В гости по утрам - Людмила Ситникова

Дмитрий вышел из сберкассы и, приложив мобильник к уху, приблизился к своему авто. Прежде чем сесть в салон, Терентьев пару минут бросал короткие фразы в трубку, а затем, отсоединившись, открыл дверцу.

Выехав на проспект, мужчина порулил в сторону области. Ехал долго, а когда, наконец, остановился у темно-синего забора, часы показывали половину четвертого.

Из багажника Дмитрий достал клетчатую сумку и пару полиэтиленовых пакетов. Не спеша приближаясь к калитке, он то и дело озирался по сторонам, будто чувствовал, что за ним прицепился «хвост».

А «хвост» в лице Катарины Копейкиной действительно следовал по пятам за Терентьевым на протяжении недели.

Сегодня ей повезло. В полдень Терентьев покинул стены офиса и направился в торговый комплекс. Затем заглянул в супермаркет и сберкассу. И вот конечной остановкой оказался одноэтажный кирпичный домишко с почерневшей трубой и потрескавшимся шифером.

Дмитрий вышел на улицу спустя сорок пять минут. Стремительной походкой он подошел к иномарке, бросил на снег сигарету и был таков.

Катка колебалась. Конечно, можно прямо сейчас разузнать, к кому именно наведывался Терентьев, но существовало одно «но». Под каким, собственно, предлогом заявиться в гости к неизвестным и каким образом вызвать их на откровенный разговор?

Порывшись в сумочке, Копейкина чертыхнулась. Липовое удостоверение сотрудника детективного агентства, по всем законам подлости, осталось в коттедже. А без него ее план грозит рассыпаться подобно песочному замку. Делать нечего, пришлось возвращаться домой.

В гостиной Катарина увидела придвинутый к стене комод с зеркалом. Отдаленно он напоминал ее собственный комод, с одной лишь разницей – тот, который она сейчас лицезреет, больших размеров.

Не подозревая, что через секунду шарахнется от комода словно ошпаренная, Катка приблизилась к зеркалу и улыбнулась своему отражению.

– Хорош лыбиться, – прогремело совсем близко.

Копейкина обернулась. В гостиной, помимо нее и развалившегося на диване Парамаунта, никого не было. Тогда кто с ней разговаривал? На всякий пожарный Ката позвала Наташку.

– Не могу, – ответила Натали из кухни. – У меня молоко убежит.

Со второго этажа спустилась Лизавета. Персианка свекрови запрыгнула на комод и, подняв хвост трубой, начала громко мяукать.

– Сними с меня кошку, – попросил неизвестный.

Ката перекрестилась.

– Кто это сказал? – спросила она, косясь по сторонам.

– Я сказал.

– Кто я?

– Конь в пальто! Ты сама не видишь, что ли? Я это!

Пятясь назад, Катарина споткнулась и рухнула на пол.

– Кривоногая овца! – молвил голос. – Тебя в детстве не учили, что надо под ноги смотреть?

– Спрашиваю последний раз, кто со мной разговаривает?

– Комод!

– Что?

– Ты только никому не говори, что я трепаться умею, иначе мне несдобровать. Я волшебный. В меня триста лет назад вселился дух феи. Хорошая такая была фея, до ста двух лет прожила. А погибла совсем нелепо. В магазин за картошкой вышла и под трамвай попала.

Боясь моргнуть, Катка вытаращенными от ужаса глазами уставилась на говорящий комод и молила бога, чтобы он не позволил ей сойти с ума.

– Чего рот разинула? – с усмешкой спросил комод.

– Я… мне… гмх…

– Не гунди, говори четко.

Копейкина сглотнула и ляпнула:

– Триста лет назад не было трамваев.

– А ты намного умней, чем кажешься. Ну, не было, правильно. Пошутил я. Эй, чего затряслась? Замерзла?