Между нами горы - Нора Робертс

— Тайны за запертыми дверями.

— Гм-м-м. Еще один вариант. А как насчет принцессы, нет — богини? Не считая мифологии, конечно.

— Роковой женский характер. Вроде таинственной женщины в «Мальтийском соколе».

— Почему ты называешь ее богиней?

— Она умела очаровывать мужчин — сексом, красотой, ложью.

— Ага. — Дана подчеркнуто медленным движением провела пальцами по волосам. — Неплохо. Есть о чем подумать.

Погрузившись в размышления, она перестала следить за временем и дорогой. Когда Дана очнулась и с удивлением посмотрела на большой белый дом на склоне холма, на часах было почти восемь.

Джордан подумал, что ему, кажется, удалось пробить брешь в обороне, так широко раскрылись ее глаза.

— «Лучано»? — Дана действительно изумилась. — Чтобы забронировать столик в «Лучано» в это время года, нужно постановление конгресса. Если сезон закончился или еще не начинался, заказ делают за несколько недель, а в октябре это не поможет, даже если ты отдашь им всю свою кровь.

— С них достаточно пинты. — Джордан вышел из машины и отдал ключи швейцару.

— Я всегда мечтала сюда попасть, но это не мой уровень.

— Однажды я пытался отпраздновать тут твой день рождения. Они не стали смеяться надо мной. Просто сказали, что ресторан закрыт.

— Ты не мог себе этого позволить… — Дана замолчала, не в силах отогнать воспоминания. Так похоже на него… Неожиданные, безрассудные поступки. — Это была отличная мысль, — сказала она и поцеловала Джордана в щеку.

— Теперь у меня получилось. — Хоук поднес ее руку к губам. — С днем рождения! Лучше поздно, чем никогда.

— Ты очень мил. Интересно, с чего бы это?

— Чтобы соответствовать твоему платью. — Не выпуская руку Даны, он повел ее по лестнице наверх.

В прошлом «Лучано» был загородным домом богатой и влиятельной семьи из Питсбурга. Дана не знала, можно ли назвать это резиденцией, но под определение «вилла» ресторан со своими колоннами, балконами и портиками уж точно подпадал.

Участок, на котором стояло здание, был очень красив, поэтому весной, летом и даже ранней осенью посетителям предлагали обед на свежем воздухе, чтобы из внутреннего дворика они могли любоваться садом и великолепным видом на окрестности, одновременно вкушая первоклассные блюда.

Внутреннюю отделку восстановили в мельчайших деталях, и в ресторане царила уютная и изысканная атмосфера богатого дома.

В вестибюле глаз радовали мраморные полы, картины итальянских живописцев и уютные диваны. Дана едва успела все это разглядеть, как к ним поспешил метрдотель:

— Мистер Хоук, мы очень рады вас видеть. Добро пожаловать в «Лучано», синьорина. Ваш столик накрыт — располагайтесь. Или вы хотите посмотреть картины?

— Синьорина голодна, поэтому мы сразу пойдем в кабинет. Спасибо.

— Как пожелаете. Могу я взять ваше пальто, синьорина?

— Конечно.

Однако Джордан опередил метрдотеля и сам снял с Даны пальто, проведя при этом пальцами по ее плечам. Пальто унесли, а их самих проводили по огромной лестнице в отдельный кабинет, где уже был накрыт столик на двоих.

На пороге появился официант — принес шампанское.

— Как вы просили, — сказал метрдотель. — Все в порядке?

— Да, — ответил Джордан. — Все отлично.

— Благодарю. Если что-нибудь понадобится, обращайтесь. Надеюсь, вам понравится. Приятного аппетита.

Метрдотель выскользнул из кабинета. Они остались вдвоем.

— Если ты добиваешься успеха, — минуту помолчав, сказала Дана, — это настоящий успех.

— Не вижу смысла делать что-то наполовину. — Джордан поднял бокал: — За приятные моменты. В прошлом, настоящем и будущем.

— За это можно выпить. — Она пригубила шампанское. — Черт! Теперь понятно, что имел в виду старина Пьер[19], воскликнув: «Я пью звезды», когда попробовал это. — Дана сделала еще глоток и посмотрела на Джордана поверх бокала. — Ладно, я впечатлена. Теперь ты важная персона, мистер Хоук, да?

— Местному парню, добившемуся успеха, не составит труда заказать столик в ресторане.

Дана окинула взглядом залитый мягким светом отдельный кабинет.

Цветы и свечи украшали не только стол, но и старинную тумбочку для тарелок, стоявшую в углу. Помещение было наполнено их ароматами, а также музыкой — тихим звуком скрипок.

В камине горел огонь. На каминной полке тоже стояли цветы и свечи. Широкое зеркало в изысканной раме было настоящим произведением искусства.

— Ничего себе столик в ресторане, — наконец сказала Дана.

— Я хотел, чтобы мы были вдвоем. Зачехли свои орудия, Дылда. — Он накрыл ладонь Даны своей — стремительным движением, чтобы она не успела отдернуть руку. — Это всего лишь обед.

— Выражение «всего лишь» для такого места не подходит.

Джордан перевернул ее руку и провел пальцем по центру ладони, пристально вглядываясь в лицо Даны.

— Тогда давай я попробую поухаживать за тобой. На один вечер! Начну со слов, что от одного взгляда на тебя мое сердце замирает.

Ее собственное сердце словно подпрыгнуло, а затем заколотилось о ребра.

— Для начинающего ты чертовски хорош.

— Подожди. То ли еще будет!

Дана не стала убирать руку. Это было бы несправедливо по отношению к Джордану — он так старался.

— Все равно это ничего не значит, Джордан. Теперь мы уже не там, где были прежде.

— А мне кажется, мы оба сидим здесь. Может, расслабимся и просто насладимся обедом? — Он показал глазами на официанта, скромно стоявшего на пороге. — Ты говорила, что хочешь есть.

Дана взяла предложенное меню.

— Еще как хочу!

Дана очень скоро поняла, что потребуется немало усилий и вся ее решимость, чтобы не расслабиться и не наслаждаться обедом. Но это было бы нечестно… Конечно, Джордан хитростью заставил ее согласиться на это свидание, однако он ведь старался, чтобы вечер получился запоминающимся, даже волшебным.

Кроме того, нельзя не принять во внимание тот факт, что Хоук — по его собственному выражению — ухаживает за ней. Это нечто новенькое. В то время, когда они были вместе, когда что-то значили друг для друга, в их отношениях не находилось места старомодному ухаживанию.

Конечно, когда на Джордана находило, он мог быть обаятельным. И преподносить приятные сюрпризы мог. Но никто — даже самый доброжелательно настроенный человек — не назвал бы того Джордана Хоука, которого она помнила, милым и романтичным.