Призрак замка Тракстон-Холл. Мистические записки сэра Артура Конан Дойла - Вон Энтвистл

– Мы все глупо поддаемся нашим порокам, Дэниел, – глубокомысленно пробормотал Уайльд, вытащив сигарету изо рта. – Кто мнит себя безгрешным ангелом – вдвойне осел.

Взгляд Хьюма скользнул к Уайльду, стоящему у стены.

– Верно, однако вы, господа, успели увековечить свои имена. Сотни, а то и тысячи лет спустя люди не забудут Оскара Уайльда и Артура Конан Дойла. – Он горько усмехнулся, вглядываясь в стену, будто читая на ней свое будущее. – А всего через год после моей смерти никто и не вспомнит Дэниела Дангласа Хьюма.

Друзья возвращались по мрачным коридорам в гостиную.

– Знаешь, Артур, я склонен доверять мистеру Хьюму.

Конан Дойл остановился и испытующе глянул на друга:

– По-твоему, он не замышляет убийство леди Тракстон?

Уайльд нахмурился:

– Мне кажется, он совершенно правильно прочил мне место в анналах истории на многие тысячелетия. Не удивлюсь, если «Веер леди Уиндермир» в ту пору будет главным спектаклем всех драматических театров.

Конан Дойл закатил глаза.

– О, бесспорно, не скоро забудутся и твои произведения, старина, – поспешно добавил Уайльд. – Один только Шерлок Холмс убережет имя Конан Дойла от забвения на целый век или два.

Шотландец болезненно поморщился.

Остаток пути они прошли в полной тишине.

В гостиной друзья обнаружили только мистера Гривза и стройную горничную Агнес. Довольно симпатичная издали, при ближайшем рассмотрении она оказалась косой. Слуги прибирались, взбивали подушки и собирали пустые бокалы из-под хереса. Дворецкий почувствовал чужое присутствие и обернулся.

– Дождь перестал, и гости решили прогуляться в саду. Господа могут попасть туда через оранжерею.

Перед ними открывались образцово прямые тропинки и спящие цветочные клумбы английского деревенского сада. Чуть поодаль простирался обширный лабиринт из живой изгороди. В просветах между ее ветвями появлялись и исчезали члены Общества.

– И куда теперь, Артур?

– Хорошо бы потолковать с загадочным лордом Уэббом.

– Думаешь, он что-то скрывает?

– Человек, путешествующий с гробом, способен похоронить не только секрет.

– Смотри, – указал Уайльд кивком, – он только что вошел в лабиринт.

Друзья поспешили ко входу.

– Лабиринт слишком большой, – заметил Уайльд, – долго придется искать.

– Давай разделимся. Зайдем с разных сторон, и кто-нибудь с ним обязательно встретится.

– Отлично, – сказал Уайльд, – я чувствую себя Тесеем. Будем надеяться, лорд Уэбб не превратится в Минотавра.

Уайльд растворился в дальнем конце лабиринта. Конан Дойл решил идти вдоль левой стены, касаясь ее одной рукой. Способ не самый быстрый, ему не миновать неверных поворотов и тупиков, зато так он наверняка найдет другой выход.

Он повернул направо и очутился на длинной аллее. Навстречу ему вышли Уильям Крукс и Генри Сиджвик.

– Господа, – поприветствовал Конан Дойл.

Мужчины кивнули и прошествовали мимо. Далее поворот налево, еще один – и тут же резко направо. Посреди аллеи на мраморном постаменте возвышалась скульптура греческой богини Афины. Конан Дойл постарался запомнить ее расположение в качестве отправной точки. Вскоре он достиг развилки лабиринта. Доктор подумал немного и, решив придерживаться первоначального плана, направился влево. За очередным поворотом он уперся в тупик и заметил притаившегося человека – это был Конт.

Тот обернулся, загадочный в своей маске, и не проронил ни звука.

– Я, кажется, заблудился, – с напускной веселостью сказал Конан Дойл, поспешно ретировался и углубился в другую аллею.

В боковом проходе мелькнул силуэт лорда Уэбба и скрылся за стеной. Доктор отказался от своей стратегии и бросился вдогонку. Свернув за угол, он на всем скаку налетел на Фрэнка Подмора, отчего тот страшно переполошился. Извинившись, доктор обошел молодого человека и лишь за поворотом припустил бегом. Не разбирая дороги, он метался по проходам, затем перешел на шаг и наконец остановился.

Конан Дойл совсем запыхался и упарился в твидовом костюме. Куда теперь податься, непонятно. Вдруг послышался плеск воды. Напрягая слух, он побрел на звук и очутился на восьмиугольной площадке с двумя каменными скамьями, между которыми журчал фонтан.

Объект его преследования сидел, как скорпион в своем логове, готовый пустить в ход смертоносное жало.

– Доктор Дойл, не хотите ли немного отдышаться?

– Да, неплохая мысль, – ответил Конан Дойл и бухнулся на скамью напротив.

Они немного помолчали.

– Надеюсь, наш американский друг уже оправился, – с улыбкой сказал Уэбб. – Все эти манипуляции забирают его здоровье.

– Он отдыхает. Пока силы не восстановятся, я настоятельно рекомендовал ему воздержаться от подобных демонстраций.

– Я мог бы помочь ему, – произнес Уэбб, вперив в доктора взгляд сквозь пенсне, торчащее на крупном носу. Его синие глаза за линзами походили на двух жирных рыбок, плещущихся в круглых аквариумах. – Гипноз контролирует разум и таким образом управляет телом. Обычной медицине это не под силу.

Конан Дойл проигнорировал явное оскорбление и с места в карьер задал вопрос:

– Лорд Уэбб, а как вы попали в этот круг?

– Я присутствовал на сеансе в лондонском особняке леди Тракстон. Там мы и познакомились с мистером Сиджвиком и его супругой. Ну и с нашим добрым малым Фрэнком.

– Как им повезло.

– Да, – согласился Уэбб.

– Вы бывали на многих сеансах Общества?

– На всех. Однажды Генри задумал учредить Общество психических исследований и организовать первую встречу. Не без моего активного участия, прошу заметить, – без ложной скромности сообщил он с улыбкой.

Тем временем сгустились сумерки. Они едва различали черты лица друг друга.

– Летучие мыши вышли на охоту, – заметил Уэбб. Над их головами порхали черные силуэты. – Полагаю, нам лучше вернуться. Я должен подготовить леди Тракстон.

– Подготовить?

– Во время спиритического сеанса дух леди Тракстон оставляет тело, а на его место приходит дух-наставник. Чтобы смягчить переход, я ввожу ее светлость в легкий транс.

Во рту у Конан Дойла пересохло.

Уэбб поднялся со скамейки, видимо сочтя аудиенцию оконченной.

– Мистер Дойл, отбросим щепетильность и забудем на миг о нашем социальном неравенстве. Вы же хотели задать мне вопрос. Не тушуйтесь, как простолюдин перед лордом. Можете спрашивать, о чем пожелаете.

Конан Дойл тоже встал, почувствовав себя в невыгодном положении.

– Извольте, я спрошу напрямик. Вы явились в замок с намерением причинить вред леди Тракстон?