Сменный Кен для Барби - Татьяна Луганцева

– Точно! Ты умная баба, Ахлопова! Именно водоемом мне и пригрозил Михаил Аркадьевич – наш спонсор, ик…

– Хороший у нас спонсор, – тяжело вздохнула Джульетта.

– Хороший. Но и его понять можно. Такие бабки вкладывает, а в ответ – фига! Нет отдачи!

– Так уважительная же причина! Кто же мог предположить, что оператора убьют! Форс-мажор!

– Не знаю никаких мажоров, – покачнулся Андрей Арнольдович. – А Михаил Аркадьевич мне так и заявил, что следующим убьет меня лично! Боря, наливай! А ты хороша штучка!

– Я-то опять при чем?

– Как же! Он же твой поклонник – этот толстосум! Согласился сериал спонсировать, если только главную роль Ахлопова будет играть! Прости меня, Джулия! – вдруг рухнул перед ней на колени Андрей Арнольдович. – Я же обманул тебя, звезда моя! Ты-то думала, что я из-за хорошего к тебе отношения решил вернуть тебя на экран. А я погнался за длинным рублем, преследовал материальную выгоду, так сказать… Когда услышал сумму гонорара, предлагаемого за тебя… Старый осел! Прости! – Андрей Арнольдович разразился рыданиями, которые перешли в хрюканье и затем благополучно преобразились в храп и глубокий сон с пусканием слюней на гладко-зеркальный стол.

– Ну вот… – разочарованно протянула Джулия, несколько отодвигаясь.

Бармен был тут как тут.

– Не печальтесь, этого сейчас отбуксуют, а кавалеров здесь еще много.

– Что значит отбуксуют?

– Есть тут специальные ненавязчивые и, уверяю, очень аккуратные ребята. И волшебная комната с мягкими диванами, приглушенным светом и рассольчиком с утра на подносе.

– Какая прелесть! Я тоже туда хочу!

– Успеете еще, – заверил ее бармен. – А сервис у нас на высшем уровне! Солидные клиенты, приличные деньги. Ну, расслабляются люди, заслуживают хорошего отдыха, хорошего опохмела и того, чтобы вернуться к нам еще раз.

– Хитро… Скажи-ка мне, Боря, а не здесь ли Данила Иванов? Такой известный и симпатичный брюнет?

– Можете не объяснять! Кто же его не знает? Девчонки визжат, как видят… Но у них нет шансов, если на него обращает внимание такая женщина, как вы, – сиял как медный таз Борис. – Ну, хитер… Умеешь подластиться, ничего не скажешь. Не бойся! Женское внимание к персоне Иванова не иссякнет. Он свободен, как орел! Меня он не интересует… Второй раз на одни и те же грабли – перебор даже для артистической натуры. – И Джулия, невольно поддавшись всеобщему пьянству, заказала второй коктейль.

– А Данила Иванов уже в той, «волшебной» комнате, – сказал бармен.

– Когда же он успел? – удивилась Джульетта.

– А долго ли умеючи! Уже надрался, чертяка, – бармен смешивал жидкости из разных бутылок с невероятной скоростью.

– Он никогда пить не умел, – согласилась Джульетта и на время осталась в гордом одиночестве.

– Здрасьте… – донеслось до нее.

Джульетта обернулась, но никого не увидела.

«Показалось», – подумала она и взяла коктейль, край стакана был припорошен сахаром, словно снегом.

– Здравствуйте. Я набрался храбрости и подошел к вам, – снова донеслось до нее.

Джулия поставила стакан и посмотрела вниз. Прямо перед ней стоял мужчина маленького роста, такой «мужичок с ноготок» с большим животом, толстыми пальцами-сосисками, на каждом красовалась золотая печатка. Расстегнутый ворот яркомалиновой рубашки являл миру короткую, толстую шею и грудь с шерстью.

Джулия удивленно молчала. Действительно, обладая такой разницей в росте, было наглостью надеяться на ее внимание. Хотя дорогой, явно индивидуального пошива костюм, обилие золота и зачесанные назад волосы, облитые лаком, говорили о его высоком материальном статусе и плохом вкусе.

– Могу ли я вас угостить чем-либо? – спросил мужчина и представился: – Михаил Аркадьевич.

– Я что-то недавно слышала о Михаиле Аркадьевиче… – сдвинула изящные брови на переносице Джульетта. – Да вы же спонсор! Господи!

Михаил Аркадьевич сделал вид, что смутился.

– Я так ждал вечеринки, чтобы познакомиться с вами…

– Вы мой поклонник?

– Я хотел поблагодарить вас за минуты восторга. Я большой поклонник ваших красоты и таланта!

– Какой комплимент! Даже не знаю, что вам ответить, – заулыбалась она.

В это время к обездвиженному телу Андрея Арнольдовича подошли двое крепких молодых людей в темной одежде и, подхватив его, потащили в неопределенном направлении.

– Вот режиссера уже уносят, его вам уже не залить в бетон, – наклонилась Джулия к уху продюсера.

– Кто вам рассказал такую страшную вещь? – еще больше смутился Михаил, вытирая потное лицо собственным галстуком. – Я просто расстроился и высказал несколько в грубоватой форме свое желание, чтобы съемки продолжились… Ничего подобного наяву я делать не собирался. Я на самом деле белый и пушистый.

Завязалась милая, дружеская беседа. Михаил Аркадьевич, несмотря на свое смущение, проявил немыслимую твердость и ангажировал даму на весь вечер. Он ненавязчиво, но твердо отшил всех ее воздыхателей, не отпустил ни на один танец. Они пили, ели пирожные, фрукты, шоколад и разговаривали, перейдя на «ты».

У Михаила в этом клубе, казалось, «все схвачено».

– Я смотрю, ты тут всех знаешь и тебя все знают, – отметила уже захмелевшая Джульетта.

– Еще бы они не знали своего босса. Это мой клуб.

– Ого! Вот это продюсер! Да ты, Мишка, креативщик! Комната отдыха для напившихся клиентов, рассол с утра… А Андрея-то точно на диванчик унесли? – забеспокоилась она.

– Да не волнуйся ты о нем! Я же не идиот – убивать его! У меня честный бизнес, и он мне еще мои деньги отработать должен! – успокоил ее Михаил Аркадьевич.

– А сколько сейчас времени?

– Двенадцать.

– Ой! У тебя тут, как в казино… Темно, часов нет, все пьют, кого-то выносят. Черт! Ночь на дворе! – пошатнулась Джулия.

– Стоять! – поддержал ее Михаил. – Я довезу тебя в любую точку земного шара.

– Я сейчас… припудрю носик, – сорвалась с места Джульетта.

Именно в женском туалете она и дала волю истерике.

«Весь вечер Мирослав не идет у меня из головы. Я не могу ни отвлечься, ни напиться… Его глаза все время смотрят на меня, а улыбка сводит с ума… Я гоню мысли из головы о том, что могла влюбиться в этого самовлюбленного прохвоста. Нет, не может быть… Просто на контрасте с Михаилом Мирослав выглядит просто красавчиком. Что же мне делать? Кто бы мне прополоскал мозги, а? Вот ведь как сильно я переживаю за него весь вечер. Что там? Как там? Звонить ему не буду… Еще подумает, что я волнуюсь за него! А позвоню-ка я Анне, она же с ним, вот и расскажет мне, как все прошло», – решила Джулия и набрала телефон Анны, который у нее тоже присутствовал на визитке.