13 сектор. Следствие против знатоков - Михаил Левандовский

Приехала. Красивая, ухоженная, возраст чуть за тридцать. В норковой шубке и на новенькой RAV4. И рассказала о своей беде.

Как-то вечером проверяла карманы у мужа и нашла мобильный телефон. Дешевенький аппарат. Выключенный. При попытке его включить он затребовал ПИН-код. Подозрительно ведь! На вопрос: «Что это?» — муж ответил, что телефон кого-то из сотрудников, но, цитирую: «По глазам вижу, что врет, сволочь!» Марине было жизненно необходимо узнать, какие телефонные номера зарегистрированы на мужа и зачем ему нужен второй телефон.

Я мысленно посмеялся и пояснил, что если муж завел себе левый телефон, то вряд ли тот будет зарегистрирован на его имя. Попутно поинтересовался, какую пользу принесет ей знание второго телефонного номера мужа. Однако Марина уперлась: «Давайте все равно проверим!» Хочу, мол, и точка.

Дело хозяйское, взял с нее положенную за данную услугу оплату и через пару дней с легким удивлением и огромным интересом обнаружил, что на муже действительно висели два телефонных номера. Один красивый прямой, а второй — самый обычный федеральный.

Сообщил Марине. Та издала торжествующий вопль: «Я же говорила!» — и поинтересовалась, можно ли узнать, для чего муж использует этот номер. Я ответил, что для этого нужно получить детализацию звонков. Услуга недешевая, но осуществимая. Марина согласилась с ценой, я запустил заказ в работу.

Увы, результат оказался обескураживающим. По данному телефону имелся лишь интернет-трафик. Я оповестил Марину. Она вспомнила, что да, у мужа был сотовый модем для ноутбука. Пообещала заехать ко мне в ближайшее время и завезти деньги за проделанную работу.

Казалось бы, на истории можно ставить точку. Ан нет… Через пару дней появилась Марина и прямо с порога заявила, что теперь я просто-таки обязан помочь ей найти любовницу мужа. Почему обязан? Какая любовница? Вроде еще недавно разговор шел лишь о найденном странном телефоне. Попросил Светочку сделать Марине кофе, предложил клиентке успокоиться и рассказывать все четко и по порядку.

После часового повествования нарисовалась следующая картина. Муж Марины — весьма преуспевающий бизнесмен. Как и положено жене обеспеченного человека, она не работала. С ребенком большую часть времени проводили бабушки и няни, а Марина «занималась самосовершенствованием» — ходила в салоны красоты и фитнес-клубы. Что ожидаемо, у нее начала ехать крыша на почве ревности. В частности, то ли вышла из ванной, то ли вошла в дверь и увидела, что муж разговаривает по телефону. При виде жены он резко закончил разговор, а потом выяснилось, что история звонков в телефоне удалена. Из чего Марина сделала вывод, что муж общался с любовницей. И я должен был любовницу отыскать. Примечательно, что об изучении истории звонков в телефоне мужа и обшаривании его карманов Марина говорила как о само собой разумеющемся. Неужели у себя дома преуспевающий бизнесмен превращается в такую тряпку?

Я поинтересовался у Марины, какие действия она станет предпринимать, если мифическую любовницу нам удастся найти. С ответом она затруднилась. Мол, самое главное для нее — это знать, что любовница существует. Если честно, мне совершенно не хотелось ввязываться в эту историю, поэтому я заявил гигантскую стоимость — как сейчас помню, три тысячи долларов плюс все накладные расходы. Марина согласилась не раздумывая. Отступать было поздно, да и жадность не позволила.

Первым делом заказал детализацию звонков с «белого» телефона мужа. Получил здоровенный талмуд на несколько сотен листов. Загнал все это в Excel и провел несколько часов, вычисляя «подозрительные» звонки, которые были сделаны в указанное Мариной время.

Получил список из пары десятков номеров, которые послал ей, — может, какие-то принадлежали их родственникам или общим знакомым. Марина список ополовинила, все оставшиеся номера я пробил на предмет их владельцев. Полученный результат опять-таки отправил ей. И вот он, ответ, полный ликования: «Ура! Мы ее поймали!»

Оказывается, в списке — какая-то их знакомая, с которой некоторое время назад у мужа то ли действительно случился романчик, то ли Марине все это показалось, но в результате у супругов произошел грандиозный скандал, и муж, разумеется, клятвенно обещал ей больше с этой «сучкой крашеной» не общаться. А судя по детализации звонков — соврал. Достаточно часто и помногу говорил. Казалось бы, все. Коварная разлучница найдена, злодей изобличен и выведен на чистую воду. Но нет, история и здесь не закончилась.

Еще в процессе изучения детализации основного телефона мужа я обратил внимание на один номер, скромный федеральный, на который были исключительно исходящие звонки, притом все — нулевой продолжительности. Как будто человек искал засунутый куда-то аппарат. А учитывая ситуацию, с которой началась наша с Мариной работа, у меня были все основания предполагать, что это не просто специальный телефон для измен, а сферический — для измен в вакууме. Включался от одного до трех раз в неделю, оказывался в зоне действия той же базовой станции, что и «белый» телефон мужа. Сначала с интервалом в одну-две минуты следовало несколько звонков на разные номера, большинство из которых однозначно пробивались как телефоны борделей. Затем спустя двадцать-сорок минут — повторный звонок на один из вышеупомянутых номеров («Здравствуйте, я подъехал!»). Через минуту-другую — еще один вызов на этот номер. («Вы стоите напротив магазина «Пятерочка»? Подойдите к четвертому подъезду соседнего дома и позвоните, я сообщу код домофона».)

Пару дней во мне боролись мужская солидарность и чувство долга перед заказчиком. Наконец чувство долга (вкупе с алчностью) взяло вверх, и я изложил свои соображения в виде аналитического отчета. С чувством выполненного долга отправил доклад Марине.

У меня в офисе она нарисовалась уже на следующий день. С риторическим вопросом: «И что же мне теперь со всем этим делать?»

Я ответил, что она приобрела так необходимое и желанное для нее знание и больше ничем я помочь не могу. Повторно напомнил, что вся переданная ей информация получена незаконными методами, поэтому не может служить доказательством в суде во время бракоразводного процесса, равно как и в других полезных делах. Мало того, при неудачном раскладе может быть основанием для возбуждения уголовного дела против меня и Марины. Я-то отмажусь — не впервой, а вот у нее могут возникнуть реальные проблемы. Сказала, что все это понимает. На том и расстались. К сожалению, не навсегда.

Снова в мой офис она зашла недели через три. Выглядела изрядно озадаченной и на встречу приехала на метро. Как и следовало ожидать, спокойно жить с полученными знаниями она не смогла. Подловила удобный момент и вывалила на мужа. И про «сучку крашеную», и про девиц — все. И сверху моим отчетом припечатала. Однако преуспевающий бизнесмен проявил себя как опытный боец. Вместо того чтобы валяться в ногах у жены и каяться или уходить в несознанку, муж отнял у нее документ, внимательно прочитал и сделал вывод, что… написать его мог лишь человек, который состоит с Мариной в интимной связи. То есть жена ему изменяет, а это значительно хуже, чем его измена с «крашеной сучкой» вкупе со всеми девицами мира. И принял «управленческое решение» — существенно урезал объем выделяемых Марине карманных денег, а заодно изъял ключи от «рафика» и пообещал, что подумает насчет развода.