда стало понятно, что мне удалось оторваться от преследования, я присела на пенек. Нужно было немного отдышаться и продумать, что делать дальше. По телу пробежали мурашки. Поздней осенью уже достаточно холодно. Тем более в лесу. Поэтому долго я в таком виде не пробегаю.

Но для начала нужно восстановить дыхание. Когда в университетские годы я занималась легкой атлетикой, тренер заставлял нас дышать правильно после забегов. Он всегда повторял, что лучший способ восстановиться на финише – это делать хорошие и глубокие вдохи. С каждым разом нужно медленно понижать их частоту. Я стала так дышать и почувствовала, как в легкие начало поступать больше воздуха. И мне стало легче.

Я осмотрелась вокруг. Уже стемнело, но в лесу было относительно светло. Огромный белый шар освещал дремучий лес. Сегодня полнолуние. Мне показалось, что вдалеке я увидела огни. Пройдя несколько сотен метров, я вышла из чащи на тропу. Она вывела меня как раз к домику бабушки Алевтины. Я запомнила ее адрес, потому что ее дом стоял первым к выезду из деревни.

Калитка оказалась незапертой. Света в окнах не было. Скорее всего, она уже спала. Деревенские жители ложатся спать рано. А я давно потеряла счет времени. Пришлось долго стучать в дверь, пока хозяйка не услышала. И вдруг я услышала шарканье обуви по полу.