Пятно - Владислав Вишневский

В кабинете майора Ветрова, следователи вновь молча рассматривали мутную столешницу приставного стола, за которым сидели. Снова слушали такой же мутный голос начальника. На этот раз майор не ругался, майор сам с собой вслух разговаривал. О том, что прошло уже трое суток, что он не понимает, чем его подчинённые занимались всю эту бездну времени. Что чёткой версии ни у кого нет. Что он вообще зря поручил им такое простое дело… Он удивлён. Он расстроен. И «наверху» удивляются, и вообще…

И почему все начальники такие? — не поднимая глаз от столешницы, мысленно размышлял капитан Мухин. — Больные что ли? Словно ветрянкой в детстве объелись! В следаках ходит — нормальный вроде человек, и товарищ вроде нормальный, и всё понимает, не «дерево», и так же всё оценивает… Стоит только сменить на должность начальника — пожалуйста: зануда, бумажная душа и яростный ретранслятор чужих выводов и настроений. Как Ветров сейчас. Они, наверное, считают своей главной задачей накрутить подчиненным «хвоста», а мы, словно заводные игрушки, после этого резво побежим по дорожке… Так они думают, да? До следующего завода? Или это место такое? Должность? Не понятно! Мухин сидел как-то в кресле начальника, замещал, ничего такого в кресле не почувствовал. Мягкое и мягкое, ничего особенного, не окрыляет, на подвиги не зовёт… Раскрываемость? А что раскрываемость… Мухин и ребята стараются…

— …как об стенку горох! Товарищ капитан, вы меня не слышите? Я с вами разговариваю или с кем? Вас русским языком спрашивают, куда делся депутат Баринов, куда делись картины, и прочие похищенные вещи? Почему трупы? Докладывайте! Какие идеи, в конце концов, какие версии? Жена Баринова звонит, начальство трезвонит, из Госдумы — достали. Не знаю, что и отвечать. А вы? Я тут, понимаешь, как попка, а они… хорошенькие такие — нету их. Работают они! Знаю я, как вы работаете. Короче… Что-нибудь внятное вы можете сказать? Что мне, извините, докладывать начальству? Я вас спрашиваю. Что вы молчите? Говорите, говорите… Я вас слушаю. Вы же старший группы. Вам и… Ну!

Мухин вздохнул, поднял голову.

— Работаем. — Коротко доложил он. — Дело не простое. Кое-что уже есть. Осталось разобраться с пятном.

— Ага, вот об этом я и говорю, о пятне на нашем мундире. На моём, в частности!

— Лишь бы не на совести, товарищ майор. — В возникшей тишине, неожиданно чётко высказался старший лейтенант Порогов.

— Что? — опешил майор Ветров. Его перебили, и когда, и кто. — Вы это в каком смысле, товарищ…. Встаньте.

Порогов вскочил, выпрямился.

— Лёша, Порогов… — Цветков, незаметно дёргал товарища за рукав.

Порогов его не слушал, улыбка сошла с лица, уступив место жаркой краске. Мухин и Цветков с удивлением смотрели на Порогова. Таким решительным и злым, они его ещё не видели.

— Я в том смысле, товарищ майор, что у нас…

— В стране, — корректируя, в паузу, чётко произнёс Цветков, как подсказал.

— Да, в стране, — продолжил Порогов, — столько всяких пятен, что…

— Никакая химчитка уже не поможет, — как бы между прочим, смахивая ладонью невидимые пылинки со стола, простецким тоном продолжил Цветков.

— Только если сменить…

— Мундир. — С нажимом заключил Цветков, и поднял глаза на начальника. — Но у вас же нет пятен, товарищ майор, значит, вам не надо. — Заметил он.

— Да вы что, сговорились здесь, что ли… — взъярился начальник отдела.

Спасая ситуацию, «врубился» капитан Мухин.

— Я говорил о машине или телеге, товарищ майор, — торопливо произнёс он. — На которой приехали преступники…

— Ага, я понимаю, я понимаю, и на ней же уехали, — как по горке съезжая, почти успокаиваясь, с сильной ещё иронией поддел майор Ветров.

Цветков и вновь улыбающийся Порогов, переглядывались, слушали. Цветков не выдержал.

— Товарищ майор, можно мне? — спросил он.

Майор неопределённо дёрнул головой, сел на своё место.

— Хорошо, давайте вы.

— Значит так. С депутатом мы разберёмся, он, как мы понимаем, в целях мести, похитил советника Варенцова, более того, предпринял попытку уничтожить как Варенцова, так и следы…

— Мотив? — нетерпеливо перебил начальник отдела. — Мотив. В чём мотив? Где?

Цветков не сбился.

— А чтобы отомстить за налёт на свой особняк. Они же конкуренты.

— А доказательства? Доказательства есть?

— Это в разработке. Более того, как мне стало известно из своих личных оперативных источников, крыша советника решила разобраться по понятиям с депутатом Бариновым…

— Хмм, с депутатом? Они что, борзые такие или страх потеряли?

— Товарищ майор, не потеряли. Там ребята крутые. Дело знают. И войско у них…

— Товарищ майор, не забывайтесь! — Прикрикнул начальник отдела. — Войско — это у нас, целая армия. А у бандитов может быть только банда или, как в фильме…

— Бригада, — подсказал Порогов. Ему, например, фильм про Сашу Белого очень понравился. Особенно Сашина жена. Он три раза фильм смотрел. Даже диск купил. «Какая женщина!!»

— А вам бы, товарищ старший лейтенант, не мешало бы бороду вначале сбрить, — осадил начальник, — а потом и… перебивать старших. Я уже делал вам замечание. Третий раз делать не буду… Кстати, как мне помнится, пятно — это на вас.

— Да, на мне, — ответил Порогов, но быстро поправился. — В смысле у меня. Я им занимался… эмм… занимаюсь.

— Вот вас мы и послушаем… но потом. — Заключил начальник, и повернулся к Цветкову. — Продолжайте, товарищ Цветков.

Цветков продолжил.

— Мне доложили, что майор Басов, который у Слона… эээ… бандгруппой занимается, пошёл на незаконный захват депутата Баринова, на похищение…

— Так… А Слон — это, как я понимаю, наш преступный авторитет, да?