Счет по-венециански - Донна Леон

— Ну и?.. — только и спросил делла Корте, не успел Брунетти усесться на переднее сиденье. Гвидо понравилось, что ни в самом вопросе, ни в интонации капитана не чувствовалось никаких пошлых намеков.

— Она из Бразилии, работает на того парня, что был с ней в баре. Сказала, что он иногда отвечает на телефонные звонки в бар.

— А дальше что? — спросил делла Корте, заводя машину и начиная медленно двигаться в сторону вокзала.

— А дальше ничего. Это все, что она мне сообщила, но думаю, из ее рассказа можно сделать еще кое-какие выводы.

— Какие же?

— Такие, что, во-первых, она здесь нелегально, вида на жительство не имеет, а значит, лишена возможности выбирать, чем зарабатывать себе на жизнь.

— А если ей это нравится? — предположил делла Корте.

— И много вы встречали шлюх, которым это нравится?

Не отвечая на этот вопрос, делла Корте повернул за угол и остановился у входа на вокзал. Он поставил машину на тормоз, но двигатель заглушать не стал.

— Что теперь? — спросил он.

— Думаю, нам следует арестовать того мужика. По крайней мере выясним, кто он такой. А пока он будет у нас, можно попробовать еще разок потрясти женщину.

— Полагаете, она заговорит?

Брунетти пожал плечами:

— Возможно, если убедить, что после этих разговоров ее не отправят обратно в Бразилию.

— А она поверит?

— Смотря кто с ней будет разговаривать.

— Может, лучше, чтобы женщина?

— Наверное, да.

— У вас такая найдется?

— Есть одна женщина-психиатр, время от времени она дает нам консультации. Можно попробовать уговорить Мару с ней пообщаться.

— Мару?

— Она мне так представилась. Будем надеяться, что у нее не отняли хотя бы это — ее собственное имя.

— Когда будете его брать?

— Чем раньше, тем лучше.

— Есть мысли, как это сделать?

— Проще всего в тот момент, когда очередной клиент Мары положит деньги на стол.

— Как долго вы сможете его продержать?

— Зависит от того, что мы выясним: есть ли на него досье, не всплывало ли его имя в каких-нибудь протоколах. — Брунетти помолчал. — Если вы не ошибаетесь насчет героина, раскрутим его за пару часов.

На лице капитана заиграла недобрая улыбка.

— Я был прав, будьте уверены.

Брунетти никак не отреагировал, и делла Корте спросил:

— А что пока?

— Я сейчас кое-что проверяю. Хочу узнать побольше о семье Тревизана, ну и о его практике — насколько это возможно.

— Раскопали что-то особенное?

— Да нет. Так, пара деталей, которые не дают мне покоя: как-то, понимаете, не стыкуются между собой. — Больше рассказать ему было нечего, поэтому Брунетти спросил: — А что у вас?

— Проводим такую же проверку Фаверо. Столько всего надо уточнять, особенно в том, что касается работы, — ужас просто! — Он сделал минутную паузу и добавил: — Никогда не подозревал, что эти ребята так много зарабатывают.

— Бухгалтеры-то?

— Ну да! Похоже, по нескольку сотен миллионов в год. И это только задекларированный доход, а вы представьте, сколько он в конвертиках берет.

Припомнив пару имен из списка клиентов Фаверо, Брунетти сразу представил себе его доход, официальный и неофициальный.

Он открыл дверь, вылез из машины, обошел ее и, став у окна со стороны делла Корте, сказал:

— Завтра вечером пошлю в бар своих людей. Если он и Мара будут там, думаю, возьмем без труда.

— Обоих? — уточнил делла Корте.

— Да. Она наверняка станет более разговорчивой, после того как проведет ночку в камере.

— Вы же вроде собирались устроить ей беседу с психиатром.

— Я и не отказываюсь. Только пусть сначала почувствует на себе, что такое тюрьма. Страх обычно развязывает язык, в особенности женщинам.

— Вот вы какой! Хладнокровный злодей, да? — проговорил делла Корте не без уважения.

Брунетти пожал плечами.

— Она может знать что-то, имеющее отношение к убийству. Чем сильнее она будет напугана и растеряна, тем скорее расскажет нам то, что знает.

Делла Корте улыбнулся, трогаясь с места.

— А я уж было подумал, что вы вот-вот начнете мне рассказывать сказки про шлюх с золотым сердцем, — бросил он на ходу.