Лиса в капкане - Джеймс Хедли Чейз

Экономка рухнула на стул.

— Да что же с ней могло случиться? — Она явно потеряла самообладание. — Что это вы такое выдумываете?

— Я ничего не выдумываю. Мы нашли ее личное удостоверение, и это может означать одно: она стала жертвой несчастного случая.

Воцарилась долгая пауза. Ее прервала тихим голосом миссис Фулер:

— Что вы желаете знать?

— Давно ли она отсутствует?

— Около четырех недель.

— Вы не могли бы уточнить, в какой именно день она покинула дом?

Миссис Фулер раздумывала с минуту, потом пересекла комнату, чтобы взглянуть на календарь.

— Это было в субботу. Десятого июля.

— А сегодня уже двадцатое августа. Гм! Она не сказала вам, куда отправляется?

— Что-то такое болтала о деревне. Вроде бы хочет провести там неделю или две…

— Одна?

— Нет. Ей приходилось иногда выезжать с одним из этих господ. Я уверена, что ее сопровождали.

— Ну, ну, — сухо заметил Джеймс. — Я не вчера родился. Это профессионалка, по всему видно?

— В ней ничего нет от вульгарной проститутки, если вы это имеете в виду. У нее друзья, ей нравится проводить с ними время, а им приятно иногда делать ей подарки. В этом нет ничего плохого, разве не так? И позвольте вас уверить, что ее посещают только сливки общества. В прошлом месяце, например, лорд…

— Хорошо, хорошо, — прервал ее Джеймс, он испытывал священный трепет перед вторжением в интимную жизнь аристократов. — Итак, она собиралась провести полмесяца в деревне, я правильно вас понял?

Миссис Фулер кивнула.

— Она не намекала вам, куда именно едет?

— Не в ее правилах было делиться своими планами, — ответила женщина тоном высокого самоуважения.

— Но она действительно собиралась возвратиться через две недели? Не говорила о возможной задержке?

— Она должна была вернуться двадцать седьмого июля, чтобы провести уик-энд с сэром Чарльзом.

— Это неважно, с кем она намеревалась провести уик-энд. Она писала или звонила?

— Никакого голоса не подавала. Я была удивлена, особенно двадцать седьмого июля, когда она не приехала. Сэр Чарльз, так тот вообще был в отчаянии.

— Гм… позволю себе усомниться… — сухо буркнул Джеймс. — Она никогда раньше не отсутствовала так долго?

— Никогда. Как раз это и беспокоит меня. Я давно знаю Джулию и не хотела бы менять место работы, но если она и дальше будет выкидывать такие штучки, придется с ней расстаться.

— У вас нет никакой догадки о человеке, с которым она уехала? Вы не видели его?

— Видела, когда они отъезжали. Как раз была на кухне, когда подъехал «бьюик». Я еще крикнула Джулии: «До свидания, хорошего отдыха!»

— «Бьюик»? — переспросил комиссар, обеспокоенный.

— Да. Большая черная машина, длинная, как улица. Я никогда не видела этого господина. Он обычно не выходил из машины, только сигналил, и Джулия спускалась к нему. Я часто смотрела в окно, но ни разу мне не удалось его увидеть. Знаете, это трудно, с такими вот окнами. Видны только крыши машин.

— Вы не догадались запомнить номер «бьюика»? — Джеймс думал об огромной машине Крейна, в которой не раз выезжала на прогулки Дафне.

— Но зачем же, Боже правый? — поразилась миссис Фулер. — У меня и без того хватает хлопот, вы же понимаете, когда мне еще запоминать номера машин! Очень надо…

— Значит, этот субъект — владелец «бьюика» уже бывал тут ранее?

— Да. Он приезжал к Джулии раза по два в месяц. Они вместе проводили ночь. Он очень великодушный и щедрый: однажды подарил ей беличье манто.

— Вы никогда не слышали его имени?

— Джулия называла его Диком. Как-то я случайно услышала ее разговор по телефону. Уж не думаете ли вы, что он мог сотворить с ней что-нибудь худое, скажите, Бога ради…

— Не знаю, — произнес Джеймс, с превеликим трудом сохраняя внешнее спокойствие. «Это может быть Крейн, — сверлила мозг неотступная мысль. — Совпадает уменьшительное имя, совпадает машина. Это должен быть он!»

— Молодые женщины, окружающие себя таким количеством мужчин, рискуют нажить большие неприятности, — серьезно изрек комиссар.

Миссис Фулер смертельно побледнела.

— О Боже! Вы должны действовать быстро! — воскликнула она, поднимаясь. — Вы обязаны сделать все, чтобы их разыскать!

— Мы их найдем, — заверил комиссар, показывая собеседнице фотографию Грейс. — Скажите, вы когда-нибудь видели эту женщину?

Экономка отрицательно покачала головой:

— Кто это?

— Не имеет значения, — ответил он, вздохнув. — Как только мы узнаем что-нибудь, немедленно вам сообщим.

Он попрощался с ней, сбежал по лестнице и снова оказался лицом к лицу с шоферами. Уайт бросил на него вопросительный взгляд, но комиссар его проигнорировал. Погруженный в свои мысли, Джеймс неторопливо шел к Беркли-сквер. Дело оказывалось более сложным, чем он представлял. Что же случилось с Джулией Броуэр? Он остановил такси:

— Сомерсет-Хаус, пожалуйста.

Он уселся на заднее сиденье. Тревога не покидала его.