Белая ворона - Денис Дроздов

– Ты просто завидуешь, детка! – улыбнулся Сергей Петрович. – С этим новым сортом она даже ездила на выставку. И розу так и назвали – «Йоффе».

– Йоффе? – удивился Глеб. – Странное название…

– Это же ее фамилия! – залилась смехом Лариса. – Розу назвали в ее честь!

Значит, Елена Генриховна Йоффе.

Глеб Аркадьевич был не прочь задать еще несколько вопросов, но разговор прервался, когда у ворот посигналил автомобиль. Миша – сторож, нанятый Карауловыми вместо погибшего Коли Волгина, – открыл ворота. За ними обнаружился полицейский «Форд». Звоницкий удивился – что сегодня нужно здесь братьям Трусовым? Но это оказались не они. Двое незнакомых полицейских сидели в машине, а с заднего сиденья выбрался Кирилл Сергеевич. Дождавшись, пока Кира выйдет, они немедленно уехали.

Младший Караулов поспешил к родным. Сергей Петрович обнял сына, старик не знал, куда посадить и чем угостить младшенького.

– Маша, чаю! Лариса, ну что ты стоишь, распорядись!

– Папа, успокойся, – усмехнулся Кирилл и уселся за стол. Благодарно кивнул Маше, которая поставила перед ним чашку.

Молодой человек выглядел похудевшим, но в целом не так уж изменился. Видимо, Вася был прав – пребывание в СИЗО города Злобина не нанесло красавцу серьезного вреда. Стильная щетина на щеках и подбородке даже шла страдальцу, делая его узкое лицо более мужественным.

– Ну, расскажи скорей, как ты, – попросил Сергей Петрович, с обожанием глядя на сына. – Тебя… тебя не били? Как ты похудел…

Яна вдруг придвинула Кире плетенку с сухарями и пряниками. Молодой человек внимательно взглянул на ассистентку ветеринара, и щеки Яны вспыхнули румянцем.

– Папа, со мной все хорошо, – усмехнулся Кирилл. – Меня пальцем никто не тронул. Кормили, конечно, неважно… Но это такие мелочи по сравнению с тем, что я снова дома!

И младший Караулов обвел сияющими глазами свою семью. Кира аккуратно, не торопясь, съел два бутерброда – все внимательно следили за каждым движением, – отставил чашку и закурил.

– Вы, наверное, хотите узнать, как все было, – тихо произнес молодой человек. – Иногда я и сам не верю, что это было со мной, было на самом деле. Кажется, это такой сон…

Все молчали, боясь спугнуть настроение. Кирилл придвинул блюдечко, стряхнул туда пепел и продолжал:

– Я действительно ударил Каролину. Коля, земля ему пухом, сказал правду.

Лара тихонько ахнула.

– Мы поссорились, – продолжал Кирилл, не поднимая глаз. – Я разорвал нашу помолвку. Сказал, что между нами все кончено. Естественно, Каролина разозлилась и наговорила мне такого, чего я не мог стерпеть. Но я бы никогда…

Тут голос Киры прервался. Яна смотрела на молодого человека с материнской жалостью.

– Сын, я никогда не верил, что ты способен на такое! – решительно произнес Караулов-старший. – Убить любимую девушку, бросить тело в воду… Но скажи, почему вы поссорились с Каролиной? Да еще так внезапно?

Кирилл замялся. Звоницкий было решил, что ответа они не дождутся, но тут молодой человек произнес:

– Я узнал, что моя невеста меня использует. Оказалось, даже наша первая встреча была подстроена. Каролина специально пробила колесо и поджидала именно меня…

– Но… зачем, Кира? – спросил потрясенный Сергей Петрович. – С какой целью?

– Цель, папа, была одна – захомутать твоего сына, – горько усмехнулся Кирилл. – Видимо, я был слишком наивен и доверчив… во всяком случае, Каролине едва не удалось то, что она задумала.

Глебу показалось, что младший Караулов не вполне искренне объясняет причину ссоры с невестой. Впрочем, если даже Кира лукавил, звучало это правдоподобно.

Яна Казимирова смотрела на молодого человека не отрываясь. Звоницкому чрезвычайно не понравилось выражение лица ассистентки. Он знал, что девушка жалеет все живое, и верный путь к ее сердцу пролегает именно здесь. У красавца, который спас бы Яну от крокодила, не было ни малейшего шанса. Во-первых, девушка любила крокодилов, а во-вторых, и сама могла о себе позаботиться. Но вот юноша, обвиненный в преступлении, которого не совершал, романтический персонаж с трехдневной щетиной на впалых щеках – дело другое.

– Да, кстати, мне сказали, что Каролина жива. И что кое-кто даже устроил погоню… Это правда?

Пришлось Звоницкому выдать краткий пересказ своих вчерашних приключений. Не успел он закончить, как за воротами снова посигналили. Сторож Миша подскочил и распахнул створки. Что ж, количество машин, посетивших этим утром владения господина Караулова, неуклонно росло. Теперь за воротами стояла машина ДПС, а за ней… Звоницкий даже привстал… его собственный «Паджеро»!

Немолодой мужик в форме кинул Звоницкому ключи и протокол и сказал:

– Вот, Андрей Анатольич распорядился. Как новая.

Дэпээсники уехали, а Глеб побежал смотреть, в каком состоянии его внедорожник. «Как новая», – это, очевидно, была ирония. На боку царапины, крыло слегка вдавлено. Но, учитывая то, как он вчера кувыркался, Звоницкий и сам легко отделался, и машина почти не пострадала. Мелким ремонтом можно заняться и потом. Глеб развернул протокол, пробежал глазами. Ага, «в результате превышения скорости водитель не справился с управлением, транспортное средство… в кювет…». Печать, подписи… даже его собственная дрожащая закорючка. Когда это он подписал?! Звоницкий совершенно этого момента не помнил.

Между тем Сергей Петрович хлопотал вокруг младшего сына, как курица над потерянным и внезапно найденным яйцом. Караулов даже отменил свою поездку на работу. И в банк уехал Василий. Лара взяла Джерри и отправилась на прогулку.

Непривычно тихая Яна Казимирова сидела за столом, держа в руках чашку с остывшим чаем. Звоницкий обратился к ассистентке:

– Яна, мне нужно съездить в город… Э-э… в автомастерскую. Вы не могли бы взять Гарри? Обещаю, в последний раз.

Глеб Аркадьевич был уверен, что получит в ответ злорадный отказ, но неожиданно Яна тихо проговорила:

– Конечно, шеф, я за ним пригляжу. Поезжайте по делам, я все понимаю.

Дорогу до Злобина Глеб Аркадьевич изучил настолько хорошо, что мог бы проехать по ней с закрытыми глазами. Разумеется, ничего подобного он проделывать не стал, а с открытыми добрался до городка за пятнадцать минут.

Звоницкий не солгал – он действительно собирался в автомастерскую. Надо привести машину в порядок, да и диагностика ей бы не помешала – после такого-то полета… Но сначала… Сначала Глеб Аркадеьвич притормозил в уже знакомом маленьком переулке и посигналил. Елена Генриховна вышла не сразу.

Остановилась у маленькой калитки, пристально глядя на Звоницкого. Глеб Аркадьевич тоже никуда не спешил. Наконец женщина крикнула:

– Послушайте, вы перегородили весь наш переулок. Почему бы вам не заехать с парадного входа – как все нормальные люди?