Прэтти вумен по-русски, или Лабиринт одной судьбы - Лидия Беттакки

— Панкреатит.

— А что это такое? — спросила я.

— Это воспаление поджелудочной железы. Марко, скажите, а раньше у вас не было таких приступов? — спросила тётя Оля, глядя на Марко.

— Нет, это в первый раз у меня.

— Сейчас я выпишу фестал. А по приезде в Италию советую вам обследоваться у врача по месту жительства и сдать анализы.

Тётя Оля выписала рецепт, и мы послали отчима в аптеку. Тётя Оля с мамой пошли на кухню покурить, вернее, тётя Оля. Моя мама раньше иногда покуривала, но сейчас в связи с сахарным диабетом и сосудами старалась этого не делать. Когда вернулся отчим, Марко сразу принял таблетку и уже спустя полчаса почувствовал облегчение.

— Ну, Марко, не болейте! Обязательно посетите вашего врача и соблюдайте диету. Счастливого вам пути на родину и ещё раз не болейте.

— Спасибо за помощь, — улыбнулся Марко. — Это вам.

Марко протянул тёте Оле пятидесятидолларовую купюру.

— Вы что? С ума сошли? Уберите немедленно! — тетя Оля вытаращила глаза, и без того большие от природы.

— Ольга, не упрямьтесь. Это мой маленький подарок вам.

— Да, тётя Оля, возьмите, это от души, просто Марко хочет вас отблагодарить, — вмешалась я.

— Света, ну что за глупости? Я же вам не чужая. А вы мне. И потом, я же медик и давала клятву Гиппократу. Мой долг и обязанность — помочь человеку, когда он болен.

— Но всё же не упрямьтесь, я вас прошу. Купите Аллочке, дочке, что-нибудь красивое, вещичку, например, какую-нибудь, она же подросток уже как-никак.

— Да у неё полно всего, благо, нас Таня снабжает и не обижает ни в чём.

Сестра тёти Оли Таня была довольно-таки состоятельной женщиной благодаря замужеству — ее муж заправлял нефтяным бизнесом, и она всегда помогала своей сестре, ни в чём не отказывая ни ей, ни её дочке.

— Прошу Вас, тётя Оля, возьмите. А не то Марко обидится, — настаивала я, — он же ведь от чистого сердца хочет вас поблагодарить, поверьте.

— Ну, ладно, уговорила. Раз Марко может обидеться, тогда возьму, — улыбнулась тётя Оля своей лучезарной улыбкой, на ее губах была ярко-оранжевая помада, так красиво сочетавшейся с голубыми тенями на веках и глазами цвета неба.

Тетя Оля взяла купюру, открыла кошелёк из кожи под крокодила цвета бордо и вложила её в отделение. Затем, пожелав Марко удачи и выздоровления, распрощалась с нашим семейством и удалилась.

* * *

На следующий день рано утром я провожала Марко. За ним приехало такси, чтобы доставить его в соседний город, где его уже ожидала группа коллег-итальянцев.

— Любимая! Ты сейчас займись оформлением документов для визы. Я всегда на связи с тобой. Ни в чём не отказывай себе и нашему бамбино. — Марко наклонился и поцеловал мой живот. — Я вас обожаю!

— Конечно, Марко. Завтра же позвоню в Киев и узнаю день и время для подачи документов.

Мама и дядя Толя тоже попрощались с Марко.

— Марко, спасибо вам за всё, что вы для нас делаете. Вы самый замечательный человек на свете. Мы просто счастливы, что у нашей дочери есть такой достойный человек, а в скором будущем муж и папа нашего внука или внучки, — мамины глаза блестели.

— Спасибо вам, Марко, за подарки, — отчим по-товарищески обнял моего возлюбленного. — И просто за то, что вы есть.

Следует добавить, что Марко привёз из Италии для мамы и отчима отменные подарки из серии кожаных изделий фирмы «Конбипелл»: для мамы — кожаное пальто с меховой отделкой, а для отчима — кожаный пиджак коричневого цвета. И самое интересное, что Марко угадал с размерами. Всё сидело на моих родителях, словно было по ним шито умелым портным. Я думаю, что он просто запомнил их размеры, когда мы делали для них покупки ещё в Риме.

— Не за что, — Марко также радушно обнял отчима, — это от всего сердца. Таков мой ДНК: обожаю делать подарки приятным мне людям.

В этот момент зазвонил телефон. Я сняла трубку, и женский голос — оператор службы такси — поставил меня в известность о прибытии машины.

— Ну, Марко, любимый мой, в добрый час! С Богом! Счастливого тебе пути. Я буду ждать от тебя звонка. Обязательно позвони мне, как приедешь.

— Ти амо, тезоро, сэй сэмпрэ донна уника пэр мэ, рикордати! — Марко поцеловал меня и прижал к себе. — Я люблю тебя, драгоценная, и помни, ты единственная женщина для меня!

— Я тебя тоже, — ответила я.

Отчим подхватил чемодан и покатил его следом за Марко по лестничной клетке. По моей щеке невольно скатилась слеза.

«Мне будет не хватать тебя», — подумала я и, вздохнув, отправилась на кухню заварить себе чай «Липтон».

— Мамуль, ты чаёк будешь?

— Да, доченька, заваривай и на меня, — ответила мама из комнаты.

Я включила электрический чайник «Тефаль», купленный вчера с Марко на рынке, уселась за стол и закурила тонюсенькую сигаретку «Вог» с минимальным содержанием никотина.

Надо бросать! Я и так старалась не курить при Марко. Да и он тоже, следует заметить, в этот раз курил очень мало. Только меня одно волнует: что с ним происходит в последнее время и что это за покраснения и сыпь на его коже? Будем надеяться, что ничего серьезного. Как говорится, поживём — увидим! Я положила в чашки по фильтр-пакету чая и залила кипятком.

— Мама, чай готов!