Дело блондинки с подбитым глазом - Эрл Стенли Гарднер

– Конечно, нет.

– Фотография, как кажется, была сделана в направлении улицы?

– Совершенно верно.

– И на снимке виден угол дома?

– Да.

Мейсон внимательно всматривался в фотографию. Он достал изкармана увеличительное стекло, осмотрел снимок еще раз и спросил:

– Этот снимок был сделан вскоре после вашего прибытия наместо преступления?

– Да.

– Вы могли бы сказать, в какое время после вашего прибытия?

– Думаю, что самое большое – через четверть часа.

– И ничего до этого не трогалось?

– Что вы имеете в виду? Тело не трогали.

– А другие предметы трогали?

– Ничего, что могло бы иметь связь с убийством.

Мейсон подумал секунду, после чего вернул снимок Драмму.

– Защита не вносит протеста, – заявил адвокат. – Этот снимокможет быть включен в доказательный материал.

– Второй снимок, – продолжил Драмм, – представляет отпечаткиног в грязи. Они ведут к телу и обратно, к деревянным мосткам. Обвинениепредоставит доказательства того, что это следы обвиняемой.

– Против этого снимка также не вношу протеста, – сказалМейсон. – Может быть, господин обвинитель покажет мне остальные снимки сразуже… Благодарю… Нет, все снимки могут быть включены в материалы доказательствабез протестов защиты.

Мейсон вернулся на свое место. Диана Рэджис наблюдала за нимс тревожным беспокойством, но он избегал ее взгляда. Клод Драмм подождал, покачиновник поставит печати на фотографии и пронумерует их, после чего вновьпродолжил допрос свидетеля:

– Господин лейтенант, вы говорили с обвиняемой о следах,видимых на фотографии, которая только что была включена в дело как вещественноедоказательство номер десять?

– Так точно.

– Где происходил этот разговор?

– В управлении полиции.

– На обвиняемую было оказано давление?

– Нет, господин обвинитель.

– Кто присутствовал при этом разговоре?

– Фотограф, который делал снимки, заместитель коронера[3], один из моих подчиненных и обвиняемая.

– А вы при этом присутствовали?

– Конечно. Я вел допрос.

– Обвиняемая дала какие-либо показания, а если дала, токакие?

– Насколько я могу повторить ее слова по памяти, – ответилТрэгг с холодной усмешкой, – она заявила приблизительно следующее: «По этомуадресу у меня должна была состояться встреча с Милдред. Я должна была приехатьв десять часов, но приехала несколько раньше. Я увидела свою машину, стоявшуюперед домом, и подумала, что Милдред уже в доме. Я заплатила таксисту, намашине которого приехала, вошла на крыльцо и позвонила. Мне никто не открыл, вдоме было темно. Мне это показалось странным. Я обошла дом вокруг и постучала вдвери кухни. И на этот раз мне никто не открыл. За домом были мостки, ведущие ккурятникам. Мне показалось, что рядом с ними что-то лежит. Я знала, что в ящикемоей машины лежит фонарь. Я вышла на улицу, достала из машины фонарик ивернулась. И тогда я заметила, что нечто лежащее в углублении возле курятников– это человек. Я подошла и присела. Это была Милдред. Она была мертва. Это все,что я знаю. До этого момента я понятия не имела о том, что случилось».

– Вы допрашивали обвиняемую о пистолете, который фигурируетв деле по обвинению как вещественное доказательство номер четыре?

– Лично нет, – ответил Трэгг. – Допрос по этому делу вел мойсотрудник, сержант Холкомб.

– Ах так, – сказал Драмм. – Обвинение вызовет сержантаХолкомба в соответствующее время. Пока у меня все, господин лейтенант. У защитыесть какие-нибудь вопросы?

Мейсон кивнул головой, поднялся и спросил:

– Когда вы прибыли на место преступления, уже шел дождь,господин лейтенант, не так ли?

– Совершенно верно.

– А, собственно, нужно было бы сказать, что шел ливень?

– Да.

– Тело убитой лежало в небольшом углублении почвы за домом?

– Да.

– В углублении собралось значительное количество воды, нетак ли?

– Некоторое количество воды, так.

– Воды, которая стекала в углубление с более высоких пунктовместности?

– Мне трудно точно сказать, сколько воды стекло в углублениес высоких пунктов местности, – осторожно ответил Трэгг. – Я думаю, что высохшаяземля поглощала вначале большое количество воды. Но, конечно, это было место, вкоторое вода должна была стекать с более высоких пунктов.

– Вы в этом уверены?

– Да.

– Возвращаясь к снимку номер семь, – продолжал Мейсон, – яхотел бы спросить, можете ли вы подтвердить, что вода собиралась также вбольшой цистерне, построенной специально для этой цели?

– Вы, несомненно, правы, – перебил Трэгг. – Насколько япомню, вода стекала в цистерну с крыши дома.

– Она стекала в цистерну, когда вы в первый раз прибыли наместо преступления?

– Мне так кажется. Да, стекала.

– Внизу цистерны есть кран для спуска воды, не так ли?

– Ну, наверное, так.

– Из этого можно сделать вывод, что вода, собирающаяся вуглублении, должна была быть в значительной степени дождевой водой, котораявыливалась из цистерны?

– Этого я не говорил.

– Вот я и спрашиваю вас, было ли так?

– Не думаю.

– Почему?

– Мне кажется, что кран внизу цистерны не был открыт.Попрошу снимок.

Мейсон подал фотографию.

– Я видел, что вы рассматривали эту фотографию черезувеличительное стекло, – заметил Трэгг.

Мейсон поклонился и подал увеличительное стекло. Трэггвнимательно рассмотрел снимок.

– Судя по фотографии, высокий суд, вода не текла изцистерны, – сделал он вывод.

– Фотография говорит сама за себя, – ответил Мейсон. – Яспрашиваю о том, что вы помните. Кран был закрыт или открыт?

– Мне кажется, что кран был закрыт.

– Спасибо, у меня нет больше вопросов, – сказал Мейсон ивернулся на место, не подавая виду, какой сокрушительный удар нанесен его линиизащиты.

– Прошу ввести свидетеля Элен Бартслер, – распорядилсяДрамм.