Шаги в темноте. Убийство Адама Пенхаллоу - Джорджетт Хейер

– Вы правы, сэр, – серьезно произнес он. – Теперь о тайном ходе в подвал. Вы сказали, что несколько раз слышали скрежет, а когда спустились вниз, то увидели, как кто-то скрылся через тот ход. Вы опознали человека?

– Нет. Все произошло слишком быстро, – ответил Чарльз.

– Ясно, сэр. А после того как вы замуровали ход, попытки проникнуть в ваш дом прекратились?

– Отнюдь. Моя тетка увидела Монаха в библиотеке.

Инспектор поставил в блокноте еще несколько точек.

– А эта дама может считаться надежным свидетелем?

– В высшей степени. Более того, до того момента она не верила, что в доме могут быть какие-то призраки.

– Прекрасно, сэр. И в тот раз вы обнаружили, что окно в библиотеку было открыто?

– Закрыто, но не заперто на задвижку.

– Его можно было открыть снаружи?

– Да.

– А у этого… Монаха было достаточно времени, чтобы выйти через окно и закрыть его за собой? С того момента, как дама упала в обморок и до вашего появления в библиотеке?

– Достаточно. Настолько много, что мы с моим шурином решили не обыскивать сад.

– Ясно, сэр. А после того случая никто посторонний не появлялся в доме?

– Нет, насколько мне известно. Но, как я вам уже говорил, прошлой ночью моя свояченица видела Монаха недалеко от нашего дома. А через минуту к ней подбежал мистер Эрнест Титмарш.

Инспектор кивнул.

– Если не возражаете, сэр, мы перейдем к людям, которые, по вашему мнению, вызывают подозрение. Начнем с мистера Титмарша.

– Нет, начинать надо с человека, который остановился в гостинице «Колокол».

– Как его имя, сэр?

– Майкл Стрейндж. Мы обнаружили его неподалеку от дома, когда впервые услышали, как поворачивается камень. Мне бы хотелось, чтобы вы обратили на него внимание.

– Мы непременно допросим его.

– Мы также слышали, как он вел весьма подозрительные разговоры с Джеймсом Фрипом, коммивояжером, торгующим пылесосами. Вот что мне о нем сообщили. – И Чарльз вынул из бумажника письмо, протянув его инспектору.

Тот углубился в чтение. Сведения о Фрипе были скудные, поскольку фирма, где он работал, наняла его всего месяц назад и ничего не знала о его прежних занятиях. Однако сыщик раскопал, что до войны человек по имени Джимми Фрип, который более или менее соответствовал описанию коммивояжера, дважды сидел в тюрьме за ограбление. Последний раз он попал за решетку в 1914 году, но вскоре после начала войны был освобожден и попал на фронт. После войны след его затерялся, и чем он занимался, выяснить не удалось.

Сложив письмо, инспектор вернул его Чарльзу.

– Благодарю вас, сэр. Пусть он вас не беспокоит. За ним мы тоже последим.

– Вообще-то меня больше волнует Стрейндж. Нам известно, что он находится в сговоре с Фрипом, и тот действует по его указке.

– Не волнуйтесь. За мистером Стрейнджем мы тоже приглядим.

Но Питера его ответ не устроил.

– Но что прикажете делать нам? Мы устали от всех загадок и хотели бы положить этому конец.

– Понимаю вас, сэр. Будьте уверены, мы сделаем все возможное. С вашего позволения я бы посоветовал вам не говорить никому, что вы ко мне приезжали. Кто бы там ни досаждал вам, он может насторожиться, ведь подобные сведения очень быстро достигнут его ушей.

– Вы правы, – согласился Питер. – Мы стараемся держать все в тайне. Но вы так и не объяснили, что собираетесь предпринять. Вы намерены установить наблюдение за монастырем?

– Только если не пострадает наш парник, – заметил Чарльз, смахивая пепел с рукава. – Огурцов там, конечно, нет, но…

Инспектор усмехнулся:

– Сочувствую вам, сэр.

– И если нашу горничную не будут пугать до смерти, – продолжил Чарльз. – И еще один момент: вероятно, это звучит странно, но я терпеть не могу, когда меня арестовывают на моей же территории. Лишившись свободы передвижения, я выхожу из себя, и последствия могут быть самыми непредсказуемыми.

Питер решил, что пора вмешаться:

– Мой зять намекает на чрезмерное усердие констебля Флиндэрса.

– Да, сэр, это весьма неприятно. Но больше подобное не повторится. Обещаю, что очень скоро мы разберемся в данном деле.

– Надеюсь, – заявил Питер, берясь за шляпу и трость. – Мы приехали во Фрэмли приятно провести время, а вместо этого имеем одни неприятности.

– Минуточку, – произнес Чарльз. – Что вы намерены делать с Дювалем?

Инспектор покрутил кончики усов.

– Я принял к сведению все, что вы сообщили мне, сэр.

– Но не кажется ли вам, что его допрос прольет свет на ситуацию?

– Согласен, сэр. Мы не исключаем такую возможность. Правда, никогда не знаешь, чего ждать от этих наркоманов. Но я обязательно займусь им. Можете положиться на меня, сэр.

Питер обратился к Чарльзу:

– У нас все? Или мы хотим еще о чем-то попросить инспектора?

На лице Чарльза появилось скучающее выражение.

– Нет, вряд ли. Разве что пригласить его вечером на спиритический сеанс? Или присутствие постороннего может смутить Монаха?

– Вероятно, – сказал Питер, подталкивая Чарльза к выходу.

Инспектор распахнул перед ними дверь, и они вышли в приемную. У стойки в дальнем конце комнаты стоял мужчина в легком плаще и фетровой шляпе. Когда открылась дверь, он на мгновение встретился глазами с Чарльзом. Быстро отвернувшись, он склонился над бланком, который, судя по всему, заполнял. Но Чарльз узнал его. Это был Майкл Стрейндж.

– Инспектор! – воскликнул Чарльз. – Я, кажется, забыл у вас на столе перчатки.

– Перчатки? – удивился Питер. – Разве ты их надевал?

– Да. – И Чарльз вернулся в кабинет.

Сделав знак рукой, чтобы инспектор закрыл дверь, он тихо произнес:

– Никаких перчаток у меня нет, но я только что видел человека, о котором мы говорили. Стрейнджа.

– Здесь?

– За дверью. Он заполнял какой-то бланк и сразу же отвернулся спиной – не хотел, чтобы его узнали. Интересно, что он тут делает? Похоже, следит за нами.

Инспектор кивнул.

– Как удачно, что вы заметили его, сэр. Теперь вы можете идти, а я как бы случайно побеседую с этим мистером Стрейнджем и выясню его намерения.

Инспектор открыл дверь.

– Всего доброго, сэр. Джентльмены часто теряют перчатки. Но, согласитесь, вы оставили их в очень удачном месте.

На улице Чарльз поискал машину Стрейнджа, но нигде ее не обнаружил. Поскольку пешком тот явиться в Мэнфилд не мог, было ясно, что он припарковал ее в каком-нибудь укромном месте. Сев в автомобиль, Чарльз подождал, пока Питер займет свое место на переднем сиденье. Взглянув на его руки, Питер спросил: